Лолита

Купить по лучшей цене:

OZON.ru:
+ Подарок
406RUB руб. купить
My-shop.ru: 485 руб. купить
смотреть полный список магазинов
(4.0)
(0.0)
Читали: 2615    Хотят прочесть: 683

Лолита, Владимир Набоков

Авторы:

Издательство: Азбука, Азбука-Аттикус

ISBN: 9785389150645

Год: 2018

«Она явно принадлежала к числу тех женщин, чьи отполированные слова могут отразить дамский кружок чтения или дамский кружок бриджа, но отразить душу не могут; женщин, совершенно лишенных чувства юмора, женщин, в сущности вполне равнодушных к десяти-двенадцати знакомым им темам салонного разговора, но при этом весьма привередливых в отношении разговорных правил, сквозь солнечный целлофан коих ясно проступают затаенные, подавленные и не очень аппетитные вещи. »

«Лолита» — самое известное произведение Владимира Набокова, признанный шедевр мировой литературы XX века. Это третий американский роман писателя, позднее переведенный им на русский язык. «Лолита», впервые увидевшая свет в 1955 году, вызвала скандал по обе стороны океана и вместе с тем вознесла автора на вершину литературного Олимпа. По словам Набокова, «в произведениях писательского искусства настоящая борьба ведется не между героями романа, а между романистом и читателем». Это творческое кредо нашло отражение в романе «Лолита» — полном противоречий, явных и скрытых цитат и аллюзий, словесной игры, намеков и прочих ловушек, в которые легко может попасть даже самый искушенный читатель. В настоящее издание включены статья и подробные комментарии одного из крупнейших исследователей творчества Набокова профессора Мэдисонского университета (США) Александра Долинина. Обо всём этом и не только в книге Лолита (Владимир Набоков)

Победа над собой

22

«Искусство - божественная игра. Эти два элемента - божественность и игра - равноценны. Оно божественно, ибо именно оно приближает человека к Богу, делая из него истинного полноправного творца». (Набоков)



Мой тяжелый роман с «Лолитой» начался 12 лет назад помимо моей воли. Впрочем, мне думается, как и все в моей жизни. Единственным волевым решением в этой истории было взять книгу в руки и начать читать. Все. Далее книга включила меня во взаимоотношения с собой, и мне лишь оставалось принять этот факт. И дошло до меня, что я уже прочно застряла в этих взаимоотношениях не сразу, а, как любит говаривать Михаил Жванецкий, «постепенно».

Полярность отношений с «Лолитой» менялась, и страсти кипели как в любом стоящем романе. Сперва - увлечение, слияние, познание. Разговоры. Секс. Снова разговоры. Опять секс.

«Лолита, свет моей жизни, огонь моих чресел. Грех мой, душа моя. Ло-ли-та: кончик языка совершает путь в три шажка вниз по небу, что бы на третьем толкнуться о зубы. Ло. Ли. Та».

Далее - первое разочарование. Книга делала мне больно: сложно отрешиться от своей женской природы. Разочарование, напряжение и в тоже время конформизм, желание не терять близости.

«Большинство обвиняемых в проступках против нравственности, которые тоскливо жаждут хоть каких-нибудь трепетных, сладко-стонущих, физических, но не непременно соитием ограниченных отношений с девочкой-подростком – это все безвредные, никчемные, пассивные, робкие чужаки, лишь одного просящие у общества, а именно: чтобы оно им позволило следовать совершенно в общем невинным, аберративным, как говорится, склонностям и предаваться частным образом маленьким, приятно жгучим и неприятно влажным актам полового извращения без того, чтобы полиция или соседи грубо набрасывались на них. Мы не половые изверги! Мы не насилуем, как это делают бравые солдаты. Мы несчастные, смирные, хорошо воспитанные люди с собачьими глазами, которые достаточно приспособились, чтобы сдерживать свои порывы в присутствии взрослых, но готовы отдать много, много лет жизни за одну возможность прикоснуться к нимфетке».

Затем последовал стандартный для взаимоотношений этап: выявление лидера. Я восприняла это нормально, так как не верю в равноправие в отношениях. «Лолита», определенно, мужская доминантная книга пыталась установить надо мной контроль. Как умная книга она не использовала грубую силу, а действовала через мои слабости, превращая чтение в творческий духовный процесс постижения тайны мироздания и обретения сокровенного знания о собственном «я».

«Сердце хочет того, что рассудок справедливо отвергает, а пожелания рассудка не устраивают сердце. В самом деле, такие качества, как доброта, порядочность, честность, уважение других людей, тактичность, да совесть наконец, справедливо считаются признаками культурного, порядочного человека, и хорошего супруга, но вместе с тем, с первобытных позиций это всё признаки низкого ранга в иерархии!!!»


Набоков легко подчинил меня своим схожим с моим иррациональным, «безумно-спокойным», я бы даже сказала, фатальным представлением о жизни.

«Да, мы ссорились, да, она бывала прегадкой, да, она чинила мне всякие препятствия, но невзирая на ее гримасы, невзирая на грубость жизни, опасность, ужасную безнадежность, я все-таки жил на самой глубине избранного мной рая — рая, небеса которого рдели как адское пламя, — но все-таки рая».

Последний этап – принятие – проходил наиболее тяжко. Закрывая прочитанную книгу, я привыкла слышать прощальный шелест последней страницы: «как жаль, что я не смогла изменить тебя». Поэтому примирение с поражением (а «Лолита» определенно победила меня) – одно из сильнейших душевных переживаний за период всего моего чтения.

"Как же ты ее достал?"
"Простите?"
"Говорю: дождь перестал".
"Да, кажется".
"Я где-то видал эту девочку".
"Она моя дочь".
"Врешь - не дочь".
"Простите?"
"Я говорю: роскошная ночь. Где ее мать?"
"Умерла".


До этого расплывчатые, комканые образы стабилизировались. Я увидела Лолиту глазами Гумберта, «я глядел, и не мог наглядеться, и знал - столь же твердо, как то, что умру, - что я люблю ее больше всего, что когда-либо видел или мог вообразить на этом свете, или мечтал увидеть на том. От нее оставалось лишь легчайшее фиалковое веяние, листопадное эхо той нимфетки, на которую я наваливался с такими криками в прошлом».

«Нет, кажется, больше не могу. Сердце, голова – словом, все плохо. Лолита, Лолита, Лолита, Лолита, Лолита, Лолита, Лолита, Лолита. Повторяй это имя, наборщик, пока не кончится страница».


Я прониклась этим чудесным качеством – относится к жизни шутя, играючи, познавать ее посредством иронии. В таком мировоззрении эротика соседствует с моралью, а грех возвышает. И, наконец, поняла, что история о грехопадении - аллюзия, одна из дверей в потусторонний мир. И многие эту дверь так и не могут открыть. Но так же я поняла, почему Набоков выбрал именно эту тему, и насколько она для него важна.

«Все что могу теперь, - это играть словами».

В завершение, я уловила вектор трагичного повествования Гумберта. Вектор на смерть. Смерть как возмездие. Смерть как отпущение.

«Говорю я о турах и ангелах, о тайне прочных пигментов, о предсказании в сонете, о спасении в искусстве. И это - единственное бессмертие, которое мы можем с тобой разделить, моя Лолита».

Последняя страница "Лолиты" торжественно провозглашала: "я победила тебя!" А мое до безобразия горделивое существо рыдало, не осознавая значимость этой победы. Победы над собой.

Сейчас, по прошествии времени, я понимаю, что это был один из удивительнейших романов в моей жизни. А тайна, которую он носит в душе, никогда и никому до конца не раскроется…

Есть что-то лучше?

21
Почему-то это гениальное произведение рассматривается многими как исключительно нечто скандальное, чему обязательно нужно устроить нравственно-морально-уничтожительный разнос, хуля автора и его персонажей. Очевидно, эти, так называемые, сторонники неприкосновенности (или уж кого они там из себя строят) просто совершенно не поняли о чем книга, а своей едкой желчью забрызгали страницы одного из самых совершенных литературных произведений в истории человечества.

Подлинный состав преступления

21
Книга для тех, у кого достанет терпения перевалить через ее первую часть и дочитать до конца. Чем ближе к финалу, тем дальше уходит книга от своих довольно мерзких истоков, и вот уже сквозь корку грязи начинают просверкивать искры искренней нежности, печали и даже… любви. Любви тем более редкой и горькой, что на последних страницах романа Лолита самым неожиданным образом становится для Гумберта его первой любовью – первой настоящей любовью мужчины к женщине. Это и в самом деле любовь - совершенно освободившаяся от похоти и эгоизма, готовая «простить» любимой все несовершенство ее нового, утратившего всякую прелесть облика, и просто любить – не за красоту, не за медовый загар, которого больше нет… Просто любить.

А между тем говорить о любви в начале странного романа Гумберта и Лолиты было бы почти смешно, потому что начало этой связи отвратительно и жестоко.
Одна из вещей, за которые следовало бы сказать «спасибо» «Лолите», - та откровенность, с которой Набоков показывает конец любви, случившийся в самом начале: я имею в виду сцену в «Привале Зачарованных охотников», в котором Гумберт мимоходом растаптывает светлую влюбленность смешливой девчонки, навсегда перестающей отныне быть и смешливой, и счастливой, и влюбленной. Тут вдруг оказывается, что не имеет значения тот факт, что Лолита уже не была девственницей, и даже то, что она сама предложила своему поклоннику секс, - в том, что он согласился, в том, что он сделал с ней, было что-то очень НЕ ТО, что-то страшное, жестокое, мерзкое, и девочка почувствовала это инстинктивно.
Больше никогда она не будет нежна с Гумбертом, больше никогда сама не возьмет его за руку, не засмеется рядом с ним от счастья, и ласки девочки ему придется покупать подарками, деньгами или шантажом. То путешествие, в котором так неожиданно и полно сбудутся все самые безумные его мечты, будет на самом деле очень печальным, - в нем не будет ни нежности, ни любви, а только секс по принуждению, и в каком-то смысле «Лолита» - это книга о том, что секс без любви даже на вкус педофила отдает едкой горечью.

«Лолита» получилась странной книгой – книгой, которую хочется выбросить в начале, и которая начинает казаться трагической и нежной ближе к последним страницам. Там-то, на этих последних страницах, Гумберт впервые предстает человеком, которому можно сочувствовать, который судит себя без скидок и кокетства, и который постигает всю глубину боли и отчаяния – не столько от того, что с ним нет Лолиты, сколько от того, что до него вдруг доходит весь смысл того, что он сделал с жизнью этой девочки, которая когда-то простодушно и доверчиво влюбилась в постояльца своей матери.

Но вот что безнадежно портит «Лолиту», и, кстати, портит гораздо сильнее, чем ее рискованный сюжет, - это та омерзительная манера Гумберта, с которой он взирает на всех, кроме себя, и – в виде исключения – мертвой Анабеллы (любопытно, что к финалу и это презрение ко всему окружающему как-то притушевывается).
Даже Лолиту Гумберт поначалу воспринимает лишь как забавный эротический объект, употребляя в ее адрес такие слова и эпитеты, как «задок», «простоватая моя девочка» или «развизжалась». Ни один человек, попавший в поле зрения нашего мнимого аристократа, не заслуживает ничего, кроме самых издевательских насмешек (невысказанных, конечно), ни одно чужое проявление, даже желание друзей семьи привезти девочку на похороны мамы, не избегает подозрений в чем-то смешном и одновременно омерзительно-грязном. «Послушайте, - продолжал он, - Почему бы мне теперь же не съездить туда на автомобиле, а вы пока переспите с Джоанной (на самом деле, последней фразы он не добавлял, но Джоанна так страстно поддержала его предложение, что это могло подразумеваться).» Печаль в том, что окружающие Гумберта люди относятся к нему как к человеку, как к «своему», он же видит в них лишь занятных либо мерзких букашек, ходячие карикатуры на людей, состоящие из смешных пороков и пресловутой «пошлости» - пошлость же Гумберт способен разглядеть там, где ее нет и в помине, но ведь известно: кто ищет – тот найдет. Так из осмотра большого дома бедной Шарлотты Гейз наш лирический герой, утонченная личность, выносит лишь ужасное воспоминание о волосе, приставшем ко дну ванны, - и только встреча с Лолитой заставляет несчастного эстета забыть это жуткое впечатление.

Никакой самой изысканной словесной вязи, никакому самому великолепному и утонченному языку, пересыпанному игрой слов и французскими выражениями, не удается скрасить ощущения тягостной мерзости, вызываемой гумбертовским презрением к окружающим, – а еще «остротами», от склонности к которым Гумберту не удастся отделаться почти до самого конца. Время от времени ему по-прежнему будет казаться невероятно остроумным назвать продюсера покончившей с собой актрисы ее «сутенером», а маленькой девочке, участвующей в театральной постановке, приписать наличие какого-то «покровителя».

Здесь вряд ли стоит проводить широкую красную черту между автором и его персонажем – это ведь Набокову, в конце концов, принадлежат такие ремарки, как «ничтожный Фолкнер». Педофилом Набоков не был (многолетние кропотливые исследования усердных изыскателей так и не выявили ни одного двусмысленного следа в его биографии), но отталкивающее высокомерие Гумберта – безусловно, черта, которую герой и автор делят на двоих. И гаже всего это высокомерие сказывается в том, с какой легкостью Гумберт проходится ногами по жизни обеих своих жен, которых он едва заметил, но которым не прощает ничего, - ни одного отросшего волоска на голени. И которые даже после смерти остаются в его памяти лишь уморительно забавными, презренными тенями.

Это могла бы быть чудесная книга… Но жалкий снобизм, бездушие и сарказм, в которых попросту вязнут страницы первой части, оставляют на редкость тяжелое послевкусие, если не сказать резче – вызывают тошноту. Увы.

P.S. Отдельного упоминания заслуживает высочайшая степень литературного мастерства автора в сцене убийства Куильти, в которой все происходящее выглядит настолько жутко и нелепо, как бывает только в кошмарном сне, – и, вероятно, как это должно быть, когда за убийство принимается дилетант.


P.P.S. Данная рецензия является репликой моего собственного, в 2008 году написанного для портала Имхонет отзыва (с небольшими сокращениями; на Имхонете я была Береникой).
Средний балл оставивших отзывы: 3.6
  • Я в буквальном смысле заставила себя дочитать данную книгу!
    Набоков одарил своего Гумберта красноречивостью. Гумберт описывал свои чувства к Лолите страстно и даже с каким-то нажимом, словно в бреду! По крайней мере у меня сложилось такое впечатление.

    «Я глядел, и не мог наглядеться, и знал - столь же твердо, как то, что умру, - что я люблю ее больше всего, что когда-либо видел или мог вообразить на этом свете, или мечтал увидеть на том.»

    Он словно был одержим ею, желал, чтобы она была всегда с ним и только для него! Да, не спорю, любовь и чувства Гумберта Гумберта описаны замечательно! Страстно, заманчиво…
    «Это была любовь с первого взгляда, с последнего взгляда, с извечного взгляда.»
    Однако не стоит забывать, что Лолита - это двенадцатилетний ребенок! И да она сама пошла на контакт, однако это все же ребенок! И мужчина в трезвом уме, не позволил бы себе этой близости!
    Начав знакомиться с произведением, я все же надеялась, что буду наблюдать за страданиями Гумберта-педофила от того, что он не может заполучить нимфетку. И до дела не дойдет. Но увы и ах!
    Часто слышала от друзей, что данная книга шедевр! Читая о планах Гумберта, как он будет проводить ночи с Лолитой, пока она и её мама будут находиться под действием снотворного. И вообще происходящего в сюжете безобразия, и аморального поведения Гумберта и Лолиты. Мне если честно было морально тяжело читать данное произведение! Может в ней есть какой –то скрытый смысл. Притягательность и все что видят поклонники данного «шедевра». Все же мне было трудно и неприятно её дочитывать. Но так хотелось понять, чем же она так всем нравится?
Книгу «Лолита» Владимир Набоков можно приобрести или скачать: в 3 магазинах по цене от 406 до 626 руб.

Предложений от участников по этой книге пока нет. Хотите обменяться, взять почитать или подарить? Добавьте объявление первым!



Интересные посты

Заметка в блоге

Когда Бог рандома на твоей стороне

Спасибо Букмиксу, Сергею и просто удаче за эту книжечку! Очень понравился сериал Рассказ служанки...

Обсуждение в группах

Выбираем тема августа 2020 (ФТЧ)

Расшифровки и пояснения к темам 1. Тема от победителя Leka-splushka Следствие вели (то бишь...

Интересная рецензия

В гаснущих лучах Короля-солнце =0)

Не прошло и пяти лет, как добралась до второго тома мемуаров блистательного герцога де Сен-Симона...

Заметка в блоге

Культурные коды

Так получилось, что я тут постоянно защищаю классику и настаиваю на том, что ее нужно изучать в...