Лидочка – девица на выданье.

Кречинский Михаил Васильевич – видный мужчина, посватался к Лидочке.

Атуева Анна Антоновна – тётка, хочет, чтобы в доме было всё, как в лучших домах.

Петр Константиныч Муромский – отец, хотел бы выдать дочь за Нелькина – владельца соседнего поместья.

Атуева вместе с Лидочкой хотят убедить Муромского, что Кречинский – лучший кандидат.

Кречинский и для дам может туалет посоветовать, но и для батюшки про бычка не забыл. Перед Муромским изображает любителя деревни. Переводит разговор на актуальную тему. Обходительный, льстивый. Чего не сделаешь ради миллиона?

Батюшка осторожничает, а тётка уверена в качествах и достатке кандидата.

Читатель и зритель в выгодном положении, сразу знает, что Кречинский не тот, кем хочет казаться. Михаил Васильевич форсирует события, ведь его дела расстроены карточной игрой, а он и не скрывает, а бравирует, играет словами.

Но для получения руки, сердца и приданного нужна чистая кредитная история и небольшой, но капитал! Существуют некоторые препятствия, но Кречинский со своим товарищем надеется, что сможет кое-что сделать, и репутация его не будет разрушена. Жалко его в этот момент, конечно, но никто же его не заставлял в карты играть, шиковать.

Смешных моментов раз, два – и обчёлся. С натяжкой к таким можно отнести: Тишку с колокольчиком, рассуждения Муромского о навозе да битого постоянно Расплюева. Странная комедия. Персонажи не вызывают положительных эмоций, из здравомыслящих только Нелькин. Да, комедия – это не всегда смех до упаду. Но события скорее трагичны, хотя и без смертельного исхода.

Оценив печатный вариант пьесы всего лишь на тройку, я решила проверить себя ещё на экранном её воплощении. Из нескольких вариантов выбрала фильм 1953 года, спектакль в постановке Московского драматического театра имени А.С. Пушкина. Впечатления мои усилились: это очень печальная история с юмористическими вкраплениями, которые присутствуют и в обыденной жизни.

Впечатлила меня только эта фраза из уст Нелькина:

«Где и какое зло – вот вопрос. Вот, например, подлость и мошенничество в сермяге, в худом сюртучишке подьячего жалки, гадки, да неопасны. Вот страшно, когда подлость в тонком фраке… в белых перчатках… чужим добром сытая… катит на рысаках, раскланивается в обществе, входит в честный дом, на дуван подымает честь… спокойствие!.. все!.. Вот что страшно!».

А удивило, что в книге, изданной в издательстве «Детская литература» в 1983 году, присутствует слово «шлюха». Не думаю, что дети должны знать это слово, тем более что секса же не было. Тогда откуда шлюха? Всё говорят, что в советские времена всё было запрещено и приукрашено. Но постоянно встречаю в книгах и фильмах того времени такие моменты, которые я на месте цензоров точно бы запретила. Вспоминаются и другие классические произведения из школьной программы, где женщины не вполне морально устойчивы.