Рецензия на книгу День второй

30-е годы В 1932 г. Эренбург стал парижским корреспондентом газеты "Известия", он посещает различные стройки первых пятилеток, результатом которых стал роман "День второй" (1933).

  • Рождение нового мира

    5
    +
    Роман "День второй" отличается не столько красотой, сколько поэтической стройностью. Тяжёлый, чеканный слог И. Г. Эренбурга не лишён мрачноватой образности: иногда даже удивительно, как это суровое перо способно настолько осязаемо нарисовать заснеженные сибирские города. Краткие фразы, - точь-в-точь из газетных вырезок, - создают ощущение захлёбывающегося полёта, пропитывая роман пафосом эпохи. Кружатся, будто в метели, разные лица и события; и сложно поначалу запомнить имена персонажей.

    Оно, наверное, и не нужно: в качестве главного героя автор выбирает коллектив, которому противопоставляются другие, почти живые, "герои" - завод-гигант и тайга, но с ними герой-коллектив справляется и побеждает, несмотря на многочисленные лишения и жертвы. Характерно, что те, кто видит себя отдельно от коллектива, не находят места в жизни. Яркий пример - Володя Сафонов. Его образ - своего рода пародия на современную для автора интеллигенцию: пассивную и запутавшуюся в бесконечных раздумьях и софизмах.

    Но позиция автора чужда. С одной стороны, завидуешь советскому энтузиазму, когда нет ничего невозможного, - главное, идти вперёд! С другой, - очень жалко тех людей, которые не видели ничего, - даже того, что находится под ногами, - кроме всеобщей благой цели. Ради светлых идеалов люди готовы на кошмарные условия жизни, хотя эти идеалы слишком отдалённы и призрачны, и ещё неизвестно, достижимы ли они.

    Когда иностранцы говорят о технике, облегчающей работу, строители с усмешкой отмахиваются и даже гордятся готовностью преодолевать трудности, - действительно, смешно, глупо и страшно: выходит, люди, как расходный материал, и им это нравится.

    Настораживают мимолётные упоминания о смертях - одной фразой, без боли и сочувствия.

    Показательны и женские судьбы. Беременную Варю Тимашову бросает инженер Глотов; судя по отдельным намёкам, такая же участь ждёт, скорее всего, и Ирину: её возлюбленный уезжает покорять тайгу. И как будто всё здорово: на стройках выживают только сильные женщины, и, само собой разумеется, Варя и Ирина справятся с воспитанием детей; к тому же, им поможет коллектив, - дикая логика!

    Автор сравнивает масштабные стройки с творением мира: пока ещё день второй, но уже проступают из небытия очертания нового мира. Конечно же, этот мир строится для будущего детей, - но складывается впечатление, что мир создаётся для того, чтобы дети и дальше продолжали строить (и, соответственно, так же страдать!). Какой-то замкнутый круг: страдания ради будущих страданий! Может быть, автор специально создал подобный подвох? Возможно, в тот момент он по-настоящему в это верил.










Интересные посты

Заметка в блоге

День рождения блудного попугая и его подарки

Сначала хотела написать две заметки, а потом решила - расскажу все в одной) Месяц назад мне...

Новости книжного мира

Фестиваль медленного чтения. До 15 мая открыта регистрация

Фестивали медленного чтения — продолжение открытых занятий проекта «Эшколот» (eshkolot.ru) для...

Заметка в блоге

Мои книжные шкафы и как я веду читательский дневник

Давно меня посещает мысль сделать обзор своих книжных полок. Все мои попытки составить каталог книг...

Обсуждение в группах

24-30 апреля 2017

24 апреля, понедельник Вот и последняя неделя апреля! Уже через неделю случится кое-что очень...