Убьет ли толерантность литературу?

14
+

Статью прочитала на сайте издательство "Эксмо". Тема актуальная. Делюсь.

Старшее поколение, похоже, всерьез обеспокоено набирающим обороты трендом на всеобщее равенство: по мнению маститых деятелей искусства, толерантность ставит под угрозу свободу слова. В британском издании The Guardian решили разобраться, так ли это. «Если бы Владимир Набоков написал „Лолиту“ в 2019-м, будьте уверены, человечество лишилось бы литературного шедевра, а рукопись не дошла бы и до редколлегии, — уверен один из ведущих британский издателей Дэн Франклин. — Знаете почему? Потому что тогда 30-летние менеджеры, сейчас составляющие большую часть штата любого издательства, тут же написали бы заявления на увольнение. Не говоря уже о массовой бойне в социальных сетях, которые в современном мире оказывают на массы влияние куда большее, чем качественная литература»

Практика показывает: веками старшее поколение прививало моральные устои и собственные традиции молодежи, но теперь времена изменились, дети 90-х диктуют свои правила — и порой делают это весьма агрессивно. Иногда такая непримиримость действительно оправдана: вспомните последние громкие дела с возрастными представителями из мира кино, шоу-бизнеса и литературы. На пятки 30-летним наступают еще более юные парни и девушки, которые, несмотря на нежный возраст, разбираются в вопросах всеобщего равенства куда лучше своих родителей, стоящих у истоков сексуальной революции. Борьба за свободную любовь завершается возвращением к корням, а пуританство и строгая мораль вытесняют раскрепощенность. И этот разрыв между детьми и родителями с каждым днем все глубже.

Взять хотя бы популярную в соцсетях акцию #MeToo, против которой активно выступили легенды кинематографа вроде Катрин Денёв. Кстати, актриса вообще утверждала, что подобные тенденции способны в недалеком будущем лишить мужчин их «главного навыка» — умения соблазнять женщин. А вот Элизабет Гилберт, автор «Ешь, молись, люби», уверена, что такое развитие событий способно окончательно сделать женщину пассивной стороной, чьи функции сводятся к согласию или отказу. «Еще со времен Аристофана женская сексуальность была оружием, а не пороком, — убеждена Гилберт, — и потом, как быть с теми женщинами, для кого соблазнение мужчин — это вид спорта? Разве в таком случае мужчинам не требуется защита?»

И пока младшее поколение с одинаковым рвением бросается на защиту прав женщин, сексуальных меньшинств, чернокожих, трансгендеров и прочих представителей общества, чьи свободы когда-либо были ущемлены, их родители бьют тревогу. И такая настороженность понятна, ведь любая борьба рано или поздно способна задеть искусство в целом, в частности — литературу. Действительно ли мнение молодых людей способно воздействовать на массы или это всего лишь эффект социальных сетей, которые наделяют голосом тех, кто не решается высказаться в реальности? Так или иначе, риск того, что мы столкнулись с новым видом жесткой цензуры, пострашней той, что устанавливает государство, действительно существует. «В современном мире приходится быть очень осторожным, — считает преподаватель одного из университетов Лондона. — Теперь, подбирая материалы и литературу для лекций, приходится думать не столько о художественной ценности книг, сколько о том, не может ли то или иное произведение оскорбить или ущемить кого-нибудь. Вы всегда должны быть готовы к тому, что утренняя дискуссия в аудитории вечером может превратиться в вашу травлю в Twitter»

Профессор литературы, ученый Джон Сазерленд уверен, что любая цензура циклична: писатель Энтони Бёрджесс, автор романа «Заводной апельсин», называл подобное явление качелями между Пелагианским и Августинским консерватизмом. Сейчас, по мнению Сазерленда, мы наблюдаем расцвет второго, по крайней мере в рамках литературы. «Частично в таком положении дел относительно университетов виновато платное образование — прав тот, кто платит, и поэтому у студентов есть власть, а у преподавателей — нет. В недавнем прошлом из университетской программы был исключен роман Брета Истона Эллиса „Американский психопат“, и случилось это лишь по одной причине — профессора боятся реакции своих студентов», — сетует Сазерленд.

Не является ли страх преподавательского состава разновидностью негласной цензуры? А ведь о последствиях агрессивной фильтрации литературы мы отлично знаем. Как правило, в списки книг, когда-либо попадавших под запрет, входят действительно великие произведения: «Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына, «Улисс» Джеймса Джойса, «Над пропастью во ржи» Джерома Сэлинджера, «Доктор Живаго» Бориса Пастернака и многие другие романы, составляющие цвет мировой литературы.

Молодые люди стремились к переменам во все времена, но не по себе становится от мысли, что нынешнее поколение вынудит нас отказаться от шедевров мировой литературы или современной качественной прозы. Утешает лишь то, что в обществе по-прежнему преобладают те, кто готов принять романы на противоречивые темы и рассматривать их с точки зрения искусства, а не попытки унизить или оскорбить кого-то.

Источник

  • Не взаимоуважение плохо, а взаимобичевание. Так что тут не толерантность надо ругать, а тех, кто не признавал и не признаёт общечеловеческого равенства. Потому что пока приходится за это биться, будут и те, кто станет перегибать палку.
    Ситуацию иллюстрируют вполне пословица и анекдот:
    1) Заставь дурака богу молиться - он и лоб расшибёт;
    2) - Вы стали вегетарианцем потом, что так любите животных?
    - Нет, я так ненавижу растения!
    Бич любого движения за чьи-либо права - дураки с двумя признаками: плохая информированность (поскольку они заинтересованы не в защите, а в нападении) и перенесение личных психологических проблем в это выбранное движение.
    Когда настанет время настоящей толерантности - если оно вообще настанет - всё будет гораздо спокойнее, потому что всем будет в принципе всё равно, белый ты там, чёрный, голубой или зелёный - тебя просто будут таким принимать.
    А пока всегда найдётся тот, кого что-нибудь оскорбит - за себя или за того парня. Во все времена такие находились. А караван всё идёт.
    ответить
  • "Архипелаг ГУЛАГ" - шедевр литературы????
    ответить
  • Интересная статья, спасибо. Заставляет задуматься, да.
    ответить
  • Очень болезненный вопрос вы поднимаете, только вчера с мужем обсуждали, что движение за толерантность кого-либо или чего-либо, выходит за всякие грани разумного и превращается в одержимость, очень не хотелось бы видеть цензуру в творческих направлениях, как и бездумное следование этим движениям=(
    ответить
  • Интересная статья, заставляет серьёзно задуматься.
    Как раз начала читать Таинственный остров (Жюль Верн), где автор называет темнокожего "негр", мне сразу подумалось "а как же читают эту книгу темнокожие?" ведь для многих и них the N word - табу. Или эту книгу начали издавать с заменой слова "негр" на "темнокожий", "чернокожий" и так далее.
    ответить

Ваш комментарий к заметке: