Шемаханская царица в роли архивариуса

Ей нравился этот образ. Дома она примеряла его на себя, и надо сказать, удачно. Завязывала шёлковую косынку каким-то особым фертом , через лоб, спуская концы с виска на ухо. Но и чертами лица напоминала польскую княжну. Впрочем, в Тобольске это и не было удивительным. Антураж завершался особой домашней обстановкой в каменном домике, примыкавшем к рентерее, которую мы просто звали шведской палатой, потому как строили её пленённые Петром I.

Последнее лето перед сдачей госэкзаменов было напряженным. Но меня клюнуло писать реферат для аспирантуры. Хотя и понимала, что не успеваю, сроки сдачи экзаменов нам сильно сдвинули. Но спасительный авось жужжал в ухо и подталкивал, склонял к афере. Над темой ломать голову не надо было, достаточно было заглянуть на кладбище к декабристам, а уж в музейной библиотеке и вообще кладезь самый что ни на есть разносторонний. Один «Иртыш, превращающийся в Ипокрену» чего только стоил. Столько там имён: Ершов, Словцов, Алябьев, Радищев. Вот только когда мне этим кладезем овладевать? Днём в институте, в выходные архив, к которому и музейная библиотека принадлежала, не работает.

Архив, конечно, соблазнял более всего. Тобольский архив – особая статья. Вся русская литература прошла по этапу через Тобольск. И пошла я к Шемаханской царице проблему обсуждать. Звали её Татьяна Дорофеевна. А была она не просто архивариусом, но ещё и музейной библиотекой заведовала. Так ведь библиотеки мне показалось мало, мне и в архив очень хотелось нос сунуть. С Татьяной Дорофеевной нас очень сблизило литобъединение при городской газете. И мы придумали.

Я буду заходить к ней в библиотеку перед самым закрытием, она оставляет мне нужные книги и необходимые документы, закрывает меня на ключ и уходит, как обычно, после работы домой, а через 2-3 часа приходит за мной, открывает меня, забирает выданные материалы, расставляет и убирает по местам. Мы уходим. Поскольку начинались белые ночи, то электричество мне велено не включать, а обходиться естественным светом. На что я охотно согласилась.

Это были упоительные вечера. Держать в руках книги и журналы 18 и 19 веков, находить новые имена, вычитывать неизвестные факты об известных людях, было столь захватывающим для меня, что я не замечала времени до прихода Татьяны Дорофеевны. Но вот однажды произошло нечто необычное. В коридоре за дверьми библиотеки возник какой-то шум, совсем не похожий на тот, который слышался при приходе Татьяны Дорофеевны. Было ощущение, что там ходит не один человек, мне даже послышались голоса. Кто бы мог быть в это время, если музей уже не работает? Мне показалось, что подёргали за ручку. Взломщики? А вдруг директор музея? Оба варианта пугали. Ужас лишил меня рассудка, кое-как я заставила себя обдумать ситуацию. Больше всего стало страшно за Татьяну Дорофеевну. Невозможно было представить, чем он рисковала. Шаги тем временем как будто удалялись, но, кто знает, куда они повернут. Я потихоньку приходила в себя и начала действовать. Сначала убрала журнал со стола, хотела быстро сунуть его в шкаф, но шкафы Татьяна Дорофеевна все закрывала, оставляя мне на столе только один номер для работы. Хорошо, что на мне была курточка, лето летом, а сидеть вечером в каменных палатах не жарко. Сунула под курточку журнал, размышляя, где бы мне теперь самой спрятаться. Пришлось зашторить гардины, окна я оставляла открытыми для света. Забралась за гардину между окном и шкафом, села и притихла.

Как пришла Татьяна Дорофеевна, я уже не слышала, напряжение вогнало меня в сон.

Ну и как вы думаете, успела я написать свой реферат? И чем закончилась эта история, если она была?