Раньше я не понимала описания депресии: как это так – не думать? даже о белой обезьяне? сидеть и тупить в стену?... но вот настали времена, когда так и происходит: либо нервничаешь и суетишься, каждое слово слышишь только в негативном контексте, либо просто сидишь и никаких мыслей в голове. Просто тупо пялишься на белую стену, а время проходит, но стоит на месте, и вязнешь, тонешь в этом настроении…

Тупиковость мышления

Текст Дмитрия Данилова (повесть? сценарий?) царапнул прям по нервам, вывел из этого странного существования, потому что он именно о таком «замершем» состоянии. Когда человек попадает в новые, неожиданные, шокирующие обстоятельства. И пытается. Пытается. Пытается хоть как-то к ним приспособиться, куда-то идти, оформлять какие-то бумажки, покупать бухло, приходить домой, снимать обувь, тупо и мучительно распутывать узлы на шнурках, а между тем шок давит-давит-давит, и ты просто зависаешь в каждом моменте над обычными вещами, над теми же шнурками… Ты в лифте, и он едет, и ты в лифте, а лифт едет, а ты все в лифте, и он едет. Это – как падение Алисы в кроличью нору, долгое и странное. И на этом пути ты то сходишь с ума, начинаешь кривляться под дулом пулемета, то резко и вдруг переходишь из ступора в истерику, лупя указкой по партам, то ворошишь все хорошее «А помнишь, сынок….», то мучительно выдавливаешь из себя разговор: «- Да? – Ну да», то падаешь в обморок, то лихорадочно стримишь в соцсети… А порой тебе просто хочется, чтобы кто-то побыл с тобою рядом.

Отшибленность чувств

И все это – на нашем, родном, знакомом до боли фоне, когда в важный разговор врывается начальник с зависающей 1Ской, с бюрократизмом, когда гуманные принципы уважения религии выполняются чисто для галочки, и с глобальным извращением самого понятия «гуманизм», что тоже так по-нашенски.

Сумбурно получилось у меня. Потому что очень, ОЧЕНЬ понравилось.

«Ave, Caesar, morituri te salutant!», - приветствовали императора гладиаторы перед выходом на арену. «Саша, привет!» - каждое утро здоровается Сергей с пулеметом, который в любой момент может оборвать его жизнь. «Вы ничего даже не заметите. Пулемёт разносит человека сразу в клочья, за полсекунды. Вы ничего не почувствуете. Гуманная казнь. Да правда, вы не бойтесь. Раз – и всё. Даже ничего не успеете почувствовать».

Такие вот гуманные законы будущего, когда за связь с несовершеннолетней полагается расстрел. Но в гуманном обществе и расстрел – акт деперсонифицированный, никто не знает, когда это случится, и кого на этот раз выберет бездушный компьютер. Но пулемет уже и не нужен, ведь для всех окружающих человек уже умер.

И мне показалось, что роман (скорее даже повесть) - не столько антиутопия о неприглядном нашем будущем, сколько об обреченном ожидании смерти, когда свыкаешься с этой мыслью, и вместо парализующего страха говоришь пулемету: «Саша, привет!». Об одиночестве человека в социуме. Ведь вроде бы ты и жив, и в соцсетях присутствуешь, и всякие духовные пастыри к тебе через день заходят, а никому уже и не нужен. Ни друзьям, ни родным, ни близким.
Грустная и очень эмоциональная книга, но – понравилась, рекомендую.

Итак, мы в России недалёкого будущего. Произошла гуманизация системы наказаний, вследствие этого была введена смертная казнь - но не за "классические" тяжкие преступления типа убийств и грабежей, а за морально-этические проступки. За такой проступок и был осуждён главный герой. Смертная казнь - тоже не классическая: приговорённый человек живёт в месте типа гостиницы (интернет, техника, хорошая еда, все дела, только с людьми общаться особо нельзя), но раз в день его выводят на прогулку, на которой в него может выстрелить автоматический пулемёт. В какой день это произойдёт - никто не знает.

Собственно, книга о том, как человек живёт в ожидании казни - даже не будучи уверенным, что она вообще когда-то настанет (по идее - должна, но Серёжа, главный герой, что-то ни разу не слышал выстрелов). И немного о том, как живут его близкие - люди, для которых он одновременно и жив, и уже мёртв.

Действительно довольно философская штука - и довольно напряжённая. И да, при всей внятности и прозрачности основного повествования в книге абсолютно абстрактная, метафоричная концовка из серии "как хочешь, так и трактуй". И в этом есть свой шарм.

Пулемёт Максим? Нет, Саша. Приглашение на казнь? Нет, современная русская проза. Антиутопия? Опять нет, потому что в этом году мы перешагнули черту, отделяющую всякую утопию от реальности. В общем, хорошая книжка, надо брать.
Главная изюмина - это сюжет: правосудие прекрасной России будущего таково, что натуральная судебная машина (буквально) приговаривает к смертной казни за преступления в сфере морали и коррупцию. Как говорится, от сумы и тюрьмы не зарекайся, и тут та же хурма - колокол всегда звонит по тебе. Главный герой, конечно, Серёжа, но с ним и читатель проходит свой путь на Голгофу, которая в романе обозначена как красная линия посередине белого коридора. Расстрелять могут сегодня, завтра или никогда - разница, в общем-то, небольшая, ведь для родных и близких ты всё равно, что мёртв. Такие гуманные людоеды теперь управляют системой исполнения наказаний.
Серёжа, как мне кажется, держится хорошо. Подозреваю, что в конце (СПОЙЛЕР!) он выбрал добровольный расстрел. Уж очень финал напоминает аналогичную сцену из Мастера и Маргариты, где Понтий Пилат и Иешуа уходят, что называется, «в закат», как Антон и Серёжа.
Приготовьтесь к примитивным диалогам, самоповторам, нелёгким эмоциям и читайте. Это хорошая живая литература.

Мы об этом не задумываемся, но на самом деле все мы немного Сергей Петрович, Серёжа… Каждый из нас. Можно отрицать, но в глубине души так оно и есть.

Очень полезная книга, если даже одну только эту мысль вынести из неё.

А мне, как жителю Донбасса, вообще много образов, мыслей, ощущений близко и понятно. Спасибо автору, что все это облек в слова. Причем слова вполне простые, обыденные и ясные.

- Потыкать палочкой в умирающего жука.
Социальная фантазия с элементами фантастики. Нравоучительная нотация в упаковке мрако-тлено-безысходной антиутопической драмы - все как любит душековырятельный читатель. Так и вижу автора с транспорантами (или пустыми листами, что одинаково травмоопасно) с грозными воззваниями: "Люди! опомнитесь! ваша жизнь пуста!", а потом "поглядите вокруг, покайтесь, дорожите друг другом, разговаривайте, всмотритесь...". В целом автор, возможно, прав, но как-то все в лоб, прямолинейно, делай вот так, думай вот этак, а остальное - ересь. Не люблю которых "в белом пальто" (а кто их любит? и сами щеголяем, не замечая). Это что касается по сути. Но по форме - тоже не впечатлило... описательные мелочи "обувания-разувания", переименование имен, рефрены и повторы, отсылки и заигрывания, и мат не в тему(((. Никакую Америку автор не открыл, даже полстрочки не удалось вписать в вечную тему, на которую уже высказались талантливые авторы.
кстати, а за что нынче премии дают?
То, что вы пишете, – это, простите, звенящая пустота. Это даже не бездарность, это не «плохо написано», нет. Это просто такая, скажем так, яма, огромная яма. Пустая, на месте которой никогда ничего не будет построено.

Очень странное произведение. «А кто такой Саша?» стало интересно мне, когда я узнала, что главного героя зовут Серёжа. А Саша – это пулемёт, который исполняет наказания для тех, кого приговорили к смертной казни. Саша может выстрелить сегодня или через 30 лет, а ты в это время будешь жить в комфортной камере с компьютером и безлимитным интернетом, пятиразовым питанием и алкоголем, если тебе угодно. Но какой в этом смысл, если другие люди, твои родные и близкие, уже вычеркнули тебя из жизни, уже считают тебя мертвецом? «Саша, привет!» была для меня не столько антиутопией, сколько книгой об одиночестве человека, и совсем неважно находишься ли ты в Москве будущего или в Москве, существующей в реальном времени. Были моменты, которые мне не понравились. Это безликие разговоры с «ну», «типа» и нецензурной бранью. Ничего особенного, если бы не филологи говорили друг с другом. И понимаю, что сделано это специально, и всё равно по глазам било. Конец я не совсем поняла. Когда дочитала, было сложно точно сказать, понравилась ли мне книга. Но я много о ней думала, много грустила, а это значит, что она нашла путь к моему сердцу.

Всем, привет!
Много слышала об авторе, по его произведениям ставятся пьесы, снимаются фильмы, но прочитала одно из его произведений впервые. Роман «Саша, привет!» сделан как будто в виде пьесы, или в виде сценария, намерено или это действительно сценарий для будущего фильма, мне сложно сказать. Меня это смутило, но немного, особенно выделяются заостренные диалоги между героями.
В целом книга понравилась, потому что в ней есть всё то, что я люблю: обычные люди, живут обычной жизнью, серые будни, такой быт среди панельных домов, но трещиной по этим жизням проходит некий абсурд, какая-то фантастическая реальность наслаивается на них и при этом столько иронии и постиронии в этой их жизни, разговорах, обстоятельствах.

Мне показалось отсылка к литературе 20х годов: жена Серёжи упоминает Хармса, Введенского и тд. Помню это группа ОБЭРИУ, повторы как у Хармса в стихах.
Почерк Данилова прослеживается: через абсурд в абсолютных формах затрагивает что-то в тебе самом, оставляет послевкусие и по окончанию думаешь о нем(фильме) и о себе , также как после Саша, привет.

вопросы остались: герой же знал о новом законе ? Знал, что в обществе цифровизации практически все твои действия зафиксированы, те поступок волевой выйти за грань или такой способ самоубийства?

“Саша, привет!” - история о человеке, приговоренного к смертной казни (тут я, конечно, сразу вспомнила Гюго, правда, так, очень, приблизительно вспомнила).

В дивном новом мире жизнь после смертного приговора вообще-то очень удобна - трехзвездочный отель, питание, компьютер, интернет, заказы в номер, прогулки каждый день, вот только, чтобы выйти на прогулку надо пройти по коридору спиной к пулемету, который когда-нибудь, но неизвестно когда, тебя все-таки расстреляет.

И как будто книга вот об этом - каково это жить, вроде с удобствами, но каждый день ожидать смерти. Каково близким, для которых ты вроде как уже умер - с чем им легче было бы смириться: с этой жизнью, так откровенно подвешенной на волосок или с настоящей смертью. Неблизким - герой мгновенно оказывается интересен этим своим приговором, всем ну прямо нужно вызнать как он там - а как там вообще может быть.

Где-то там еще и вопросы гуманности и правосудия. Герой приговорен за секс с 20-летней девушкой, которая по новому законодательству несовершеннолетняя. И вот такой комфорт и такая всепонимающая система - “когда вам удобно, тогда и приходите, мы не торопимся вас расстрелять”. Впрочем, автор как будто ни на чем не настаивает - хотите, подумайте сами, гуманно ли, правосудие ли. Мне ответ кажется очевидным, но судить по себе плохо, как известно.

Но в итоге для меня книга оказалась не про смертную казнь, гуманность и правосудие. Я задумалась о том, как же легко лишить человека жизни, не в физическом, а в моральном смысле. Герой при таком режиме, при такой системе, в конце концов, умирает сам для себя, не живет, а существует. Этот моральный надлом оказывается сокрушительным, и вот мог бы жить, как ему все твердят, но он уже не живет.

Может быть и камера, и пулемет за спиной не нужны, чтобы потерять свободу и с ней и настоящую жизнь, может быть достаточно выдумать себе такую “камеру” и такой “пулемет”, с которым каждый день здороваешься - в конце концов, мы все знаем, что однажды умрем, и эта жизнь под невидимым пулеметом, который однажды выстрелит делает все наше существование каким-то бессмысленным. Кажется, что книга напоминает о том, как жить не надо, увы, но книга не рассказывает, как же все-таки жить надо.

Мне понравилось. История скорее не о причинах, которые привели к созданию ситуации, а о последствиях этой самой ситуации, в которой оказались и главный герой, Сергей Фролов, приговоренный к смертной казни за то, что переспал со своей 20-летней студенткой, и его жена, мать, ближайшее окружение.
«Дамоклов меч» в виде пулемета Саши, который должен когда-то рандомно привести приговор в исполнение, превращает жизнь Сергея в мучительное ожидание. Жизнь она вроде бы есть, но вроде бы ее нет – не строятся планы, потому что будущего нет, на работе отправили в продолжительный отпуск (в надежде на то, что за это время смертная казнь состоится), родные отказываются от общения, потому что не знают ни о чем говорить, ни что чувствовать при этом. Они стараются его как бы вычеркнуть из жизни – ведь он приговорен к СК и должен умереть, но все-таки он еще жив, также хочет любви и внимания, и заботы. Хочет нормальной жизни. И они хотят такой же нормальной жизни, но уже без него, без этого изматывающего ожидания - его смерти. Замкнутый круг, в котором переплелись и любовь, и ненависть, и раздражение, и отчаяние. Автору отлично удалось описать ощущения и мысли героев. И этот проверочный звонок жены после ее возвращения из длительного отпуска как нервный надрыв немой вопрос – могу я начать жить?

Книга Дмитрия Данилова «Саша, привет!» сильно напомнила мне единственную книгу Владимира Набокова, которую я пока читал - «Приглашение на казнь». На мой взгляд, они похожи как в отношении магистрального сюжета, так и в деталях.
Однако «Приглашение на казнь» меня не очень впечатлила, несмотря на чудесный язык Набокова. И основная причина моего бестрепетного отношения к этому роману - мне не было жаль главного героя, не мог в полной меря я прочувствовать, отчего он так мучается и не находит себе места. Нечто подобное наблюдается и в «Саша, привет!», но если в «Приглашении…» преступление, за которое якобы героя должны были казнить, если я не ошибаюсь, оставалось загадкой или даже фикцией, то здесь причина вроде бы имеется, по крайней мере, формальная - сексуальная связь с девушкой 21 года, что согласно новому законодательству (жанр книги - альтернативная современность, хотя и к антиутопии его можно отнести) карается смертью, как и коррупция (а вот это неожиданно и совсем уж фантастично для этой страны!). Причина, по которой главного героя «Саша, привет!» приговаривают к смерти как будто намерено представлена карикатурной, мне показалось, что она могла быть какой угодно - придумай любое деяние, скажи, что оно теперь карается высшей мерой, и вышло бы примерно то же самое. Как раз в этом сатирическом обличении абсурдности законодательной, судебной и исполнительных систем роман Данилова, на мой взгляд, очень сильно схож с «Приглашением на казнь». Но, как и там, главный герой здесь, Сергей Петрович или просто Серёжа, скорее раздражал, чем вызывал сопереживание, поскольку на протяжении всего романа не прекращает ныть, что его жизнь кончена, и как это не справедливо. Между тем несправедливым и наиболее жестоким в обоих романах выступает неопределённость - когда же казнь собственно случится. Но до того, что ожидание и неопределённость хуже смерти Сергей доходит только спустя год заключения, ближе к концу романа. То есть наказанием за… ничто в обоих случаях выступали лишение свободы и неопределённость судьбы, а не смерть сама по себе, при сохранении в случае Сергея комфортности существования, доступа к общению, интернету, маркетплейсам, прогулкам в красивом парке и даже возможности продолжать работать удалённо. Очевидно, что показанная в книге ситуация ненормальна и жутко несправедлива, но и такое болезненное восприятие как у героя «Саша, привет!» кажется мне чрезмерным - легко можно представить и гораздо более неприятные меры государственных репрессий. Даже и представлять не нужно, на самом деле.
В книге показывается реакция широкой общественности на случай героя, и мнение публики разделяется - одни его поддерживают и возмущаются новым законом, но многие считают, что совершённое персонажем действие действительно должно иметь именно такие последствия. И подобная реакция кажется несколько неправдоподобной: конечно, население крайне внушаемо, но не до такой же степени, чтобы около трети пользователей запрещённых социальных сетей истово уверовали в то, что связь по обоюдному согласию двух взрослых дееспособных людей может касаться вообще кого-либо, кроме этих самых людей - уж точно не государство и не мимокрокодилов из интернета. Впрочем, кое-кого эта связь всё же касается - супругу Сергея, Свету. Она более интересный для меня персонаж, чем главный герой, что, наверное, обусловлено нетривиальным положением последнего. Он вроде как приговорён к смертной казни, то есть Свету ничего морально не сдерживает попрощаться с ним и начать новый этап жизни, без него. С другой стороны, это такая отложенная казнь, которая может произойти в любой день - завтра, через месяц, через год, через десять лет. Сергей вообще может теоретически умереть от старости. И он может всё это время жить, помнить, хотеть продолжать общаться с (бывшей) супругой. То есть получается дилемма, когда (бывший) муж находится в состоянии суперпозиции - и жив, и мёртв одновременно. Однако, на мой взгляд, Света свободна от своих обязательств по отношению к Сергею как раз по той причине, по которой того и приговорили к смерти - супружеская измена. Более молодая версия меня сказала бы, что как раз за такое и нужно осуждать на смерть, но я теперешний скажу, что Свете следовало бы просто разорвать все контакты с Сергеем, в каком бы состоянии он ни находился - жив ли, мёртв ли - и оставить его в прошлом. В этом контексте Цинциннат из «Приглашения…», вызывает всё-таки больше сочувствия, чем Сергей, ведь это ему супруга постоянно изменяла, а он продолжал её любить. Но возвращаясь к вопросу о смысловом содержании наказания, способе подчинения человека государству - подобная описанной в романе Данилова система, кажется, не меньше карает не только осуждённого, но и его близких, что особенно явственно заметно на примере матери главного героя. И здесь в романе присутствует некое допущение, согласно которому персонажи не то что не обсуждают, но даже в мыслях не допускают, что осуждение на казнь с неопределённым сроком может привести к тому, что в какой-то момент изменится законодательство или сменится режим. То есть описываемая реальность подаётся таким образом, чтобы сложилось впечатление: система незыблема и вечна, всё отлажено на уровне законов природы, а не человека. Хотя этот самый закон о смертной казни принят в мире романа буквально четыре года назад. Если можно принять, то почему нельзя и отменить? Но автор как будто намеренно не позволяет героям об этом задумываться.
«Саша, привет!» понравился мне немного больше «Приглашения на казнь» не в последнюю очередь из-за роли палача. В произведении Набокова это был крайне неприятный, раздражающий тип - он и должен быть таким, очевидно, по задумке автора, чтобы доставлять максимальный дискомфорт осуждённому/приглашённому и читателю. В «Саша, привет!» в качестве палача выступает многоствольный автоматический (якобы) пулемёт, который в месте заключения, Комбинате, прозвали как раз Сашей, и сама концепция такого способа казни сначала вызывала у меня недоумение (нельзя ли обойтись более цивилизованными средствами, например инъекцией?), а потом понимание, что в нависании пулемёта, под которым приговорённым к смерти в обязательном порядке нужно проходить каждый день в неизвестности - «Стрельнёт - не стрельнёт? Сегодня или всё-таки не сегодня?» - это и есть самое главная пытка для героя. Возможно, пулемёт Саша вообще никогда не выстрелит, и к этому предположению Сергей склоняется в последних эпизодах романа. Образ пулемёта, холодного, безмолвного, смертоносного, но с каждым днём становящимся всё более привычным и чуть ли не родным, мне понравился и даже чем-то ассоциировался с роботами-антагонистами из дилогии ‘Portal’. И вообще, когда роман иногда переключается с Сергея на других героев - Свету, священника, управляющих Комбинатом - книга сразу становится увлекательнее. Финал романа получился довольно абстрактным, что, в общем-то, даже неплохо, но я ожидал чего-то более однозначного.
С «Саша, привет!» я знакомился в формате аудиоверсии, и интересно, что текст в ней читает сам автор - такого подхода я раньше не встречал. Тем не менее стиль начитки у аудиокниги своеобразный и, возможно, он во многом определяется слогом романа. Данилов воспроизводит свою работу как будто намеренно безжизненно, даже не пытается придать разным персонажам индивидуальные особенности речи, эмоциональную окраску. Всё спокойно, приглушённо, даже немного официозно. В результате книга воспринимается, как сухая информация, перечисление фактов, действий, описание декораций, но в ней практически полностью отсутствует саморефлексия, мысленный процесс и душевные переживания героев за исключением тех случаев, когда они проговаривают что-то вслух. Сначала такая манера изложения, очень напоминающая киносценарий (или пьесу, Данилов же драматург), на что в тексте неоднократно намекается, скорее отталкивала, но постепенно я к ней привык, и после прочтения склоняюсь к мысли, что «Саша, привет!» в любом случае воспринималась бы необычно и кинематографично (но не так кинематографично, как, например, у Кинга, а по-своему), и Данилов намеренно выбрал такой способ озвучивания, который в наибольшей степени соответствует духу его книги. Хотя открытое намерение отдать на откуп читателя и его воображения развитие отдельных сцен, устройство Комбината, отражение внутреннего мира героев может восприниматься как своего рода беспомощность или леность - не слишком ли много здесь приходится додумывать за автора? Зато я рад, что в книге отсутствует цензура, и для придания большей художественной выразительности автор не стесняется использовать мат.
Современная антиутопическая проза из той страны, в которой эта антиутопия почти неотличима от реализма, обращающая на себя внимание нетривиальным стилем изложения, утомляющая непрекращающимся потоком жалости, изливаемым героем на самого себя, и запоминающаяся ярким образом титульного пулемёта-палача.

Про произведение я слышала: одноимённый спектакль есть в репертуаре Балтийского дома и Театра Наций. И вообще Дмитрий Данилов - известный драматург. Например, Семён Серзин поставил спектакль "Свидетельские показания" по его пьесе в Псковском театре драмы и снял фильм "Похожий человек" по этому же тексту. "Человек из Подольска" - вообще топовая пьеса, идет в пор репертуаре множества театров, например, Приюта Комедианта, Театра на Литейном, Театра док, театра Практика, множества региональных театров. "Пустые поезда" Алексей Золотовицкий поставил в РАМТе.

"Саша привет" - очень интересная антиутопия о том, что в России ввели "гуманную смертную казнь" - за преступления против морали и экономические статьи людей приговаривают к смертной казни. Казнит не человек, а пулемёт Саша, причём выстрелить он может в любой день во время прогулки: хоть через неделю, хоть через десятки лет.

Абсурдная антиутопия нашего будущего. Гуманная выпуклость или путь до станции " Бойня". Совершенно без эмоциональное повествование, ощущение , что читаешь сценарий для фильма, с мельчайшими бесконечно повторяющимися подробностями, что подчёркивают безысходность и одиночество главного героя. Страшно.