Цитаты из книги «Девять рассказов»
«Мелким, безнадежно искренним почерком, чернилами было написано по-немецки пять слов: "Боже милостивый, жизнь - это ад". Больше там ничего не было - никаких пояснений. На пустой странице, в болезненной тишине комнаты слова эти приобретали весомость неоспоримого обвинения, некой классической его формулы. Икс вглядывался в них несколько минут, стараясь не поддаваться, а это было очень трудно. Затем взял огрызок карандаша и с жаром, какого за все эти месяцы не вкладывал ни в одно дело, приписал внизу по-английски: "Отцы и учители, мыслю: "Что есть ад?" Рассуждаю так: Страдание о том, что нельзя уже более любить".»
«I prayed for the city to be cleared of people, for the gift of being alone—a-l-o-n-e: which is the one New York prayer that rarely gets lost or delayed in channels, and in no time at all everything I touched turned to solid loneliness.»
«Я никогда не докучаю людям — разве только тем, кого знаю по меньшей мере тысячу лет.»
«Ваши мама с папой были бы наверняка весьма опечалены . Об этом вы подумали? Подумал, конечно, — ответил Тедди. — Но это оттого, что у них на все уже заготовлены названия и чувства.»
«— Ты только глянь на них, — сказал он. — Идиоты проклятые. — Кто? — Да не знаю. Все!»
«— Вы помните яблоко из Библии, которое Адам съел в раю? А знаете, что было в том яблоке? Логика. Логика и всякое Познание. Больше там ничего не было. И вот что я вам скажу: главное — это чтобы человека стошнило тем яблоком, если, конечно, хочешь увидеть вещи, как они есть.»
«- Вы ведь знаете Свена? Из гимнастического зала? - спросил Тедди. Он дождался, пока Никольсон утвердительно кивнул. - Так вот, если бы Свену приснилось сегодня, что его собака умерла, он бы очень-очень мучился во сне, потому что ужасно любит свою собаку. А проснулся бы - и увидел, что все в порядке. И понял бы, что все это ему приснилось. Никольсон кивнул. - Что из этого следует? - Из этого следует, что, если бы его собака и вправду умерла, было бы совершенно то же самое. Только он не понял бы этого. Он бы не проснулся, пока сам не умер, вот что я хочу сказать.»
«Впервые за все время Тедди пристально взглянул на него. - Вы поэт? - спросил он. - Поэт? - переспросил Никольсон. - Да нет. Увы, нет. Почему вы так решили? - Не знаю. Поэты всегда принимают погоду слишком близко к сердцу. Они любят навязывать эмоции тому, что лишено всякой эмоциональности.»
