Начав читать, не могла скрыть своего скепсиса: какие-то псевдозаумные фразы, якобы умные мысли. Решила читать во что бы то ни стало, незаметно увлеклась. Но книга, конечно, немного больная. Как температура во время простуды. Вроде неприятно, местами мерзко, но что-то одурманивающее в этом есть. Очень жалко собаку. Несчастные эти женщины в группе терапии со склонностью к суициду (вторая подряд книга попадается на эту тему). Женщина, влюбленная в русала. Вроде дикость, постельные сцены вообще "тушите свет", но цепляет, примерно, как книги из жанра контркультура. Конец, конечно жуть. Такая реклама была у книги, ждала, чтобы вау. Сначала мне даже напомнило книги, которые перестала читать, типа Филис Каст - "Богиня моря", "Богиня роз" и т.д. В общем, хотела "три" поставить. Но "четыре". Что-то в этом есть.

Когда заказывала еë на маркетплейсе, увидела такой отзыв "ну что сказать... была она у меня уже, до того противная, что выкинула в мусор. прошло время, а я опять ее купила перечитать..." Книга омерзительна и завораживает одновременно. Невозможно было оторваться, хоть и до самого конца я не могла понять, чего ради автор устроила этот цирк с к̶о̶н̶я̶м̶и̶ рыбами. И даже после прочтения осознание всей глубины заложенного смысла пришло не сразу, а спустя несколько часов. Книга, которую я бы рекомендовала всем девочкам 30+. Тут всë по классике - "легко влюбиться, императрица..." а там недолго потерять корону, голову, себя и даже работу; пренебречь друзьями и родными, которым действительно небезразлично твоë благополучие; забыть своë прошлое ради иллюзорного счастливого будущего. Всё, что для этого нужно - это роковая встреча с юным красавцем, да его сладкие речи о вечной любви и твоей особенности. Но всë это - лишь одурманивающая песнь сирены, манящая тебя в омут, в топь, на самое дно, пополнить коллекцию таких же особенных. Для меня эта книга стала книгознаком и нашла меня в совершенно подходящее время, каким-то чудесным образом втиснувшись в мои книжные планы. Попадись она мне год назад, я бы, наверное, так и не поняла, что имела в виду автор, и восприняла бы еë как попытку хайпануть на эпатаже. Но по воле случая или провидения книга стала прозрением и откровением.