Цитаты из книги «Белый олеандр»
«Берлин мне нравился. Мы с этим городом понимали друг друга. Мне нравилось, что они оставили нетронутой разбомбленную церковь Кайзера Вильгельма, как памятник трагедии. Здесь никто ничего не забывал. В Берлине людям приходилось преодолевать прошлое, строить наруинах, жить среди них. Не то что в Америке, где мы тщательно соскребаем следы, думая, что можно каждый раз начинать все заново. Мы еще не успели понять, что на свете не существуют такой вещи, как чистый холст.»
«Любовь. Из словарей следует исключить это слово. Сплошная размытая неточность. Что за любовь, какая любовь? Сентиментальность, фантазия, тоска, вожделение? Одержимость, всепоглощающая потребность? Единственный случай, когда это слово бывает вполне уместным и не требует уточнений - если речь идет о любви очень маленького ребенка. Потом он тоже становится личностью и , следовательно, усложняется.»