Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами

Купить в магазинах:

OZON.ru:
+ Подарок
235RUB руб. купить
My-shop.ru: 272 руб. купить
Лабиринт: 276 руб. купить
FLIP.kz: 1714 тг. купить
полный список магазинов
(4.0)
(0.0)
Читали: 23    Хотят прочесть: 6

Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами, Пелевин Виктор Олегович

Авторы:

Издательство: Эксмо

ISBN: 9785699970858

Год: 2016

Как известно, сложное международное положение нашей страны объясняется острым конфликтом российского руководства с мировым масонством. Но мало кому понятны корни этого противостояния, его финансовая подоплека и оккультный смысл. Гибридный роман В. Пелевина срывает покровы молчания с этой тайны, попутно разъясняя в простой и доступной форме главные вопросы мировой политики, экономики, культуры и антропогенеза.В центре повествования - три поколения дворянской семьи Можайских, служащие Отчизне в 19, 20 и 21 веках. Обо всём этом и не только в книге Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами (Пелевин Виктор Олегович)



Книга удостоена премий:


Жёлтый галстук в обезьянках - наденете?

3
Волнующий мир Виктора Олеговича или неповторимая пелевинская сказка, уводящая в трансцендентные дали под звуки удивительных инструментов? Пожалуй, и то, и другое вместе. Насколько чётко вы можете представить хрустальный орган или глаз рыбы в аквариуме?
Удавалось ли вам хоть раз прийти на серьёзное мероприятие в розовых трусах на выпуск и жёлтом галстуке в обезьянках?
Имеет ли ваше воображение такую силу, чтобы в один миг представить 10, 100 и даже 1000-чу вселенных?
Получить ответы (приблизительные, а для кого-то, возможно, точные) на эти и многие другие любопытные вопросы вы можете, заглянув в эту необычную, поистине увлекательную книгу.

Если готовы, то вперёд! Взлетайте! Держитесь крепче за штурвал собственного сознания и воображение, конечно же, тоже держите наготове.

Доказательство аксиомы

3
М.: ЭКСМО, 2016

Обнаружив себя заключённым в зловещий заколдованный круг, я скатился в мрачнейший шопенгауэровский пессимизм.

Очередной томик Виктора Пелевина, первое издание которого «Эксмо», как обычно, выпускает в персональной серии писателя, названной скромно «Единственный и неповторимый. Виктор Пелевин». Серия эта отличается тем, что оформление её книг как будто бы и не подчиняется каким-то определённым правилам, но обязательно при этом использование китчевых образов и лубочных приёмов. Концептуально оформленные собрания сочинений, мягкообложечные издания и омнибусы появляются позже, первая волна по/читателей Виктора Олеговича обычно наслаждается отдельными томиками с нарочито крикливым изображением на обложке. И этот принцип соблюдается с самого первого эксмо-издания писателя – книги «ПДД (НН)». В случае с «Лампой Мафусаила» мы наблюдаем коллаж из портрета Феликса Дзержинского, сделавшего руками «очки» из двух OK («по-македонски»), хипстера с бородой и в клетчатом пинжаке, матрёшки-спецслужбиста с «фигой»-ценцуриной за спиной. И надо, сказать, ничего лишнего в этих деталях нет – всё в романе встретится, а также множество других, не менее занимательных образов и персонажей.

Я не верю в «освобождение народа», поскольку народ к свободе не готов и не понимает, что это такое – но я всем своим сердцем верю в европейский прогресс. Именно по этой причине по прибытии домой у меня начался запой.

Пелевин, как всегда в форме, в той самой, которую он сам и придумал – симбиоз метафизических штудий с сатирическим зубоскальством, всё это помножено на актуальность и откровенное насмехательство над различными штампами. От литературных клише (достаточно взглянуть лишь на оглавление книги), до политических мемов (Крым Наш!, англичанка гадит и т.д.) и просто набивших оскомину образов (ламберсексуалы, хипстеры, вата, масоны, каббала, чекисты, золотой запас, хуцпа и прочее) – всё обсмеяно, сделано это, как всегда, виртуозно и остроумно. Досталось всем: патриотам, прозападникам, наркоманам, гомосексуалистам, помещикам, банкирам, интеллигентам, быдлу, спецслужбистам, троллям, историкам, феминисткам – никто без серёг не ушёл, автор навешал каждому. Единственно, чего в книге мне не хватило – обычного для Пелевина героя, пытающегося вырасти из заданного писателем мира, и обычно к концу произведения вырастающего, выходящего в иное пространство, будь то Затворник с Шестипалым, Петька с Чапаевым, Лев Толстой или лисичка А Хули. Так вот, героя в книге нет, но есть куча антигероев и значимых (для сюжета, но не для читателя или автора) персонажей. Пелевин любит своих героев, но не в этом произведении, здесь ему на них откровенно наплевать и совсем не жаль, а вслед за автором никого не жалко и читателю.

Сама эта надтреснутость всего была надтреснута самым надтреснутым образом…

Это первая книга Пелевина, которая не принесла ощущения катарсиса. Словно бы я не дочитал её, а прервался где-то посередине. Нет, сюжетно всё завершено, более того – очень затейливо увязано, что немаловажно, ведь роман на самом деле таковым не является, это сборник малой прозы, объединённый действующими лицами, событиями и общей идеей. Можно, конечно, называть его «гибридным романом», как это сделано в аннотации, или ещё каким-то красивым речевым оборотом, но на самом деле – это очередной номер пелевинского альманаха, который писатель периодически выпускает в промежутке между большими своими вещами. К таким можно отнести книги «Прощальные песни политических пигмеев Пиндостана» (между «Ампир В» и «Т») и «Ананасная вода для прекрасной дамы» (между «Т» и «S.N.U.F.F.»).

Некоторые критики пытаются причислить к подобным сборникам также и «Любовь к трём Цукербринам», дескать, там такое же деление на самостоятельные части, но это в корне неверно. Главное отличие в том, что художественная структура «Цукербринов» жёстка, и читать составляющие этой книги нужно именно в том порядке, в каком они расположены автором. С «Лампой» же ситуация иная, не имеет особого значения, в каком порядке всё это читать – эффект будет одним и тем же. Этим, кстати, «Лампа» очень сильно напоминает другой сборник Пелевина «ДПП (НН)», несмотря на то, что в нём всё же есть основной сегмент (роман «Числа»), а все остальные части – примыкающие к нему. В «Лампе» же практически все сегменты равнозначны, как по объёму, так и по смысловой нагрузке, и чтобы постичь авторский замысел соблюдать порядок их прочтения не обязательно.

Где-то неподалёку играла музыка – что-то старое, струнное и куртуазное, каждой нотой повествующее о том, каким замысловатым и прихотливым цветком распускается половой инстинкт при освобождении человека от необходимости производственного труда.

Написав «Лампу», Виктор Олегович в очередной раз («доказал» писать глупо, ибо что ещё ему доказывать? и так давно уже очевидно, что когда Пелевин «открывает рот» всем остальным остаётся только заткнуться) показал виртуозное владение стилем, сложив в единое концептуальное творение лытдыброобразное жизнеописание современного диванного интернет-аналитика, гомосексуалиста и хипстера, тролля и позёра («Золотой жук»); дневниковые записи российского помещика конца XIX века («Самолёт Можайского»); мокументарный очерк, который вполне можно включить в условный цикл «Память огненных лет», о том, откуда есть/пошли масоны («Храмлаг»), по версии Пелевина – из уголовной среды; описание трудового дня психонавта-чекиста («Подвиг Капустина»). Написано очень ярко и остроумно. Есть над чем посмеяться, иногда в полный голос, ухохатываясь до слёз.

ПС. Интересно, что играя конспирологическими клише, можно создать полноценный фантастический роман о борьбе двух высших рас, пришедших к нам из будущего, и отражением этой борьбы, проявлением на уровне нашем, человеческом и становится американо/российское (западно/славянофильское) противостояние. В борьбе этой используются все средства - исторический подлог (не без помощи машины времени), метафизические трипы (психотропные тропы и дорожки истоптаны в обе стороны - и в никуда, и в ниоткуда), вербальные кодировки и нейролингвистические программинги сетевого поля боя («экспертные мнения», искусственный ажиотаж, игра на панику и деструктуризацию) - всё это тоже есть в «Лампе Аладдина Мафусаила». Волшебство, да и только: в каких-нибудь 413 страниц уместить бесконечное множество в ужасе разбегающихся друг от друга вселенных.

Крайняя битва Пелевина с ватой

2
Пелевин... Пелевин...– разнеслось по огромному, пустому еще, залу театра... Хотя мне показалось, что именно в моем мозгу, разогретом порцией обволакивающего сознание теплого коньяка, каким-то дальним отзвуком возникло это имя – Пелевин... Откуда? Ведь я и не читал его совсем... «Чапаев и Пустота»? – да, что-то слышал. А то, что нынче пустота духовная – я вижу: вокруг одни прилепины, минаевы, донцовы. Да и откуда взяться новым Достоевским или Чеховым – сплошной духless!.. Пелевин, говорите? Ладно, только я по гамбургскому счету его буду считать – читать, воспринимать и чувствовать теми рецепторами, которые заточены под классику, а не под наш безумный век. И если не пройдет, что ж – значит, всё это попса, а гения я подожду...

«Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами» – первая книга Виктора Пелевина, попавшая ко мне в руки, и одновременно последняя (сорри, крайняя) из опубликованных им. Так что при прочтении сего произведения взгляд мой был незамутненным прошлыми триумфами писателя, которого в России возвели чуть ли не в ранг великого мастера и обозвали «наше всё».

Первым делом хочется сказать несколько слов о языке автора. В начале романа язык этот меня ничем не удивил – простой и вовсе не изящный (ну избалован я высоким слогом, уж простите). А если вспомнить, что читал я по большому счету «сказку», то становилось ясно: язык Пелевина гораздо примитивней, чем у «сказочников» прошлого, таких как Гоголь, например. Про описания природы вообще молчу – их нет, зато в большом количестве присутствуют картины наркотических галлюцинаций, гомосексуальных оргий и даже дендрофилии – картины яркие, реалистичные, но, мягко говоря, не совсем привычные для массового читателя (а может, это я отстал от жизни?). Во второй части романа мне стало уже легче: написана она в эпистолярном жанре девятнадцатого века. Ну вот, подумал я, ведь может! А третья часть и вовсе по стилю оказалась историческим эссе (на самом деле – псевдоисторическим, иначе это был бы не Пелевин, а Радзинский). И все же текст романа слишком перегружен специфическими терминами, не имеющими широкого хождения – биржевыми, лингвистическими, оккультными и даже неологизмами самого автора, что может негативно сказаться на восприятии. Не стоит забывать, что «сказки» иногда читают дети.

Самыми необычными для меня «персонажами» в романе оказались фэнтезийные существа, которые посещали героев в моменты потребления ими расширяющих сознание веществ. Твари эти принадлежали к различным расам и были весьма живописно и подробно описаны автором, что наводит на мысль о личном знакомстве Пелевина, как с тварями, так и с веществами, вызывающими их приход. Хотя здесь я могу и ошибаться, поскольку сам, по счастью, с ними не знаком. А вот то, что биржевые операции известны автору не понаслышке, могу утверждать с уверенностью, поскольку сам в течение нескольких лет был трейдером и за ключевыми позициями, в том числе за золотом, внимательно слежу даже сейчас. Чрезмерная волатильность графика XAU/USD, поверьте, доставляет немало острых ощущений! А по котировкам желтого металла, упомянутым в финале книги, можно даже определить время окончания работы над ней – весна 2016 года. Тогда же происходят и последние события романа, сюжет которого разворачивается сразу в трех эпохах: в наше время, в первой половине двадцатого века и в конце девятнадцатого. Объединены эти эпохи династией Можайских и генералом ФСБ Капустиным, который свободно перемещается во времени и пространстве. Правда, перемещения эти происходят исключительно в богатом воображении автора и, соответственно, его героев – словом, в пустоте. Но таковы законы постмодернизма: чтоб возбудить читательский интерес приходится прибегать к различным ухищрениям – тут вам и фэнтези, и мистика с масонами, конспирология и прочий эпатаж.

Вторая часть романа повествует о легендарном самолете Можайского, построенном в 80-х годах XIX века. Летал ли он на самом деле или только во сне Можайского, нам доподлинно не известно, но описание конструкции самолета свидетельствует о наличии у автора романа технического образования – говорю это как человек, окончивший авиационный институт. Даже слово «крайний» в названии произведения – из лексикона летчиков. И если бы не черти – спермозавры и вагиноиды, посещавшие Можайского во время возлияний, то в принципе самолет мог и взлететь.

А вот с масонами Пелевин, по-моему, переборщил – особенно с русскими, что были сосланы в Храмлаг на Новой Земле и чуть не построили там легендарный Храм Соломона. Более всего умиляет чудесное превращение обычных уголовников в масонов и зарождение воровского жаргона на базе языка и ритуалов вольных каменщиков. Например, отхожее место стали называть «парашей» из-за угнетаемой в Храмлаге англофильской масонской ложи «Par(lamentary) Russia», членов которой всячески унижали, заставляя спать возле этой самой паРаши. Стёб, конечно, но это только цветочки.

Ягодки в том, что Пелевин, в отличие от 86% своих соотечественников, не стал рабом зомбоящика, не поддался нейролингвистическому программированию, сохранив трезвый взгляд на мир, способность думать самостоятельно и, что еще важнее, делиться своими мыслями с читателями, пусть даже через призму таких необычных произведений, как «Лампа Мафусаила». Он прекрасно понимает, что сегодня правят миром не какие-то мифические масоны, а Картель, и финансирует это Федеральная резервная система США, на которую молится весь финансовый мир. Вот вам и Бог, не зря на долларовых купюрах пишут In God We Trust. Задача состоит в том, чтобы ни при каких обстоятельствах не была утрачена вера в могущество этого Бога. И если вдруг во время кризиса или войны Он упадет, все остальные боги меньшего калибра – акции, сырье и прочие валюты – должны упасть еще сильней. На этом строится мировая финансовая система и держится весь мировой порядок. А Россия с ее «духовностью» и нищетой, погрязшая в коррупции и войнах, необходима миру только для того, чтобы быть пугалом для обывателя. И если бы России не было, то ее следовало бы выдумать. Всё правильно, Виктор Олегович?

Такой вот вышел у Пелевина роман – многослойный, неоднозначный, провокационный – словом, гибридный, как написано в аннотации. Крайняя битва Пелевина с ватой. Роман, безусловно, талантливый, но все-таки не гениальный... Буду ли я читать другие его книги? Не знаю. Пожалуй, что «Чапаева и Пустоту» прочту, а там посмотрим.
Посмотреть все рецензии (3)
Средний балл оставивших отзывы: 5
  • Книга опять хороша. По стилю и духу - "Ампир V" или "Generation П". Заставляет задуматься. Актуально, местами смешно до слёз, порой, до жути страшно. Не настолько жесткий, "пророческий" и провокационный, как "S.N.U.F.F.", но и не настолько филосовско-возвышенный, как "Смотритель". Виктор Олегович снова столкнул реальность и вымысел в своей излюбленной манере: сидишь и по-настоящему начинаешь верить, что так дела и обстоят на самом деле, что вымысла в этом произведении не так уж много. Потом накатывает реальный мир, иллюзии развиваются, но "послевкусие" довольно странное. У меня минут 15 ушло на то, чтобы вернуться в настоящее.
Посмотреть все отзывы (1)

Цитат из «Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами» пока нет. Добавьте цитату первым


Книгу «Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами» Пелевин Виктор Олегович можно приобрести или скачать: в 3 магазинах по цене от 235 до 276 руб.

Предложений от участников по этой книге пока нет. Хотите обменяться, взять почитать или подарить? Добавьте объявление первым!

  • Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами

    Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами

    Издательство: Эксмо, 2016

    ISBN: 9785699917785

    Купить данное издание можно здесь


Интересные посты

Заметка в блоге

Я-жадина!

Я признаюсь-я жадина! Не люблю давать читать чужим людям книги из своей библиотеки.Это мои...

Обсуждение в группах

Лучшая рецензия летнего сезона 2017

Рецензии можно прочитать здесь: Эрнест Хэмингуэй "Опасное лето" (от Ольга Заводчикова) ...

Заметка в блоге

Чудеса пунктуации

Может, это старая шутка, но я первый раз вижу. Прям ржу)))

Интересная рецензия

Человеческое, очень человеческое

Книга особенная уже хотя бы тем, что написана автором не просто так, а в качестве некоего...