"Друг наш, Николай Васильевич..." - "И он боится распрямиться..."

7
+

Из публикации стихотворений Варлама Шаламова 1956-1957 гг. в пятом выпуске «Шаламовского сборника".

Возвращение Гоголя

5 января 1959 г. В этот день власти вернули в центр города знаменитый памятник Гоголю работы Н. Андреева. В 1951 году эта скульптура, давно досаждавшая Сталину своей «мрачностью», была демонтирована и удалена за стены Донского монастыря. На ее месте вскоре появился «веселый» Гоголь работы Н. Томского. И лишь в 1959 году под давлением общественности андреевский шедевр (а вместе с ним и настоящий Гоголь) был возвращен Москве, на известное ныне место на Никитском бульваре. Судя по всем деталям, Шаламов сам присутствовал при этом событии, и стихотворение можно рассматривать как публицистический репортаж поэта (но в те годы ни одна газета, безусловно, такой репортаж не напечатала бы).

.

Опустит кран десятитонный

Кого-то бережно на снег,

И видит дом многооконный,

Что в мир вернулся человек.

.

Вернулся прямо восвояси

Туда, где жил, где душу сжег,

Чтоб средь вражды и несогласий

Заветный выполнить зарок.

.

И Гоголь, связанный веревкой,

Как обессиленный гигант,

Конвоем выслеженный ловко,

Изловлен беглый арестант.

.

Никто не может подступиться,

И Гоголь вправду не поймет,

Кто здесь друзья и кто убийцы,

И отчего кругом народ.

.

Литая бронза потемнела,

И автокран, поймав момент,

Вздымает скорченное тело,

Позеленевший монумент.

.

.

Не в первый раз поэт и автор

Перед столицей брошен ниц.

Его задворки — без метафор,

А свалка — ссылка из столиц.

.

И обыденность встречи значит,

Что обвинен в побеге он

И как беглец дозором схвачен

И для позора привезен.

.

.

И вот глядят из подворотен,

С подъездов, окон и крылец,

Как будто это — оборотень

Иль притворившийся мертвец.

.

И привалясь к решетке сада,

Глядит досужая толпа,

Ей вовсе Гоголя не надо —

Она наивна и слепа.

.

Пока любой карманной кражей

Вниманье не отвлечено,

Ее растрогать можно даже

Подобной сценой для кино.

.

Но все глядят не без боязни,

Как возвратился с пустыря

Монах, бежавший от соблазна

Пустынного монастыря.

.

.

Вот страсти статуи и муки,

А людям — им не привыкать

Крутить писательские руки

И их за спину загибать.

.

Столетний двор — как бы граница

Всесветного его пера,

И он боится распрямиться

И встать и выйти со двора...

.

"Друг наш, Николай Васильевич, ...", - строчка из песни Ю. Визбора "Спутники" ("По прекрасному Чюрлёнису").



  • Правильно, что же еще постить в День поэзии, как не стих!
    ответить

Ваш комментарий к заметке: