"Мне нравилось - и до сих пор нравится - ставить слова в глупое положение, сочетать их шутовской свадьбой каламбура, выворачивать наизнанку, заставать их врасплох. Что делает советский ветер в слове ветеринар? Откуда томат в автомате?" Этот небольшой отрывок из «Отчаяния» - наглядный пример того, за что я люблю Набокова. Мне импонирует его неподражаемое умение владеть слогом, жонглировать словами и превращать даже самое скучное и пресное повествование в неповторимую словесную игру. Порой так увлекателен сам процесс чтения, что становится не важно «что будет дальше?» и «чем кончится?».
Монотонное и неспешное «Отчаяние» – не лучшее,на мой взгляд, произведение автора , но вполне достойно внимания. Прочла не без интереса. О сюжете в трех словах: шизофрения – великая вещь:)

«Так хорошо, что аж плохо», - хочется воскликнуть после прочтения «Отчаяния». Не потому, что Набоков - хмырь бездарный, вовсе нет, но потому, что по сути всё произведение - отражение в мутной воде совсем другого романа. Прекрасный, великолепный, вкусный язык Набокова плюс реальные страсти по Достоевскому, а комбо не получилось: 3/4 повествования главный герой неспешно рефлексирует, рассуждает о том, сём и ни о чём конкретном; в последней же четверти мелькнёт и преступление, и наказание, и сумашествие. К сожалению, не самый лучший роман Набокова (благо, короткий, но читается неимоверно долго). Селёдочное небо и главный герой с диагнозом - сочетание непредсказуемое.

Да простит меня Владимир Набоков, я не скоро, вернусь к его творчеству. Вот уже третье его произведение я преодолела с огромным трудом. И окончательно убедилась, что он абсолютно не мой автор. "Отчаяние" не понравилось. Скучно и бессмысленно. Даже не знаю что еще можно добавить.

Я прожил чужую жизнь!

И снова Набоков удивляет профессионализмом написания психологической составляющей своих главных героев, пусть их у него и немного, но как они расписаны, раскрыты, как вывернут на всеобщие обозрение их внутренний мир! Нет, писать так - это искусство, сплетать все так искусно и красиво, скользить к отчаянному концу. Еще один сильно написанный роман сего автора, который нельзя пропустить.

О, да, в книге есть самое большое отчаяние главного героя, Германа Карловича - это прежде всего его отчаянное пресыщение жизнью. Ему кажется, что он свернул по жизни не туда, попал в некую клетку, он наполнен пресыщением жизни. Еще бы - все ведь складывалось у него просто-обыденно, удачливо: неплохая работа, глуповатая, но любящая его жена, новый авто. В начале, была некая леность, а само отчаяние скрыто за праздными размышлениями о жизни, за разными потугами что-то изменит в себе, но привычка нормально жить и мыслить его останавливала. Именно это уже проглядывает, когда Герман встречи нищего Феликса. Он в первый раз после разговора с ним не уходит, а возвращается чуть позже - уже тогда, отчаяние вырваться из своего теплого болотца буржуазной жизни начало по-немного давить на него. Возможно, что это отчаяние исказило его восприятие и Феликс вдруг предстал его близнецом, хотя на самом деле он был не похож на Германа, от слова "совсем".

Отчаяние сплетается с безумием, а тут уж и предлог нашелся - финансовый крах, поэтому самое время разыграть криминальную драму, вполне объяснимую с точки зрения простого обывателя, но для Германа это прежде всего уничтожения своей копии, себя старого, дабы остался он обновленный, с судьбой, как чистый лист бумаги. Возможность получить второй шанс и заново все начать - это движет Германом, а не желание получить страховку. Сия идея уже зарождается в нем, когда он встречает бродягу в первый раз, возможно, что он бы все реализовал бы сразу, если бы у него было больше духа и времени.

Этот внутренний вопль "Я прожил чужую жизнь!" - он несет главного героя в сторону кривой дорожки, ведь соблазн исправить все легко, просто и за счет чужой жизни оказался непреодолимым.

Но вот в чем беда - реальность не поддается изменению, в отличии от сознания Германа, ее нельзя скорректировать по своему желанию полностью, поэтому преступление выплывает наружу, тайное становится явным и приводит к своим законным последствиям.

Эта книга описание своего маленького безумия, когда пытаешься изменить жизнь за счет чужого существования.

@Anna Snow, то чувство, когда отзыв понравился в разы больше , чем книга! Очень талантливо написали Вы! С огромным удовольствием прочитала! Глубокий разбор! Браво! 

@sanechka_puchkova,спасибо, мне приятно, что вам это понравилось)

Для меня самый странный роман писателя из тех, что я читала. Люблю Набокова за игру слов и смыслов, за блестящее языковое чутье, за то, что он пишет так, что порой читать противно, но хочется еще.

Убийство - далеко не кульминационное событие в романе, я бы не назвала это детективной историей. Это история человека, возомнившего себя талантливым настолько, чтобы совершив убийство (моральный аспект дела его совсем не тревожит), написать роман об идеальном преступлении. В отличие от Раскольникова, (здесь явная парраллель) он не терзается сомнениями насчет "тварь я дрожащая или право имею". Отчаяние - то чувство, которое испытывает герой, понимая, что идеальный роман об идеальном убийстве не получился, ничто более, кажется, его не тревожит. 

У меня произведение оставило странное впечатление, очень двоякое. Все вроде бы неплохо, но не тянет на "5".

Я никак не могу прочувствовать и понять этого автора. Слог у него и правда хорош. Течет, льется как песня, качает на волнах, так что иногда забываешь, о чем идет речь вообще. Сюжет интересный, а было скучно и нудно. Может однажды я смогу найти путь к творчеству Набокова, но пока оставлю его на неопределенный срок.

Моё первое знакомство с Набоковым и, кажется, не с той стороны я к нему подошла. Так хотелось после прочтения первой книги сказать: "Так вот ты какой, Набоков!", но не получается, не верю, что только такой. Превосходный слог, но чувствуется в нем какая-то игра с читателем - игра в эгоцентризм, игра в сумасшедшего. Финал оказался для меня предсказуемым, хотя и лучшим из возможных. В целом, ожидания не до конца оправдались, буду продолжать знакомство через более популярные романы автора.

Неистово нудно, образы героев вызывают сомнение в их адекватности…да, есть в этом всем какой-то скрытый философский смысл о всепоглощающем недовольстве жизнью главным героем, но, видимо, не для меня книга писалась, как говорится…я этот смысл «выковыривала» из очень скучного потока слов и прям заставляла себя переворачивать страницы…не понравилась от слова «совсем»…единственное, что не могу не отметить, это слог! Наверное, только из-за него да из-за того, что подходит к пункту марафона, не бросила читать! Теперь боюсь даже браться за другие более известные книги автора…к глубочайшему сожалению…Или автор просто не мой, или начала знакомство с ним с неудачной книги…

Когда-то я читала Набокова, еще в школе, и конечно же, "Лолиту". Писатель у меня автоматически отправился на полку "нет, спасибо, возможно когда-нибудь". Искренне рада, что это, когда-нибудь, наступило.

Отчаяние. Оно не ощущается в начале романа, не ощущается и в середине, герой не живет с ним, оно постепенно его поглощает. Стиль написания, главные лица романа и их поступки, все великолепно выстроено, все заставляет тебя погружаться в книгу, и проникаться этим самым отчаянием, которое к завершению, к главе, которой не должно было быть, достигает своего апогея.

«Отчаяние» - роман затрагивает тему одиночества, стремления к искуплению и поиска смысла к существованию. Набоков сочетает в произведении великолепное мастерство письма, богатую языковую палитру и глубокое психологическое изучение персонажем. «Отчаяние» - пример интеллектуального романа, который заставляет задуматься о смысле жизни и страданиях, а также насладиться настоящим литературным искусством.

По словам автора, величайшая мечта писателя – чтобы читатель стал зрителем. Именно этим и занимается Набоков, рисуя изящными оборотами живописные картины вяло текущего повествования. От лица главного героя, русского эмигранта, Германа ведется рассказ о некоем замысле, который держится втайне от читателя до поры до времени. Жарким майским днем Герман случайно встречается с бродягой, который он считает, на него похож как две капли воды. Это рождает в его голове коварный план, к исполнению которого он движется очень медленно, то отступая, отказываясь от него, то агрессивно пытаясь воплотить его в жизнь.
Возможно, своим романом Набоков хотел противопоставить себя Достоевскому, чьи герои занимаются самокопанием, самоуничижением. Герой Набокова нисколько в себе не сомневается, самовлюбленный эгоист, выстраивает скурпулезный план действий, расписывая в нем каждому свою роль. А после воплощения в жизнь спокойно ждет освещения событий в прессе. И как потом оказывается, одна небольшая оплошность приводит к раскрытию его вины. Это вызывает в нем отчаяние, граничащее с безумием, а может оно и есть в финале, где Германа настигает заслуженное наказание.
История тянется медленно, главный герой много рефлексирует, рассуждая о чувствах по его словам недалекой, глупой, влюбленной «по уши» в него жены Лиды, о ее двоюродном брате, неудавшемся художнике – пьянице. А сам Герман – просто гений, встретивший «чудо» на своем пути для спасения своего пошатнувшегося шоколадного бизнеса.
Книги Набокова всегда вызывают двойственные ощущения. С одной стороны, чувствуется некоторое его высокомерие, самолюбование своим текстом. С другой, невозможно не признать, что Набоков – мастер художественного слова, невозможно не восхититься тем, как играет он образами, смыслами, обрисовывая хоть действие, хоть бездействие, поистине становишься зрителем, перед которым разворачиваются картины, порою не очень приятные.

Есть две проблемы у этой истории. Первая: написал ее Набоков, а, значит, невозможно оторваться от повествования. Вторая: я ожидала совсем иной финал, была несколько озадачена исходом, как будто не все карты раскрылись главному герою, а так хотелось его еще больше ошарашить его собственной тупостью. Ну ладно, "первая" - вовсе не проблема, и лучше вместо указанного обозначит другую: я не люблю, когда со мной, как с читателем, постоянно разговаривают. Мне интересен сюжет, развитие событий, чувства героя, а о собственных, - я подумаю сама, например, когда книга завершится. А эти диалоги рассказчика с читателем раздували историю, тормозили, когда мне хотелось еще и еще вот про это "совершенное преступление", больше и больше. Как оказалось, роман превратился и вовсе в эпистолярный, а всё прочитанное,- надменным тоном записок на бумаге некого Германа Карловича, неудачливого коммерсанта в дорогом костюме, на голубой машине.
Записки эти вовсе не были актом покаяния или раскаяния, нет. Это было бы слишком для нашего рассказчика. Записки - как факт отчаяния. Вот что правильно. Потому что не вышло у Германа совершенного (в смысле идеального) преступления, а вышел неплохой (опять-таки по его меркам) текст. И хотя бы здесь, второпях, ощущая уже непоправимое, он желает докончить этот текст: пусть сие творение ему удастся, и он выскажется до конца.
Итак, "совершенное преступление" не было совершенным, как задумал его преступник. А задумал он его сразу, как только увидел лежащего на полянке бродягу, такого похожего на него самого человека. И задумал Герман застраховать свою жизнь, убить бродягу Феликса и выставить убитого за самого себя, чтобы женушка его Лида получила от страховой компании крупную компенсацию, уехала в другую страну, где бы воссоединилась с настоящим мужем. И всё до мелочей продумывает герой, отсылает Ардалиона в Италию, нашептывает Орловиусу, что де ему угрожает какой-то странный тип, обманом затаскивает Феликса в нужное место недалеко от Берлина, науськивает жену, чтобы после "его" смерти всё правильно исполнила. Только забыл Герман одну простую штуку: очнуться. И понять, что он вовсе не гений, а вокруг стайка безмозглых дураков, коими он считает свое окружение, да и вообще всех вокруг. И вообще он не замечает самых очевидных вещей, например, что жена его давно и бессовестно изменяет ему со своим кузеном Ардалионом. Да, об этом прямо не говорится в романе, помните, что роман этот ведется от лица нашего ненадежного рассказчика. Настолько Герман замахнулся на собственную исключительность и гениальность, что "слона то и не заметил". А именно то, что Феликс не похож на него как брат близнец, а представляет собой другого типа человека. И еще одну вещь не замечает преступник, о чем больше всего сокрушается в финале. Не о своей слепоте и глупости, нет, ему не в досуг, а о маленькой детали, где Феликс обманул своего убийцу, подставил, так подставил. И в этой детали Герман кажется еще бОльшим идиотом, бОльшим ничтожеством, совершенно отвратительным.
Да, Набоков смог вызвать во мне такие сильные эмоции злости и отвращения, при чем сформировались настолько ясно и четко они только в финале. Так а каком же собственно финале думала я?
Я делала ставку на то, что Лидия, завладев деньгами от страховых выплат, кинет муженька и уедет с Ардалионом. А перед Германом раскроется правда о том, что его глупенькая, всю дорогу всё забывающая, никчемная супруга обставила такого гения как он. Вот как бы так. Но автор не пожалел никого из своих героев. Принимается. Мне тоже никого не жалко.