Нашумевшая в своё время книга мне не понравилась. Может быть, сейчас она уже потеряла свою актуальность (что говорит об испытании временем), а может быть, виной стал авторский стиль - многословный, с мелкими придирчивыми описаниями там, где это не требуется, и с натянутым молчанием там, где надо бы добавить. Но... шорт-лист "Большой книги", никуда не денешься.

Disclaimer: отзыв может содержать спойлеры и выражает личное мнение автора, не претендующее на объективность и истинность.
Роман Евгения Чижова «Перевод с подстрочника» я читал с некоторым подспудным предубеждением, поскольку почти с самого начала становится ясно, что главный герой - бывший поэт, а ныне переводчик поэзии. Я же глубоко убеждён, что уж стихотворения точно переводить не следует, а если очень хочется, то стоит ограничиться титульным подстрочником, передающим с той или иной степенью точности содержание, а форму и стихотворному переводу воспроизвести не получится при всём желании, старании и умении. В итоге в переведённом стихотворении от автора останется в лучшем случае 50% (предельное значение содержания, если делить произведение грубо пополам - содержание/форма), а лично мне хочется взаимодействовать с творчеством автора в полной мере, и если я не знаю язык - это моя проблема. В романе же стержневая сюжетная линия как раз посвящена переводу стихотворений президента выдуманной среднеазиатской страны с национального языка на русский. Для более глубокого погружения в среду переводчик, Олег, приезжает в Коштырбастан, и его приключения и злоключения перемежаются там с процессом перевода. Роман в целом написан в реалистическом ключе, и фантастических элементов в нём я обнаружил всего два. Во-первых, это собственно вымышленная страна - такое решение, думаю, принято автором и чтобы «никого не обидеть», и чтобы создать обобщённый образ среднеазиатского государства (хотя в портрете Народного Вожатого легко угадываются и Си Цзиньпин, и Ким Чен Ир, и другие диктаторы, а размер страны - «на территории Коштырбастана запросто поместятся три или четыре Франции» - вызывает недоумение: может, это не одна вымышленная страна, а условная совокупность всех среднеазиатских государств?). Второе допущение, которое с натяжкой можно назвать фантастическим, - это способность Олега при переводе стихов конкретного автора непроизвольно копировать его особенности, привычки, мировоззрение: хромоту, алкоголизм, даже гомосексуализм. Правда, один раз эта его способность даёт сбой, что позволяет предположить, что и остальные случаи были не больше, чем психосоматика и самовнушение. Основная интрига романа как раз и касается этого сбоя, и, на мой взгляд, автору почти до самого конца удавалось поддерживать интригу, заключающуюся в том, Коштырбастан - это благословенная страна из «Тысячи и одной ночи», которые тут неоднократно поминаются, или обыкновенная диктатура. Хотя лично для меня неоднозначность описываемых событий и отношения к ним разных персонажей книги, наверное, в сильной степени поддерживалась именно за счёт веры в якобы сверхъестественную способность главного героя.
Пожалуй, больше всего в «Переводе» мне понравилась подаваемая ретроспективно линия взаимоотношений Олега и его девушки в Москве. И хотя Олег как человек мне совсем не импонировал (больше всего возмутило его властное, наглое и даже потребительское отношение к женщинам, поэтому мне совсем не было его жалко в финале, который мне показался закономерным и правдоподобным), его чувство ревности и страх потерять любимого человека, которые, в конечном счёте, и послужили причиной их расставания, я понять могу. Но, конечно, не могу понять и тем более оправдать его поведение по отношению к Полине, отражение и излияние пожиравших его чувств. Поэтому её уход кажется мне обоснованным, хотя, стоит заметить, она сама дала повод заподозрить себя в неверности: если пришли в гости вместе, то и уходить нужно вместе, а выяснять отношения, кто чем не доволен уже потом, тет-а-тет.
Текст со стилистической точки зрения написан, на мой взгляд, неплохо: в события и персонажей веришь (многочисленные азиаты разной степени потливости и волосатости получились как живые), автор виртуозно использует нетривиальные художественные образы, в книге есть место и триллеру, и сказочным элементам, и бытовым, социокультурным зарисовкам, но больше всего, конечно, политике. В то же время в первой своей половине книга шла тяжело, медленно, даже тягостно - как будто описываемое Чижовым жаркое коштырское лето проникало через экран в моё сознание, расплавляя и замедляя его, хотя читал я роман в не самом тёплом декабре. Усугубляли это впечатление и так любимые автором причастия и причастные обороты, на которые он не скупился (например: «Глядя на её тонкий силуэт, входящий в зыбившийся блеск, поглощаемый сверканием, Тимур думал, что ещё недавно и у Зейнаб фигура была ничуть не хуже, теперь не то...»). Ближе к концу повествование разгоняется, а, возможно, причина в том, что я вчитался, но последняя, третья, часть пронеслась для меня почти незаметно. Хотя и здесь могу выразить небольшой укор автору: структурирована книга, как по мне, крайне неудобно - две большие части и третья поменьше, внутри которых нет деления ни на главы, ни на параграфы. Хорошо хоть абзацы есть, но вёрстка титульных подстрочников переводимых стихотворений выполнена ужасно, хотя так, наверное, и задумывалось. В свою очередь, корректоры поработали отлично - опечаток в издании нет или почти нет. А вот цензура, к сожалению, присутствует, пусть и всего в одном слове.
Остросоциальная работа (написанная и изданная даже до 2014 года!), которая формально относится к окололитературной, поэтической сфере, размещённой в среднеазиатских декорациях начала XXI века, но на самом деле является скорее притчей о диктатуре и пропаганде, которые по своей природе универсальны, не привязаны ни к какому-то конкретному времени, ни к пространству.