Когда начала читать, то сначала меня не зацепило, но далее, ближе к финалу, книга меня увлекла и зацепила. Предложения встречаются очень -очень длинные, приходится перечитывать, чтобы вникнуть в суть.

После "Человека, который смеется" зарекался читать еще что-либо из Гюго. Но привез из старой библиотеки бумажную книгу, к тому же недавно прочитал биографию Наполеона авторства Манфреда. И как-то в тему взялся все же прочитать и "Девяносто третий год". Ну что... Гюго как Гюго - в своем амплуа. Дитя своей эпохи - восторженно пафосный романтик, у которого солнце не может взойти, чтобы не отразиться в пылком взгляде какого-нибудь безупречного героя. А ночная тьма не может опуститься, чтобы не скрыть какого-нибудь коварного злодея.
Но в этом романе Гюго решил поиграть в противоречивость. Роялисты против республиканцев - кто более жесток, кто более гуманен (кто матери-истории более ценен)? В итоге Гюго так и не разобрался в своих идеалистических умопостроениях. вложенных в уста главных героев и в финале (спойлер) их просто обнулил. Да.. тяжело было в девятнадцатом веке без истмата и диамата. Далеки они - эти властители умов своей эпохи - были от народа.

Сильная книга! Это не удивительно, ведь автор - не только мэтр пера и бумаги, но и гражданин республики Франции, скорбящий сын монархии Франции. Да, все события происходили до рождения писателя.Но так прочувствовать каждую слезинку умирающей монархии мог только сын монархии; а так проникнуть в мысли и чувства республиканцев возможно только гражданину Франции.
Что же олицетворяло Францию в те страшные годы? Мишель Флешар, мать троих детей, вдова убитого мужа, которой и дела нет до высоких и низких идей происходящего, потому что она мать троих детей? Да, безусловно, она - олицетворение Франции, потому что она - олицетворение самой жизни и будущего. Ей нет разницы, по какой стезе будут развиваться события далее, лишь бы были живы и здоровы её дети. Впрочем, Гильотина - дитя революции (хотя треугольное лезвие, если верить романам Дюма, придумал именно король Людовик), и ей тоже нет дела, с кем она обвенчается в очередной раз.
Граф Лантенак - безусловно, и он Франция. Он всё лучшее, что было в монархической Франции. Он честь монархии, которая борется за своего короля. Битва идёт на смерть, и поэтому я прощаю ему невольное отступление от слова не делать зла. Воюют все, и все причиняют боль стране. Вопрос лишь в том, кто выиграет битву.
Симурден и Говен? Да, это новая зарождающая Франция, и как все малые дети живут только для себя, только себе требуют пропитания и игрушек, как всех малых детей надо учить делиться и думать о других, их тоже надо ещё учить думать о народе. Они только думают, что сражаются за народ. На самом деле они, как малые дети отбирают игрушки у других, отбирают теперь власть у монарха. Но ведя войну теперь, они учатся человечности у Лантенака. Сама жизнь преподаёт урок, и учителем выступает дворянин. Этот факт вмещает в себя всю жизненную правду того времени; и судьба ох, как дорого возьмёт за этот урок.
Но истинное лицо 93-го года - Гильотина. Раньше её лезвие было прямое. Головы рубились не с первого удара. Когда обсуждалось это, король Людовик подошёл к столу с чертежом и нарисовал треугольное лезвие. Он и предположить не мог, что в ту минуту помог родиться дочери Революции и сам обвенчается с ней. Гильотина не видела правых и виноватых. Ей нужны были головы, и в первую очередь знатные головы. Обвенчавшись с монархами, она после решила венчаться и с революционерами.
Сильная и страшная книга. Из этого произведения я сделала себе призму. То, что творилось во Франции в 93-ем году, разделила на 2 (условная сноска по времени) и через эту призму глянула на нашу революцию 17-го года. Вернее, просто допустила, что половина всех этих ужасов происходила в нашей стране. Результат был страшен. Как же умна матушка-природа, когда не допускает в своё развитие революцию, а всё происходит тихим эволюционным путём! Как величественны писатели, которые доносят до нас такие истины!