Очень многоплановый сложносоставной роман-исследование на тему семьи. Для меня показатель качества книги - это наличие/отсутствие мыслей о поднятых в ней вопросах во время и после прочтения. Здесь вопросов осталось очень много. Порой очень тревожных. Например, о подмене чувств психологическими концептами. Вообще о современном стремлении все объяснить, классифицировать, разложить по полочкам, каждому действию найти подходящую психологическую теорию. Об информационном шуме и мусоре, алгоритмах соцсетей и степени их влияния на качество получаемой из интернета информации. И естественно, об эффекте плацебо, позитивного мышления и этических границах таких экспериментов. И все это на фоне красивой истории любви (спойлер: и сложной истории детства). 

Первая глава заканчивается счастливым концом, двое встретились и полюбили друг друга. Продолжение романа показалась мне очень подробным описанием посещения психолога со ссылками на соответствующую литературу. Но кроме этого есть рассказ о жизнях двух главных героев и почему они все-таки стали парой. Очень много из современной жизни. В целом роман зашел

Давненько нам не попадалось в Клубе по-настоящему хорошей книги, и «Велнесс» Нейтана Хилла – одна из таких.
Новейший, но при этом по-хорошему классический роман: история встречи и совместной жизни молодой пары. Он – фотохудожник, ставший им почти по случайному стечению обстоятельств, она – ассистент учёного, позже вставшая во главе очень необычного бизнеса по применению плацебо в благих целях. Они увидели друг друга в окне напротив.
Трудно что-то сказать, кроме того, что очень и очень приятно было читать книгу))) Наверное, это плохо?) Или пора делать между чтением произведения и отзывом промежутки поменьше – впечатления всё-таки сильно затираются в рутине жизни…Но так лень писать что-то)
Так вот, возвращаясь к «Велнесс». Мне понравилось всё, вернее, нет желания придираться к недостаткам. Герои полновесные, интересные, со множеством граней…я им не сочувствую, но многое понимаю (так кажется, по крайней мере). Нейтан Хилл вплёл невероятное количество деталей и фактов в своё повествование: от истории искусства до ссылок на реальные поведенческие эксперименты в области психологии. Кстати, этих самых ссылок у него очень много, все – реальные, потому что его героиня живёт в соответствии с научными статьями. Она та самая «я об этом читала». Прагматик, логик, которую жизнь притёрла к человеку не столько творческому, сколько не приспособленному к упорядоченному существованию. Они оба носители психологических травм, но они строят семью и становятся…в высшей степени нормальными, порой даже чересчур.
И за этим невероятно интересно наблюдать, считывать авторские отсылки к культурным и научным понятиям, наслаждаться сюжетом как таковым без мучительного желания узнать, чем всё закончится. В какой-то момент даже кажется, что дело вот-вот свернёт на тропу какой-то техногенной фантастики…но нет. Эксперимент в эксперименте от автора признаю удачным)

Disclaimer: отзыв может содержать спойлеры и выражает личное мнение автора, не претендующее на объективность и истинность.
Прочитать «Велнесс» (‘Wellness’) Нейтана Хилла (Nathan Hill) мне захотелось после того, как я увидел отзыв на него в телеграм-канале «Лиляка-читака». Незадолго до этого я слышал об этой книге от Полины Парс, но соответствующее видео на YouTube не смотрел, и это не стало поводом, чтобы решиться на прочтение, однако повышенное внимание к роману со стороны общественности позволило предположить, что с ним ознакомиться стоит и поскорее. И это было чертовски правильное предположение.
«Велнесс» мне очень понравился, можно даже сказать, я от него в восторге. Это предельно реалистичный роман, в первую очередь, о межличностных взаимоотношениях: романтических, сексуальных, семейных, детско-родительских. Но в него вплетено и множество тем, ставших актуальными совсем недавно. Мне понравилось как автор тонко стебётся, а иногда ужасается над вовлечённостью людей в социальные сети и над тем, какое властное влияние они оказывают на них. Забавно, что в одной из сюжетных линий, действие которой происходит в середине нулевых, второстепенный персонаж осваивает поисковые системы, «ничего не зная о ключевых словах, метаданных, алгебре логики и тому подобном» и поэтому «просто набирает грамматически правильные полные предложения, как будто обращается к учителю или врачу», а в наши дни запросы в Google, оснащённый AI Mode, именно так лучше всего и формировать. Сатире подвергаются и теории заговора, и мода на всё натуральное, фермерское, на эзотерические практики, аффирмации и самоочищение, духовное и физическое. В линии одного из главных героев высмеивается эффективное управление, распространяющее свою мнимую эффективность в те сферы, в которых она абсолютно неуместна, и теми средствами, которые совершенно не соответствуют здравому смыслу («Алгоритм эффективности может дать количественную оценку важности вашей работы, основываясь а том, сколько раз ее упоминали другие люди»). Эпизодически всплывает и зашуганность белого населения woke-повесткой («он чувствовал себя мучительно, непозволительно белым»), и критика ненасытного капитализма, пожирающего самого себя («чтобы увеличить свою экономическую эффективность, авиакомпании были вынуждены предпринимать меры по снижению расходов»), и подтрунивание над «специалистами» из интернета («он полез в интернет, где выяснил, что на самом деле все делал неправильно») и реального мира - в главе о новой квартире, дизайн которой герои поручили разработать человеку со стороны. (Не уверен, что над последним автор действительно иронизирует, однако мне в любом случае кажется дикостью делегировать оформление внешнего вида собственного жилища постороннему человеку.) Всё это тонко встроено в магистральный сюжет и не кажется чужеродным. Но всё-таки главное, за что мне понравился роман, - это динамика отношений между главными героями, развитие персонажей, их взросление и происходящие с ними изменения.
На примере взросления Джека и Элизабет автор иллюстрирует неоригинальную, но оттого не менее значимую мысль, что большая часть жизненных проблем, установок, травм, фетишей берёт своё начало в детском и подростковом возрасте. Огромное влияние здесь оказывают родители, их отношение к детям, особенности воспитания. Из изображения родителей героев можно сделать нехитрый вывод, что некоторые люди, даже неся свою правду, всё равно остаются сволочами, а некоторые - сволочами наглухо отбитыми (иногда в буквальном смысле). Не в последнюю очередь их решения и поступки связаны с религиозным воспитанием, консерватизмом и конформизмом («А что бы сказали люди?»). Если же копнуть чуть глубже, то можно предположить, что никто или почти никто не рождается сволочью, и плохие родители становятся таковыми во многом из-за того, что их родители тоже были плохими. И для того чтобы прервать эту цепь несчастья и несправедливости требуется проявлять титанические, буквально нечеловеческие усилия, что, разумеется, удаётся очень немногим. Автор подсвечивает тезис о поколенческой преемственности отсутствия компетенций во взращивании детей только на примере матери Джека, почти оставляя за скобками родителей Элизабет, но даже в этом случае очевидны две первопричины, от которых в немалой степени берут своё начало многие семейные горести и беды. Это, во-первых довлеющая пята устаревших, бездумных традиций, что, в свою очередь, непосредственно связано с пресловутыми патриархальными ценностями и оголтелым сексизмом (если бы не они, Лоуренс не женился бы на Рут), а во-вторых, пагубное влияние религии - если бы не церковь, Рут не родила бы нежеланного, нелюбимого ребёнка, обрекая его на долгие страдания. Совершенно абсурдное морализаторство со стороны религии отражается и в случае жёсткого табуирования мастурбации, а с темой переоценённости жизни связан ещё один микроэпизод в самом финале, который оставил у меня легчайший привкус разочарования: когда Элизабет решила, что не спустится с отравленного аммиаком четвёртого этажа их особняка, мотивируя это тем, что в таком случае её отец опять одержит победу, пусть и фигуральную. Но, на мой взгляд, поступив так, она снова придала мнению отца больший вес, чем своему - какая разница, что он почувствует или не почувствует, если прямо здесь и сейчас, и не в моменте, а почти перманентно, невыносимо плохо самой Элизабет. Некоторое несогласие вызвало и чересчур вольное, легкомысленное обращение автора с понятием дружбы - Джек и Элизабет называют своих университетских знакомых и приятелей «неразлучными друзьями», но потом, когда они завели ребёнка и увязли в быте, «начали терять друзей» - по-моему, друзей можно потерять только в случае летального исхода, в противном случае настоящей дружбы и не было. То же касается и «друзей» Джека в его детстве, и «друзей» Тоби - то намекается, что друзей у них нет, то пробрасываются фразы вроде «если он хорошо проводил время на дне рождения друга», «когда Тоби был в гостях у друга» или «Тоби и еще четверо-пятеро его новых друзей».
Помимо проблемы отцов и детей остановлюсь ещё на некоторых полюбившихся аспектах книги. Так, мне понравилось описание деятельности Элизабет, все эти исследования плацебо, других когнитивных и психологических вопросов, да и вообще её осознанный, рациональный подход к жизни, который очень здорово продемонстрирован на примере подробнейшего изучения научных публикаций, посвящённых правильному кормлению дошколят. И хотя в конце романа это стремление Элизабет к совершенству, доведённое до одержимости, вырисовывается следствием детской травмы и если не порицается, то облекается в ореол бессмысленности, ненужности, мне такой подход импонирует. Тут нужно отдельно подчеркнуть и восхититься тщательностью, даже дотошностью автора, которую он проявил при предварительном самостоятельном исследовании затрагиваемых им в романе тем - списку литературных источников в конце тома может позавидовать иная диссертация PhD и многие научно-популярные издания. Ещё мне понравилась в романе сюжетная линия, связанная с Кейт и Кайлом, в которой раскрывается главным образом (но не только) сексуальная сторона жизни главных героев. Во время чтения этих глав у меня возникали, наверное, самые неоднозначные чувства за всю книгу, но несмотря на это, а возможно, благодаря этому они показались мне предельно любопытными. Наконец, особенно важными для меня оказалась прорабатываемая на протяжении всего текста идея о том, что даже искренне любящие друг друга люди остаются самостоятельными личностями, которым требуется в широком смысле пространство вокруг себя, свобода, а также мысль о том, что ради по-настоящему любимого человека можно делать что-то, что кажется ненужным, заниматься тем, чем не хочется, изменяться, подстраиваться, даже, может быть, переламывать себя, и это не будет восприниматься как жертва или подвиг.
Ещё одна привлекательная для меня особенность книги - её нелинейная структура. События происходят то в настоящем Элизабет и Джека, которое соответствует 2014 году, то прыгают в их прошлое - в восьмидесятые (детство), девяностые (юность, учёба в университете), нулевые (зрелость, первый опыт семейных отношений, создание ребёнка). Такое хронологическое вальсирование, а также регулярное переключение между оптиками или историями главных героев поддерживают увлечённость чтением на протяжении всего немаленького объёма романа. Если бы повествование было линейным, то это кардинально поменяло бы восприятие книги и, уверен, она стала бы сильно хуже. Поэтому в том, как автор разместил главы, ловко увязал их между собой, в нужных местах филигранно расставил маячки, развесил ружья, заложил бомбы-клиффхэнгеры, я вижу колоссальный талант. Но и кроме этого, нужно сказать, что книга написана очень увлекательно, гладко, завораживающе, от неё по-настоящему не хочется отрываться, и каждое возвращение к ней ожидается с предвкушением. Лично для меня, например, не очень важны темы воспитания детей или аграрного хозяйства в прериях Канзаса, но создаётся впечатление, что о чём бы ни писал Хилл, текст в итоге оказывается занимательным и качественным. Пожалуй, единственная сторона «Велнесс», которая показалась мне слегка пресноватой - это искусство, в первую очередь, фотографическое, которому посвятил себя Джек, хотя и эта тема, с одной стороны, непосредственно связана с одним из самых сильных повествовательных стержней романа и, пожалуй, самым очаровательным персонажем, а с другой - с чрезвычайно забавным эпизодом о ночных похождениях Джека на заре интернета. В книге есть несколько особенно мощных, пробивающих насквозь моментов, после которых я мог просто несколько минут смотреть в пустоту с открытым ртом, один из них даже вызвал слёзы, настолько трогательным и душераздирающим он получился. Однако намного чаще такие динамитные шашки приводили к улыбке или даже смеху, причём они не обязательно были связаны с юмором как таковым, а скорее с тем, насколько глубоко пронизывает погружение в чтение, насколько мастерски закручена история, насколько искренними и живыми получились герои, а действие - напряжённым и цепляющим. Тотальное восхищение, в двух словах. И уверен, что немалую роль в том, как здорово, плавно, естественно воспринимается книга, сыграла работа переводчика, Анны Гайденко. На первый взгляд единственной придиркой к переводу с моей стороны стала транслитерация названия: я бы оставил ‘Wellness’, но, скорее всего, такой выбор - это коммерческое решение. На второй - замечаний стало ненамного больше. При анализе текста и его перевода заметно, что Анна разбирается в современных сленге и трендах или, по крайней мере, умеет гуглить и пользоваться другими интернет-ресурсами. Кроме того, у неё хорошо получается находить адекватные эквиваленты для специфических оригинальных понятий или ассоциаций, что среди представителей её профессии, согласно моим личным ощущениям, встречается нечасто (и хотя издание снабжено приятными и полезными примечаниями переводчика, я всё равно не отказался бы от дополнительных сносок). Только в одном месте названия некоторых трав передано не совсем корректно: млечник вместо ваточника (milkweed, он же Asclepias), далея вместо клевера (clover), политения вместо петрушки (parsley), да в библиографическом списке одно и то же имя транслитерировано по-разному - Брайан Д. Эрп и Брейн Д. Эрп (в обоих случаях Brain D. Earp). В остальном же перевод, на мой взгляд, выполнен великолепно. То же можно сказать и о работе корректора - в тексте я встретил всего одну опечатку (если не считать «модели психического» вместо «модели психического состояния» (theory of mind) и не пропечатанную разницу между двумя формами четвёрок) - поразительно, учитывая внушительный объём тома. А вот обложка мне больше нравится оригинальная.
Превосходная литература, удовольствие в чистом виде и моя первая книжная «десятка» за почти три года.

У меня остались смешанные чувства по поводу этой книги. Поначалу я не смогла втянуться, книга меня не захватывала. Мне казалось избыточным количество информации об исследованиях в таких областях нашего современного общества, как воспитание детей, проблемы взросления, модные методики в области здоровья, основанные на эффекте плацебо, влияние социальных сетей, теории заговора, кризис среднего возраста, спекуляции с недвижимостью и многое другое. Темы интересные сами по себе, но их было слишком много и объяснения слишком детальные. К тому же эти темы хорошо знакомы, и книга казалась затянутой. Из-за этого порой казалось, что нет четкой сюжетной линии. Помогало, что автор рассказывает очень забавно, с тонким чувством юмора.
Но постепенно раскрывались жизненные истории этой семейной пары, травмы детства, которые объясняли их нынешнее поведение. И книга увлекла!
Особенно понравилось, как автор глубоко раскрывает своих персонажей, даже второстепенные герои кажутся живыми и интересными. Автору хорошо удалось заставить сочувствовать даже самым раздражающим персонажам.
А в конце все темы были связаны воедино и финал получился очень трогательным. Книгу можно назвать хорошей и она заставляет о многом задуматься.

Нашумевшая книга, о которой слышала много положительных отзывов, меня не сильно впечатлила.
Джек-нищий художник. Элизабет-из богатой семьи. Начинают жить с чистого листа, но оба сильно одиноки. Не хватило динамики и все слишком предсказуемо.

Смесь психологии и философии в художественной прозе - идеально!