Цитаты из книги «Ведьмак»
«Я ничего не чувствую, --отметил он с ужасом, --ничего, ни малейшего возбуждения. То, что сейчас я обниму ее, будет жест рассудочный, взвешенный, не спонтанный. Я обниму её, потому что знаю --так надо, а не потому, что хочу. Я ничего не чувствую.»
«- Я всегда думала, что это прекрасное и возвышенное состояние души, благородное и восхитительное, даже если оно и лишает тебя счастья. Ведь сколько баллад я сложила о подобном. А это просто химия организма, Геральт, простая и всеохватывающая. Так может чувствовать себя больной, выпивший яд. Да потому что человек, выпивший яд, готов на все взамев за противоядие. На все, даже на унижение. - Эсси, прошу тебя... - Да, я чувствую себя униженной, униженной тем, что во всем тебе призналась, забыв о достоинстве, которое велит страдать молча... Тем, что своим призванием причинила тебе беспокойство, неловкость. Я чувствую себя униженной тем, что ты смущен. Но я не могла иначе. Я бессильна. Я отдана на милость сразившей меня болезни. Я всегда боялась болезни, того момента. когда стану слабой, бессильной, беспомощной, одинокой. Я всегда боялась болезни, всегда верила. что болезнь будет самым худшим, что может со мной приключиться...»
«Знаешь, в чём проблема, Геральт? Тебе кажется, будто ты иной. Ты носишься со своей "инностью", с тем, что принимаешь за ненормальность. Ты со своей "ненормальностью" нагло навязываешься всем, не понимая, что для большинства трезвомыслящих людей ты самый нормальнейший в мире человек, и дайте боги, чтобы все были такими нормальными.»
«Ложь и правда. Что есть правда? Отрицание лжи? Или утверждение факта? А если факт – это ложь, что же тогда правда?»
«Я не теряю сознания при виде голого мужчины. Трисс Меригольд, моя подружка, говаривает, что если ты видела одного, значит, видела всех.»
«Жизнь — не баллада, маленькая бедная прекрасная поэтесса, заплутавшаяся в своих красивых словах. Жизнь — это борьба. А борьбе научили нас именно вот такие, сто́ящие больше нас ведьмаки. Это они указали нам дорогу, они проторили её для нас, они усеяли её трупами тех, кто был для нас, людей, помехой и препятствием, трупами тех, кто защищал от нас этот мир. Мы, мазель Эсси, просто продолжаем эту борьбу. Мы, а не твои баллады, пишем историю человечества.»
«— А этот… Ну… Мужчина… Как узнать, что он и есть тот самый, с которым… — …можно пойти в постель? — Угу. — Если в принципе имеется выбор, — чародейка криво усмехнулась, — а опыта особого нет, то в первую очередь следует оценить не мужчину, а постель. Изумрудные глаза Цири и формой, и размером превратились в плошки. — То есть как… постель? — А вот так. Тех, у которых постели вообще нет, следует исключить с ходу. Из оставшихся отбрасываешь владельцев грязных и неряшливых постелей. А когда останутся только те, у которых постели чистые и опрятные, выбираешь того, который тебе приглянулся больше других. К сожалению, способ этот не гарантирует стопроцентной уверенности. Можно чертовски ошибиться.»
«И спорить не привык. Ибо спорит либо дурак, либо подлец. Первый - не знает, а спорит, второй знает, но спорит.»
«Даже то, что начинается красиво, быстро кончается скукой и обыденностью, заурядностью, тем человеческим ритуалом, тем тоскливым ритмом, который именуется жизнью.»
