Рецензия на книгу Воскресный день у бассейна в Кигали

"Эта из ряда вон выходящая книга, мучительная и безжалостная по сути, переносит вас в страну мертвых, где следуя за белым мужчиной, влюбленным в черную женщину, вы попадаете в самое сердце красной от крови Африки".

("Нувель обсерватер")
Бернар Валькур журналист. Он видел голод в Эфиопии и прошел войну в Ливане. В начале 90-х за неимением иных предложений он соглашается поехать в Руанду, чтобы организовывать там телевидение.

Роман, названный в Канаде "Книгой года" в 2001 году, переведен на десятки языков и лег в основу фильма режиссера Робера Фавро.

  • Рецензия недели

    История геноцида и предательства

    14
    +
    Нельзя сказать, что в книге нет достоинств. Начать с того, что она поднимает тему одного из самых страшных геноцидов ХХ века, о котором мало кто знает: тему резни народа тутси в Руанде в 90-х. Есть отдельные прекрасные сцены, отдельные яркие персонажи, есть хорошая идея попытаться скрестить ужас и любовь к жизни. У Куртманша всё немного не так, как в замечательном фильме «Отель «Руанда»: резня начинается не внезапно, зверские одиночные убийства начинают совершать задолго до массовых: убивают каждую ночь. Люди привыкли спать под взрывы гранат, которые бросают в окна жилых домов, под крики жертв, разрубаемых мачете. Все тутси знают или догадываются, что они обречены. Обречены даже многие хуту, уличённые в любви и дружбе с тутси. Но пока они живы, они пытаются жить, праздновать то, что они живы. Они влюбляются, устраивают дружеские пирушки во время чумы, занимаются сексом, — писателю хочется показать, что Африка разная. Африка — это не только зверства, но и могучее жизнелюбие, щедрость, красота, чувственность, очень красивая земля с зелёными холмами и нежно-алыми закатами. Иногда у него получается очень хорошо. И когда прекрасная Жантий смеётся от счастья, потому что она влюблена, любима и всё ещё жива, – это так понятно.

    Но по-настоящему сплавить в одной колбе смерть и жизнь Куртманшу таланта не хватило. Гораздо чаще автор пытается совмещать несовместимое.

    Жиль Куртманш даже не очень определился с тем, расист он или нет. Будучи типичным леваком, он, конечно, испытывает к расизму глубочайшее отвращение и верит в свое отвращение. Но как-то слишком часто и легко он говорит о том, что тутси от хуту отличить очень легко: тутси красивые, потому что похожи на белых, а хуту уродливы: типичные негры. И это только один маленький штрих.

    То и дело персонажи начинают рассуждать о том, как они любят Руанду и как она прекрасна. Тут каждый раз невольно хочется спросить, как быть с трупами, — с изувеченными трупами замученных людей, которые находят каждое утро на улицах. Кажется сложным называть прекрасной страну, усеянную человеческими останками, которые зачастую даже не убирают (из брезгливости, от страха), и они разлагаются под африканским солнцем. Впрочем, героям Куртманша и ему самому – почему-то не сложно.

    Читателю также может быть сложно сочувствовать будущим жертвам геноцида, которые знают, что ждёт их и их близких (смерть будет только концом долгих мучений), но ничего не предпринимают, устраивая вечеринки и рассуждая о том, как прекрасна Руанда. Они не пытаются спасти свои семьи и самих себя. Только один раз мы видим людей, пытающихся организовать оборону своей деревни. Остальные ждут своей участи, предавая своих детей. Хотя никто не мешает им хотя бы уехать.

    Впрочем, дело тут, наверное, не в людях, а в графомании Куртманша. Потому что вот, например, как крестьянин, отец девушки, которую вот-вот растерзают (у неё типичная внешность тутси), об этом говорит: "Дядя Жантий сам тутси. А второй человек в РПФ, готовящий нападение армии тутси из Уганды, – хуту и тоже дядя Жантий. Сами того не подозревая, оба – и один из них это наверняка совершит – хотят убить Жантий, которая не принадлежит ни к тем, ни к другим. Жантий – словно плод, порожденный красной землей этого холма, загадочный гибрид, вобравший всё её семя и все ее соки". Жантий – не загадочный плод, а его дочь, которой грозит страшная смерть. Однако папаша предпочитает выражаться красиво. Более того, он приветствует белого, влюбившегося в Жантий, и... не собирающегося увозить её в безопасное место. Ведь этот белый, канадский журналист Бернар Валькур, так любит Руанду и её холмы, что не готов лишать Жантий счастья жить в такой чудесной стране, увозить её в серую, холодную Канаду, где ей будет скучно.

    Валькур – судя по всему, alter ego автора: левак с кашей в голове, понимающий, с чем играет, только когда смерть хватает его за руку. Он высокопарно рассуждает о красотах Африки, обвиняет в её страданиях белых, а в плохом вкусе местных – империализм, периодически яростно набрасывается на ни в чём не виноватых – например, на только что прибывшего в Руанду маленького чиновника, которому предстоит узнать, как сильно лично он виноват в африканской нищете и африканских убийствах. Но когда Валькур находит реального убийцу близкого ему человека, он не смеет даже ударить его: только жалко взывает к совести убийцы, который, само собой, просто плюет ему в лицо. На том и расходятся.

    Ещё одно противоречие и ещё один реверанс в сторону расизма: тутси у Куртманша частенько говорят, что хуту – нормальные парни. Казалось бы, при чём тут расизм. А при том, что дальше неизменно следует: «мы не лучше, если бы сила была на нашей стороне, это мы бы резали их». То есть, всё население как минимум одной африканской страны Руанды – садисты и убийцы? Неожиданно. Но…

    Может, и так.

    Вот только в этом случае автору следовало бы иметь смелость назвать вещи своими именами. Тогда это была бы куда более сложная и трагическая книга. И она могла бы получиться поразительно сильной.

    Но Куртманш так не может. Ему проще лепетать о том, как прекрасна Руанда, и как плохи какие-то белые, которые то «наживаются на смерти руандийцев» (когда лечат их от СПИДа), то разделили добрых и хороших чернокожих на хуту и тутси. И когда хуту подвергают тутси пыткам, это, конечно, тоже вина белых колонизаторов из XIX столетия. В общем, то ли все руандийцы чудовища, то ли – невинные дети, жертвы белых, – Жиль Куртманш, чувствуется, как-то не определился. У него можно встретить обе эти мысли. И высказываются они каждый раз со страстью.

    Сцены геноцида изображены с ужасающими подробностями, и тут уже не до мыслей о том, что «одни не лучше других», а просто жутко за людей, оказавшихся посреди резни.

    Но беда в том, что главный герой, канадский журналист Валькур, мало-помалу начинает вызывать такое отвращение, что темой книги – для меня – постепенно становится не геноцид, а лицемерие, трусость, лживость и предательство положительного героя Бернара Валькура. Он дважды предаёт женщину, которую, как ему кажется, глубоко любит. И она позволяет ему делать это и даже прощает его, потому что вот она – она любит этого слизняка по-настоящему. Она умоляет его не спасать её – и что же? Он уважает её просьбу. До этого он уже привёз её в самый эпицентр резни – из принципа, дескать, «нас не запугаешь». До этого он уже упустил массу возможностей вывезти её вместе с удочеренной ими девочкой, родители которой были зверски убиты. К чёрту девочку, к чёрту красавицу тутси – главное принцип: «Нас не запугаешь!» Действительно, Валькуру так и не удаётся испугаться самого себя.

    Вот так, благодаря бездарности и каше в голове, книга о геноциде может оказаться историей о предательстве и о том, какими опасными могут быть «принципы» влюблённых в какую-нибудь Африку белых журналистов, чувствующих себя в безопасности, пока других режут на куски.









    • Сильно сказано
      ответить
    • Спасибо.
      ответить
    • кошмар какой))) это ж журналист...книгу люди могут не прочитать, а голос журналиста звучит каждый день и убеждает кого то...
      ответить
    • А разве мало таких журналистов в реальном мире? ( Людей, которые мало что понимают, но с апломбом поучают других?
      Безусловно, Валькур — не злой гений. Если бы его не было, в лучшую сторону в Руанде и в судьбе Жантий ничего бы не изменилось. Он просто предатель. Предатель интересного сорта: не из трусости, но из глупости.
      Но, похоже, автор не понимает, что его персонаж не положительный герой. Похоже, автор смотрит на мир именно глазами Валькура. И его пафос — это пафос Валькура.
      ответить
    • P.S. Доходит до меня, как до жирафа, в Африку меня надо отправить.
      Куртманш-то сам журналист. Ну да, так и есть: Бернар Валькур это его alter ego.(
      ответить
    • вот... вот))) не все читают книги, но новости смотрят все, даже не желая этого... а их видение людей, событий откладывается на автомате в подкорке... ведь так?
      ответить
    • Мне кажется, что некоторое падение популярности СМИ во всём мире — это своего рода ответ думающей части населения. Всё чаще люди предпочитают получать новости из неофициальных источников — например, из ФБ-аккаунтов и фото очевидцев. Журналисты, которым можно доверять, сегодня нетипичны. Имхо
      ответить
    • ответ думающей части населения.!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!ДА)))
      ответить
    • ФБ тоже необъективен. Врут в той или иной мере все, необъективны тоже все. Истина всегда где-то посредине.
      ответить
    • Само собой, но субъективность частных мнений часто бывает информативнее и ценнее, чем мнимая объективность официальных источников.
      Может быть, дело как раз в том, что правда если не посередине, то многогранна, а официальные источники пытаются охватить взглядом всю картину с одного "идейно верного" ракурса.
      ответить
    • да, скорее многогранна, а официоз однобок
      ответить
    • Согласно. Сильно. Тема жуткая....Последний абзац - слов нет...
      ответить
    • Спасибо. Тема жуткая, а отражена, нмв, плохо. Но если тема интересна, можно посмотреть хороший фильм "Отель "Руанда", основанный на реальных событиях.
      ответить
    • Великолепная рецензия. Вообще хорошо подмечены многие моменты не относящиеся к книге. Когда журналисты приезжают в страну, смотрят, а потом в спокойный мирок, и постфактум описывают ужасы...

      Но если книга такие эмоции вызвала, наверное не зря она была написана.

      Текст можно на цитаты разобрать: "Валькур – судя по всему, alter ego автора: левак с кашей в голове, понимающий, с чем играет, только когда смерть хватает его за руку. "

      Но поступок с его возлюбленной конечно дикий. С учетом того, что они и ребенка усыновили. Наверняка бы бежать надо было всем...Показательно. Зато, идейный человек!
      ответить
    • Спасибо.)
      О журналистах, которые приезжают в какой-нибудь непонятный им ад и начинают судить, замечательно рассказывают маленькие эпизоды из великолепной трагикомедии Кустурицы "Жизнь как чудо".
      Это, конечно, не значит, что журналисты не нужны.
      Если бы не журналисты, — откуда бы мы вообще узнали о том, что творилось в той же Руанде? Я очень уважаю многих военных журналистов, которые рискуют жизнью не ради адреналина, а в упрямой гуманистической вере в то, что такие слова, как "правда", — не просто слова.

      А насчёт идейных людей — то ох, страшны порой они бывают... Почему бы не быть идейным исключительно за свой личный счёт? Бог дал тебе беззащитную и преданную тебе женщину, беззащитного ребёнка и большие возможности, так действуй же, богатенький белый, действуй! Не-а, не будет он действовать, у него сейчас — роман с Африкой. Не мешайте ему.
      ответить
    • "Если бы не журналисты, — откуда бы мы вообще узнали о том, что творилось в той же Руанде? Я очень уважаю многих военных журналистов, которые рискуют жизнью не ради адреналина, а в упрямой гуманистической вере в то, что такие слова, как "правда", — не просто слова."

      С этим согласна. Поэтому наверное хотя бы за привлечение внимания к проблеме плюс.

      А что стало с этой женщиной и ребенком? В книге сказано?
      ответить
    • К сожалению... сказано.
      ответить
    • Отличный разгром, но ведь действительно потрясающе много сейчас людей с кашей в голове по самым разным поводам, а они её и в массу несут и подают в качестве единственной истины. А если ещё и по такой теме - кошмар.
      ответить
    • Спасибо... Да, чего-чего, а каши — хватает.
      Я не думаю, что Куртманш со своим героем добавили Руанде кошмара. Беда в том, что Валькур ничего не делает, чтобы помочь кому-нибудь из этого кошмара спастись.
      Опять хочется посоветовать посмотреть фильм "Отель "Руанда": там как раз показаны люди, африканцы и европейцы, которые, рискуя собой, спасают людей от резни. Делают, что могут. И, оказывается, могут кое-что.
      ответить
    • Противоречия, разворачивающиеся в книге действительно разительные! Одно дело прекрасная Руанда, и уже совсем иное истребление людей...Даже интересно стало, какой эффект вызвала книга...Спасибо, рецензия отличная!
      ответить
    • Спасибо. Да, "противоречия" — ключевое слово. Вот тут — Африка прекрасна, и вот тут же — "все мы тут убийцы". Я понимаю, как это может быть в жизни, но вот тут-то как раз и нужен писателю талант, чтобы сочетать эти противоречия, создавая из них цельный и сильный образ.
      ответить
    • А вот интересно мне: главный герой, который, казалось бы, положительный, а вон сколькими отрицательными чертами наделен.
      А может, автор это специально сделал, чтоб добиться правдивости? Ну, чтоб всё как в жизни было?
      ответить
    • Мне потому, в частности, и не понравилась книга, что я не увидела никакой критичности в отношении автора к герою: наоборот, полное слияние и понимание, неотделимость автора от персонажа, на уровне Арсеньева у Бунина.
      Эти две книги, конечно, только в _этом_ плане могут рядом стоять.
      ответить
    • Понятно.
      ответить



Интересные посты

Интересная рецензия

Он знал, что все они только притворяются!

Определённо в прочитанных мною романах («Луна и грош», «Острие бритвы», «Пироги и пиво») и...

Заметка в блоге

Вот и я 5 лет на Букмиксе!

Так уж вышло, что моя 100ая заметка посвящена моему юбилею на этом сайте. Что же я делала...

Новости книжного мира

Петербуржец подал в суд на библиотеку за отказ выдать ему «Майн кампф»

Куйбышевский районный суд Петербурга во вторник, 6 декабря, приступил к рассмотрению иска...

Заметка в блоге

Эмоциональный книжный ТЭГ

Раньше по жж бродили флешмобы, где нужно ответить на разные вопросы по теме, теперь в Youtube...