Позвольте ваш автограф, читатель!

  • Когда выступаешь в библиотеках, книжных магазинах, на ярмарках, где принято встречаться писателям и читателям, самые приятные слова, которые можно услышать: "Спасибо вам за ваши книги!" На этот случай я заготовил ответ: "Спасибо вам за то, что их читаете!" До последнего времени он казался мне ритуальной формой вежливости, и я даже несколько гордился тем, что придумал его. Но последнее время я все больше понимаю, что это не форма вежливости, а вполне серьезный и конструктивный ответ. Потому что мы семимильными шагами идем к тому, что неизвестно будет, кто кого должен первым благодарить: читатель писателя или наоборот.

    По данным ВЦИОМ, главным (самым востребованным) писателем 2016 года россияне назвали Дарью Донцову. Ну и что, скажут мне мои друзья-писатели, среди которых Дарья Донцова не числится. Ну и что, скажут они, она и в прошлом году была писателем года. И в позапрошлом. И вообще, кажется, всегда.

    Есть еще и такая реакция со стороны "серьезных" писателей на эти рейтинги: "А кто такая Донцова? Я не читал ни одной ее книги". Но на это можно ответить аналогично: "Ну и что? И она ни одной вашей не читала". Перефразируя пушкинские слова: "Неуважение к именам, освященным славою, первый признак невежества и слабомыслия...", я бы сказал: неуважение к читателю - первый признак заносчивости и... тоже слабомыслия.

    Дело не в том, что Донцова в этом году возглавила рейтинг наиболее читаемых писателей. Дело в том, что она возглавляет его уже который год и ее имя стало нарицательным. Если хотите одним словом назвать феномен популярной литературы в России, скажите просто: "Донцова". "Наше всё" - Пушкин, великая проза - Толстой и Достоевский, поэт интеллигенции - Бродский. Популярный писатель - Донцова.

    "Это проблема читателей, - говорят мне друзья-писатели. - Хотят ее читать, пусть читают". С этим вроде бы не поспоришь. "Каждый пишет, как он дышит", и тому подобное. Но почему-то автор этой фразы Булат Окуджава "дышал" так, что был нарасхват.

    "Не надо заигрывать с читателем", - я часто слышу в писательском кругу. Но вот открываю главный роман главного прозаика XIX века Федора Михайловича Достоевского "Братья Карамазовы". Буквально первые же его строки: "Начиная жизнеописание героя моего, Алексея Федоровича Карамазова, нахожусь в некотором недоумении. А именно: хотя я и называю Алексея Федоровича моим героем, но, однако, сам знаю, что человек он отнюдь не великий, а посему и предвижу неизбежные вопросы вроде таковых: чем же замечателен ваш Алексей Федорович, что вы выбрали его своим героем? Что сделал он такого? Кому и чем известен? Почему я, читатель, должен тратить время на изучение фактов его жизни?"

    Только не говорите, что обращение к читателю - это литературный прием. Это сегодня будет литературным приемом. А в XIX веке это был прием не литературный, а журнальный. Романы сначала выходили в журналах, а журналы выходили для того, чтобы освещать, просвещать и ставить проблемы. Читатели той эпохи были настолько простодушными, что сравнивали и даже - о боже! - отождествляли себя с романными героями, так что прежде чем представить своего нового героя Алешу Карамазова, а он точно не был похож ни на Онегина, ни на Печорина, ни на Базарова, Федору Михайловичу действительно необходимо было объясниться.

    Сегодня подобное объяснение считается признаком дурного тона. А почему собственно? Иногда очень хочется повредничать, походить на встречи писателей с читателями и методично задавать им один и тот же вопрос: "Зачем вы это написали?" Лучше так: "Для кого вы это написали?"

    Нормальные же вопросы! "Зачем?", "для кого?", "о чем?". В конце прошлого года я делал интервью со знаменитейшим английским прозаиком Джулианом Барнсом, который приезжал в Москву на нашу ярмарку интеллектуальной литературы non/fiction. Сознаюсь, в чисто провокационных целях я задал ему "глупейший" с точки зрения "профессионала" вопрос: о чем все-таки написан его роман "Предчувствие конца", за который он получил самую престижную в англоязычном мире премию Букер? Я был почти наверняка уверен, что высокомерный британец ответит мне что-то вроде: ну так прочитайте более внимательно, это ваши читательские, а не мои писательские проблемы, а я пишу, как дышу... Ничего подобного! Он ответил так: очень жаль, что вы меня не поняли. Мой роман написан о том-то и том-то. С этого момента я уважаю Барнса еще больше. Он действительно большой писатель! Потому что уважает своего читателя.

    Господа писатели! Больших читателей становится все меньше и меньше. Их надо ценить. Их надо беречь. Большие, серьезные читатели постепенно становятся штучным явлением, настолько штучным, что я начинаю узнавать их в лицо в толпе и метро, как узнаю русских за границей. У этих людей не совсем обычные лица. Даже если в руках у них в это время нет книги. У них необычные глаза. Они смотрят на жизнь иначе. Через прочитанное.

    И поверьте, недалек тот день, когда писательско-читательские встречи будут проходить в другом формате. Вообразите объявление в книжном магазине: "Уважаемые писатели! Сегодня у нас в гостях любезно согласился побывать известный читатель Иван Иванович Иванов! В этом году он внимательно, с карандашом в руках, прочитал десять ваших романов, за что удостоился первой премии "Большая книга"! Он расскажет о своей нелегкой читательской судьбе и ответит на все ваши писательские вопросы!"

    Придем?

    Павел Басинский

    Источник: «Российская газета»
    ответить
  • Хорошая заметка, спасибо!
    ответить
  • «Несчастье русской литературы, Галина Павловна, в том, что она лезет в чужие дела, направляет чужие судьбы, высказывается по вопросам, в которых она ничего не понимает, не имея никакого права соваться в моральные проблемы, осуждать, не зная и не желая знать ничего.»
    В. Шаламов, «Галина Павловна Зыбалова»

    "По данным ВЦИОМ", - вот что смущает. Эти данные по свидетельствам социологов, тех, кому я лично доверяю, как правило!, совершенно необъективны. Более того, они представляют современную идеологию, то есть обслуживают интересы совершенно определённых - господствующих! - социальных групп. Принцип "чего изволите" ставится во главу угла интерпретации опросов ВЦИОМ. Это раз.
    Два. Представление о Басинском у меня сложилось после того, как я задал ему вопросы (здесь на сайте БМ они есть) о неодназначности оценок творчества А.И. Солженицына. Ответом был патриотический пафос и идеологическая истерика. Как говорят в таких случаях, товарищ не знает и не понимает, что не понимает и не знает, что не знает и не понимает.
    Итого: пиар Донцовой от Басинского - вот, по-моему, суть данной заметки. Разумеется, к действительной оценке творчества Донцовой, эта заметка не имеет никакого отношения. Вот и всё: одиножды один - один.
    P.S. Никто из вышеперечисленных классиков ни в каких опросах ВЦИОМ пока не фигурировал, поэтому подобные "опросные" аргументы крайне сомнительны. Никакая истина не устанавливается голосованием - Басинскому, как исследователю, это должно было бы быть известно. А между тем... иных аргументов у него нет.
    ответить
  • "Донцова бесплатно"!
    Рейтинги, писатель года, востребована? Так вот значит, как.
    Кстати, туалетная бумага своим рейтингом и популярностью не уступит, пожалуй, уже никаким изданиям, разумеется, если содержание избавить от разбора и критики.
    Припомним, что бывает бесплатным? Что общего у книжного магазина с мышеловкой? Или с душеловкой?
    Донцова - примета времени! На смену идеологии капеэсэс и тотального господства копеечных брошюр Политиздата пришла Донцова! Стоит только на секунду задуматься, а вообще, что такое литература? Ответы всплывают сами собой. Литература - и есть идеология. Во всяком случае, именно к такому выводу приходит автор "Теории литературы" Терри Иглтон.
    ответить
  • )))
    Вот как можно читать с позволения сказать произведение, содержание которого вылетает из памяти через минуту после закрытия книжечки, а ее название держится в памяти где-то полчаса? Как-то прочла пару таких книжек и помню только автора, так что не привираю нисколько.
    ответить
  • Да читать можно как угодно, например, как Онегин: "Глаза его читали, а мысли были далеко". Нам тут пишут, как можно не читать Донцову! Все должны её читать, потому что Басинский вместе с ВЦИОМ поставил её на пьедестал популярной литературы да ещё и снабдил оплеухой от Пушкина:
    "Неуважение к именам, освященным славою, первый признак невежества и слабомыслия...",
    имея в виду Донцову.
    То есть достаточно прославить имя (ВЦИОМ + Басинский + огромные и дешёвые тиражи) и попробуй-ка игнорировать - ишь умник выискался, Пушкин ему с Басинским не указ.
    Увы - не указ. Пушкин имел в виду другую славу, совсем не ту, что Басинский (что я отлично понял, когда увидел - см здесь
    http://bookmix.ru/blogs/note.phtml?id=3606 -
    какая пропасть между моим пониманием творчества А.И. Соженицына и его - председателя комиссии по премиям имени АИС). Когда же я, наконец-то, прочитал книжку Валерия Есипова (был случай с ним познакомиться лично в хорошей компании)
    http://bookmix.ru/book.phtml?id=2262787
    и сама книга - всем рекомендую -
    http://shalamov.ru/research/213/
    , где дан исключительный и самый детальный разбор общественной деятельности АИС со всеми его хитростями, уловками, вывертами и тд и тп, я до конца осознал, идеологическую функцию по имени Басинский (с АРХАИЧЕСКИМ взглядом на творчество Толстого, в частности, против чего самым категорическим образом выступал В.Т. Шаламов).
    В этом всё дело: литература, а тем более, самое банальное тривиальное чтиво, которым унавожены полки книжных, это современная идеология, которая вместе с современными литературными генералами басинскими точно знает, кого прославлять и чего читать.
    Настоящая слава писателя в 21 веке, это не тиражи. Это единственный рассказ опубликованный на родине при жизни, а спустя 3 десятка лет международные конференции с самым детальным анализом всего-всего, что связано с этим творчеством и признание в открытии новой настоящей художественной литературы - новой прозы - литературы 21 века. Вот какую настоящую славу басинские тщательно игнорируют, проявляя то самое настоящее НЕВЕЖЕСТВО и СЛАБОМЫСЛИЕ, про которые и писал Пушкин.
    А нам тут пишут про Донцову, про её популярность, про ВЦИОМ, про... клейма уже негде ставить - стыдоба.
    ответить
  • По мне так, кто упоминает ее фамилию чаще одного раза должен быть забанен)))))
    Вообще не понимаю, что люди находят в ее наспех написанных книжицах? И почему бы не печатать их на туалетной бумаге? )) - а что тогда ее популярность взлетит до невиданных высот))
    ответить
  • Спасибо за столь развернутый ответ и книжку о Варламе Шаламове - где-то восемь лет назад читала его "Колымские рассказы", так что будет желание и готовность к осмыслению серьезной литературы, обязательно прочту, скачала.
    Вот никак не могу понять, чем так хорош рассказ "Один день Ивана Денисовича" Александра Солженицына - вообще не впечатлил меня. во всяком случае "Записки из мертвого дома" Достоевского поинтереснее мне в ту пору показались. Единственное, что наиболее в то время понравилось с художественной точки зрения - это рассказ "Матренин двор" и повесть "Раковый корпус". А "Архипелаг ГУЛАГ" и вовсе не по зубам оказался - такое ощущение, что каждое предложение, а то и словосочетание молотком в мозг забиваешь.
    ответить

Ваше сообщение по теме:

Для оформления текста и вставки изображений используйте панель инструментов.


Интересные посты

Заметка в блоге

Бастион пал

Даже такие отсталые персонажи как я,не выдерживают давления современных технологий. :-) Долго я...

Новости книжного мира

Шпион, пришедший на смену ночному администратору

После успеха мини-сериала «Ночной администратор», снятого по одноименной книге Джона ле Карре...

Интересная рецензия

Семь розовых кустов? Как бы не так!

Я какое-то время сопротивлялась навязчивой рекламе этой книги, которую слышала со всех сторон...

Новости книжного мира

Владимир Маркин анонсировал сборник детективных новелл

Бывший руководитель Управления взаимодействия со СМИ Следственного комитета России (СКР...