Рецензия Indriblets на книгу Кто-нибудь видел мою девчонку? 100 писем к Сереже

Они считались самой красивой парой богемного Петербурга начала девяностых - кинокритик и сценарист Сергей Добротворский и его юная жена Карина. Но счастливая романтическая история обернулась жестким триллером. Она сбежала в другой город, в другую жизнь, в другую любовь. А он остался в Петербурге и умер вскоре после развода. В автобиографической книге "Кто-нибудь видел мою девчонку? 100 писем к Сереже" Карина Добротворская обращается к адресату, которого давно нет в живых, пытается договорить то, что еще ни разу не было сказано. Хотя книга написана в эпистолярном жанре, ее легко представить в виде захватывающего киноромана из жизни двух петербургских интеллектуалов, где в каждом кадре присутствует время.
Сергей Николаевич, главный редактор журнала "СНОБ".

  • «Как можно теперь спать? И как можно теперь жить?»

    2
    +
    Передо мной лежит книга в черно-белой обложке, на которой буквально изображены 90-ые – синеватая фотография пары из прошлого и пошловатое название с претензией на оригинальность. Книгу бережно завернули в целлофановый пакет, как будто стараясь не повредить целостность ее содержимого, оставить ее такой, какая она есть – пронзительной, надрывной, немного старомодной и неуместной в эпоху хипстерского минимализма.

    Это книга-откровение, книга-воспоминание и книга-мольба, написанная для живых, но о мертвых (чувствах, людях, собаках – ненужное вычеркнуть).

    Книга, написанная автором-интеллектуалом (бывших интеллектуалов, как известно, не бывает), который посвятил себя индустрии моды и глянцу, наверняка не могла быть другой. В книге великолепно описана эпоха и текучесть времени, простые радости советских будней, контрастные к ним требовательность и изыски парижских ресторанов со звездами Мишлена. Повествование пестрит именами деятелей искусства, среди которых особое место занимают люди, близкие к кинематографу. Кино выступает в роли третьего (на мой взгляд, здесь вообще только три главных героя – он, она и кино) персонажа, помогая понять особую связь и образ мысли, стиль жизни двух Иванчиков. Письмо не лишено пафоса, в котором всегда отказывают хорошему писателю, но который простителен его героям. Здесь получилось так, что писатель и герой – одно и то же лицо, поэтому некоторый пафос вполне можно простить, полагаясь на то, что это авторская жизнь, ее правда, на которую она имеет полное право.

    К своему финалу книга раздавит и растопчет, заставляя беспомощно разводить руками и задавать себе вопрос: «Как же так? Как теперь жить?». Пожалуй, только постоянно благодаря за все, что случается с нами в жизни и неустанно прощая себя за то, что мы со своей жизнью делаем сами.










Интересные посты

Интересная рецензия

Memento mori

Думай о смерти… Повесть «Смерть Ивана Ильича» заставляет нас лицом к лицу встретиться с теми...

Новости книжного мира

13 волонтеров перевели «Гарри Поттера» на татарский язык

Роман Джоан Роулинг «Гарри Поттер и философский камень» — первую книгу Поттерианы — выпустили на...

Новости книжного мира

Сегодня, 19 августа, в истории

В этот день родились: 1689 - Сэмюэл Ричардсон (англ. Samuel Richardson; 19 августа 1689, Дербишир...

Заметка в блоге

Через чтение к звёздам!

Хочу отметить, что книги из раздела "Психология" я полюбила всего года 3 назад. С тех...