У седого костра

Купить в магазинах:

В данный момент нет в продаже.

(5.0)
(0.0)
Читали: 2    Хотят прочесть: 0

У седого костра, Николай Дмитриевич Кузаков

Авторы:

Издательство: Восточно-Сибирское книжное издательство

ISBN: xxxxxxx

Год: 1985

«Моим первым другом был старый пес Варнак. В свое время он верно служил отцу. Теперь плохо слышал, задыхался и, как говорил отец, был списан в куриные сторожа. Я приносил Варнаку лакомства, а потом ездил на нем верхом. Когда надоедало это занятие, мы укрывались где-нибудь в тени. Варнак растягивался на земле, клал морду на лапы и закрывал глаза. Из рассказов отца я знал все «подвиги» моего друга. Я садился рядом с ним и, подражая отцу, начинал говорить: «Вот это ухо Варнаку порвал медведь-шатун в тот год, когда ты, сын, родился. Ох и матёрый зверь был…» »

В книге читинского писателя собраны повести, посвященные таежной жизни на севере Забайкалья. В центре этих повестей образ эвенкийской охотницы Авдо.

Такая милая пропаганда СССР, но всё равно любимая.

4
Уж не знаю сколько раз я перечитывала эту книгу. Не могу сказать, что это самое лучшее, что я читала в жизни, нет, скорее это что-то такое душевно-близкое.
Тема вряд ли понравится широкому кругу читателей, если в кратце, то она о жизни. Автор родился в маленькой деревне в глухой тайге на севере Иркутской области во времена СССР. Книг выпустил много, я читала только одну, эту. Она рассказывает преимущественно об охоте в суровой зимней тайге и дружбе автора с эвенкийкой Авдо.
Почему я её так люблю? Потому что повествование максимально простое, но в тоже время живое.
Дорого доставался нам кусок хлеба: мы блуждали в тайге, утопали в снегах, в сорокаградусные морозы наживали простуду у костров, нередко за свою неопытность расплачивались кровью: в нас стреляли собственные ружья, нас калечили звери. Теперь все это кажется далеким сном. …И вот я снова возвращаюсь к порогу своей юности. Впереди показалась река Нёпа, приток Нижней Тунгуски. Будто какой-то великан взмахнул белой лентой, она извилась и упала среди гор. Даже отсюда, с высоты, я узнаю знакомые места. Хребет Юктокон. С высоты он похож на спящего медведя с темным загривком, отливающим зеленью.
Первый раз прочитала лет в 13, с тех пор читала раз 7 точно, просто потому что люблю. А может быть потому что немного ассоциирую себя с главным героем - я тоже прожила до 9-ти лет в деревне в глухой тайге, где и волки за огородом выли и медведей мужики стреляли.
Последний раз я читала её, наверное лет в 19, у родителей есть печатное издание, недавно я кое-как смогла найти электронную версию.
Нравятся детали, то, как просто и очень реалистично автор погружает в повествование.
На рассвете выхожу из дома. Еще сумеречно. Чуть валит снежок. Стоит приглушенная тишина. В ней слышно, как ударяются друг о друга снежинки, их еле уловимым, легким шорохом заполнено все. В полумраке дремлет Икандой. До калитки меня провожает мама. — С богом, сынок. С богом хорошо, но с надежным товарищем лучше. На этот раз со мной идет Назариха. Я её веду на поводке. Лес. Он начинается сразу же за деревней. Тишина здесь еще гуще. Все вокруг пропитано смоляным запахом ельника. Я по косогору поднимаюсь в хребет. Еловый лес сменяется лиственным. Из-за гор показалось солнце. Вот и первый след, его оставил на снегу глухарь. Я спускаю с поводка Назариху. — Что-нибудь добудем сегодня? Назариха посмотрела на меня и протянула: — У-у-ууу. Мол, все будет зависеть от тебя.
Вся книга пропитана чем-то таким родным для меня, читаю всегда с удовольствием, как в первый раз.
Раньше я не обращала внимания, но когда читала недавно, поняла, что книга практически насквозь пропитана пропагандой СССР.
— Скажи мне, добрая женщина, чей это род? — Это эвенкийский колхоз «Новая жизнь», — ответила я. — Совсем непонятно говоришь. Пойдем, я сам смотреть буду. Юмурчен шел по селу, заходил в дома. — Кто живет в этом стойбище? — спрашивал он. — Такие чумы могут иметь только нойоны-богачи. — Однако, живут здесь простые охотники и оленеводы, — говорю ему. — Зачем обманываешь, добрая женщина? Я на стойбище нойонов. Разве простые охотники едят сладкий снег? Разве у простых оленеводов есть хлеб? Заходим в школу. Полный класс детишек. Учительница-эвенка читает им книгу. — Разве дети простых охотников и оленеводов могут учиться? Это стойбище нойонов. Идем домой. — Сколько у тебя оленей? — спрашивает у меня Юмурчен. — Десять тысяч, — отвечаю. — Колхоз у нас богатый. — А сколько у него? — Юмурчен показал на проходившего мимо колхозника. — Тоже десять тысяч. — Я говорил, — воскликнул Юмурчен, — здесь живут все нойоны. — Нет, простые охотники и оленеводы, — говорю ему. — У вас есть деревянные чумы, у вас много еды, у вас хорошая одежда, у вас много оленей. Кто вам дал такую жизнь? — Ленин. — Кто такой Ленин? Тангара — бог с верхнего жилища? Я завела Юмурчена в дом и показала на портрет Ленина. Он долго смотрел, потом сказал: — Тень этого человека приносил нам на стойбище русский парень. Наверное, он шибко богатый, раз раздает такие чумы и оленей бедным людям. — Шибко богатый, — отвечаю я. — У него такое огромное сердце и столько доброты, что хватит всем бедным людям на земле. В это время загорелся электрический свет. Юмурчен упал на колени и начал шептать заклинания. — Зачем украли детей солнца? Небесный бог Тангара рассердится и пошлет беду всем людям. Подняла я за плечо Юмурчена. — Не бойся, Юмурчен. Это свет души Ленина. И куда он приходит, людям становится хорошо жить. Оставайся у нас. Мы дадим тебе деревянный чум. У тебя будет работа, а сердце никогда не узнает зла. С тех пор и живет на Быстрой реке в эвенкийском селе Юмурчен. У него семья, дети. И когда приходит праздник, Юмурчен идет в клуб и рассказывает людям, как он нашел стойбище нойонов — богатых людей и как ему свет души Ленина принес радость в жизни. — Вот какая история, бойё, — закончила свой рассказ Авдо.
Понятное дело, раньше книги подвергались суровой цензуре, существовали госзаказы на определенную тематику и скорее всего "У Седого костра" появилась именно так, но тем не менее осадочек остался. Если отбросить эти моменты, прочитывать по диагонали, то тогда можно с наслаждением читать о тайге, морозе, медведях и водке.
Есть еще охотник-убийца. Этот для тайги страшнее любого бедствия. — И откуда только такие люди берутся? — проговорил Андрей. — По-моему, дело все в психологии человеческой. На сибирскую тайгу мы веками смотрели, как на бездонную бочку. По инерции и сейчас смотрим так же. Ступил человек на эту землю — первым долгом он должен убить какого-то зверя. Иначе это не поездка в Сибирь. Приехал знаменитый писатель или ученый — тащим его в лес на солонцы или организуем загон зверей. Убей. — Что же будет с тайгой, когда построят БАМ? — спросил Михаил. — Мне кажется, что всё будет по-новому, по-другому. — Это интересно. — На БАМе будут сознательные и честные люди. Построят города, сразу же возле них создадут сибирские лесные парки, заказники, заповедники, где будут бродить стада диких животных. Люди будут приезжать послушать рёв изюбров, полюбоваться косачиным током, посмотреть на воле медведя или сохатого. И самым тягостным преступлением здесь будет появление человека с ружьём. — И не будут охотиться? — Будут, но как? Нужно отстрелять полсотни коз. Охотинспекция набирает группу охотников-любителей, выдает винтовки. И едут они с егерем в определенное место. Устраивают загоны. Отстреливают, сколько нужно животных, и возвращаются. А вы говорите, бамовцы природу погубят. Да они возродят её. Культуру в охотничий быт внесут. Они и похоронят навечно охотника-убийцу. — Да, хорошо, если ты окажешься прав. — Можете не верить. Но я такими вижу бамовцев.
Как там дела с БАМом в 2019?
В общем по прошествии времени такие моменты воспринимаются даже немного смешно, а в остальном книга действительно замечательная. Теплая такая, домашняя, простая.

Отзывов о «У седого костра» пока нет. Оставьте отзыв первым


  • 1
    +

    «Моим первым другом был старый пес Варнак. В свое время он верно служил отцу. Теперь плохо слышал, задыхался и, как говорил отец, был списан в куриные сторожа. Я приносил Варнаку лакомства, а потом ездил на нем верхом. Когда надоедало это занятие, мы укрывались где-нибудь в тени. Варнак растягивался на земле, клал морду на лапы и закрывал глаза. Из рассказов отца я знал все «подвиги» моего друга. Я садился рядом с ним и, подражая отцу, начинал говорить: «Вот это ухо Варнаку порвал медведь-шатун в тот год, когда ты, сын, родился. Ох и матёрый зверь был…»»

К сожалению, в данный момент книги «У седого костра» нет в продаже :(

Предложений от участников по этой книге пока нет. Хотите обменяться, взять почитать или подарить? Добавьте объявление первым!


Интересные посты

Новости книжного мира

Сегодня, 4 апреля, в истории

В этот день родились: 1809 - Юлиуш Словацкий (Juliusz SLOWACKI)(4.04.1809 - 3.04.1849)...

Заметка в блоге

Для детей

Не раз я уже писала, что мне нравится читать рецензии Юзефович и списки неочевидных, но хороших...

Интересная рецензия

Каждый верит, что он прав...

В начале книги я никак не могла определиться о каком времени идет речь. Неторопливое повествование...

Обсуждение в группах

Голосуем за лучшую рецензию на книги Сомерсета Моэма

Чутка с запозданием, но пришло время выбрать лучшую рецензию на книги автора марта - Сомерсета...