Итоги Юбилейного Литературного Компотища № 10

  • Итоги Юбилейного Литературного Компотища № 10



    Вот и подошло к концу самое грандиозное мероприятие зимы, которое началось для меня в декабре, а заканчивается только сейчас, если не считать предстоящих свиданий с почтой.

    Спасибо вам ещё раз, что присоединились, отгадывали или просто читали, давали обратную связь и отвечали на мои сообщения.

    ЛК10 - это моя единственная работа в своем роде. Последняя. Теперь нужен отдых и покой:-)

    Не буду долго тут разглагольствовать. Ниже вас ждут результаты, разгадки, текст, и, конечно, обсуждения.

    Вам понравилось?

    • Да
    • Нет
    ответить
  • ответить
  • Загаданные книги от самых узнаваемых до неразгаданных



    Я пытался уложиться в небольшое число книг, но объем текст рос и рос, тогда решил лимит в 300 поставить, потом в 333, и наконец 365 - даже вычистил все, что за пределы попало. ЛК1 я провел в 2017 году, а в 2018 не было ни одного за моим авторством. Считайте, что таким образом я отчитался за каждый день прошлого года.

    1. Рождество Овцы - Харуки Мураками - 22
    2. Рождество и красный кардинал - Фэнни Флэгг - 22
    3. Санта-Хрякус - Терри Пратчетт - 21
    4. Детективное агентство Дирка Джентли - Дуглас Адамс - 19
    5. Зубная фея - Грэм Джойс - 19
    6. Габриэла, гвоздика и корица - Жоржи Амаду - 19
    7. Ромео и Джульетта - Уильям Шекспир - 19
    8. Мэри Поппинс - Памела Трэверс - 19
    9. Рождественская песнь в прозе - Чарльз Диккенс - 19
    10. Марсианин - Энди Вейер - 19
    11. Старик и море - Эрнест Хемингуэй - 19
    12. Рождественская шкатулка - Ричард Эванс - 18
    13. Хижина дяди Тома - Гарриет Бичер-Стоу - 18
    14. Похитители душ - Ник Перумов - 18
    15. Северное сияние / Золотой компас - Филип Пулман - 18
    16. Клуб неисправимых оптимистов - Жан-Мишель Генассия - 17
    17. Униженные и оскорбленные - Федор Достоевский - 16
    18. Гордость и предубеждение - Джейн Остен - 16
    19. Чайная на Малберри-стрит - Шэрон Оуэнс - 16
    20. Книжный вор - Маркус Зусак - 16
    21. Женщина в белом - Уилки Коллинз - 16
    22. Защита Лужина - Владимир Набоков - 16
    23. Дом на краю ночи - Кэтрин Беннер - 15
    24. Узорный покров - Сомерсет Моэм / Узорчатая парча - Миямото Тэру - 15
    25. Куда приводят мечты - Ричард Матесон - 15
    26. Замок Броуди - Арчибальд Кронин - 15
    27. Остров на краю света - Джоанн Харрис - 14
    28. Рай где-то рядом - Фэнни Флэгг - 14
    29. Алиса в Зазеркалье - Льюис Кэрролл / Королевство кривых зеркал - Губарев - 14
    30. Клуб любителей книг и пирогов из картофельных очистков - Мэри Шеффер - 14
    31. Мальчик по имени Рождество - Мэтт Хейг / Рождественский мальчик - Федор Сологуб (добавлено) - 14
    32. Чудесный нож - Филип Пулман - 14
    33. Доводы рассудка - Джейн Остен - 14
    34. Hygge. Маленький секрет датского счастья - Майк Викинг - 14
    35. Большая маленькая ложь - Лиана Мориарти - 14
    36. Божественная комедия - Данте Алигьери - 14
    37. Рождество с неудачниками - Джон Гришэм - 14
    38. Ветер в ивах - Кеннет Грэм - 13
    39. Чайка Джонатан Ливингстон - Ричард Бах - 13
    40. Маленькие женщины - Луиза Олкотт - 13
    41. Путешествия Гулливера - Джонатан Свифт - 13
    42. Маленькая хозяйка большого дома - Джек Лондон - 13
    43. Звездный десант - Роберт Хайнлайн - 13
    44. Письма рождественского деда - Джон Толкин - 13
    45. Под куполом - Стивен Кинг - 13
    46. Обыкновенное чудо - Евгений Шварц - 13
    47. Избранное - А. Капля - 12
    48. Лабиринт отражений - Сергей Лукьяненко / Фальшивые зеркала - Сергей Лукьяненко - 12
    49. Дети кукурузы - Стивен Кинг - 12
    50. Тошнота - Жан-Поль Сартр - 12
    51. Ночь в Лиссабоне - Эрих Ремарк - 12
    52. Пироги и пиво, или скелет в шкафу - Сомерсет Моэм - 12
    53. Праздник, который всегда с тобой - Эрнест Хемингуэй - 12
    54. Шоколад - Джоан Харрис / Шоколад на крутом кипятке - Лаура Эскивель (добавлено) - 12
    55. Война миров - Герберт Уэллс - 12
    56. Мы - Евгений Замятин - 12
    57. Война жуков и ящериц - Роберт Асприн / Жук в муравейнике - Стругацкие - 12
    58. Бог мелочей - Арундати Рой - 12
    59. Головокружение - Франк Тилье - 12
    60. Острые предметы - Гилиан Флинн - 12
    61. Фламандская доска - Артуро Перес-Реверте - 12
    62. Рождественские каникулы - Сомерсет Моэм - 11
    63. Гарантийные человечки - Эдуард Успенский - 11
    64. Художник зыбкого мира - Кадзуо Исигуро - 11
    65. Гарри Поттер и узник Азкабана - Джоан Роулинг - 11
    66. Погребенный великан - Кадзуо Исигуро - 11
    67. Поющие в терновнике - Колин Маккалоу - 11
    68. Чужак в стране чужой - Роберт Хайнлайн - 11
    69. Ночь в тоскливом/одиноком октябре - Роджер Желязны - 11
    70. Восемь любящих женщин / Восемь женщин - Робер Тома - 11
    71. Гроза - Александр Островский - 10
    72. Бойня номер 5 - Курт Воннегут - 10
    73. Кролики и удавы - Фазиль Искандер - 10
    74. О дивный новый мир - Олдос Хаксли - 10
    75. Дом, в котором... - Мариам Петросян - 10
    76. Вор времени - Терри Пратчетт - 10
    77. Катушка синих ниток - Энн Тайлер - 10
    78. Под знаком мантикоры - Алексей Пехов - 10
    79. Игра Эндера - Орсон Кард - 10
    80. Пестрая лента - Конан Дойль - 10
    81. Айвенго - Вальтер Скотт - 10
    82. Собор Парижской Богоматери - Виктор Гюго - 10
    83. Гарри Поттер и философский камень - Джоан Роулинг - 10
    84. Трое в лодке, не считая собаки - Джером К Джером - 10
    85. Морской волк - Джек Лондон - 10
    86. Театр - Сомерсет Моэм - 9
    87. Утопия - Томас Мор / Плавучий остров (Идеальный город) - Жюль Верн (добавлено) - 9
    88. Остаток дня - Кадзуо Исигуро - 9
    89. Обитель - Захар Прилепин / Пармская обитель - Стендаль - 9
    90. Незнайка в солнечном городе - Николай Носов - 9
    91. Бесконечная война - Терри Пратчетт и Стивен Бакстер / Бесконечная война - Джо Холдеман - 9
    92. Лосось сомнений - Дуглас Адамс - 9
    93. Синяя борода - Курт Воннегут / Шарль Перро - 9
    94. Бесконечная история - Михаэль Энде - 9
    95. Дракон - Евгений Шварц - 9
    96. Искупление - Иэн Макьюэн - 9
    97. Голем - Густав Майринк - 9
    98. Куколки - Джон Уиндем - 9
    99. Ноги из глины - Терри Пратчетт - 9
    100. Дни Савелия - Григорий Служитель - 8
    101. Человек в коричневом костюме - Агата Кристи - 8
    102. Немой свидетель - Агата Кристи - 8
    103. Человек без лица / Человек разрушенный - Альфред Бестер - 8
    104. Маугли / Книга джунглей - Редьярд Киплинг - 8
    105. Мрачный жнец - Терри Пратчетт - 8
    106. Приключения Незнайки и его друзей - Николай Носов - 8
    107. Богач, бедняк - Ирвин Шоу - 8
    108. Малыш - Стругацкие / Малыш и Карлсон - Астрид Линдгрен - 8
    109. Здравствуй, грусть - Франсуаза Саган - 8
    110. Вальс на прощание - Милан Кундера - 8
    111. Интервью с вампиром - Энн Райс - 8
    112. Всякая плоть - трава - Клиффорд Саймак - 8
    113. Хребты безумия - Говард Лавкрафт - 8
    114. Нефритовые четки - Борис Акунин - 8
    115. Скарамуш - Рафаэль Сабатини - 8
    116. Фантастические твари и где они обитают - Джоан Роулинг - 8
    117. Чувство и чувствительность / Разум и чувства - Джейн Остен - 8
    118. Спящая красавица - Шарль Перро - 8
    119. Триумфальная арка - Эрих Ремарк - 8
    120. Франкенштейн, или современный Прометей - Мэри Шелли - 8
    121. Стража! Стража! - Терри Пратчетт - 8
    122. Титан - Теодор Драйзер - 8
    123. Хождение по мукам - Алексей Толстой - 8
    124. Незнайка на луне - Николай Носов - 7
    125. Пыльца - Джефф Нун / Стеклянная пыль - Олег Никитин (добавлено) - 7
    126. Темная башня - Стивен Кинг - 7
    127. Время должно остановиться - Олдос Хаксли - 7
    128. Мантикора - Робертсон Дэвис - 7
    129. Маленькая принцесса - Фрэнсис Бернетт - 7
    130. Мать Тьма - Курт Воннегут - 7
    131. Взгляд кролика - Кендзиро Хайтани - 7
    132. Последний дон - Марио Пьюзо - 7
    133. Мастер и Маргарита - Михаил Булгаков - 7
    134. Рассказ служанки - Маргарет Этвуд - 7
    135. Естественная история драконов - Мари Бреннан - 7
    136. Граф Ноль - Уильям Гибсон - 7
    137. Весь мир - театр - Борис Акунин - 7
    138. Жена башмачника - Адриана Трижиани - 7
    139. Райский сад - Эрнест Хемингуэй - 7
    140. В канун Рождества - Розамунда Пилчер / Ночь перед Рождеством - Николай Гоголь - 6
    141. Аэлита - Алексей Толстой - 6
    142. Вальс деревьев и неба - Жан-Мишель Генассия - 6
    143. Хороший день для кенгуру - Харуки Мураками - 6
    144. Процесс - Франц Кафка - 6
    145. Правда - Терри Пратчетт - 6
    146. Винни-Пух - Алан Милн - 6
    147. Пришельцы - Клиффорд Саймак / Инопланетяне - Кир Булычев - 6
    148. Призраки не лгут - Михаил Веллер / Ларс Кеплер - 6
    149. Фиеста - Эрнест Хемингуэй - 6
    150. Приключения Оливера Твиста - Чарльз Диккенс - 6
    151. Жажда жизни - Ирвинг Стоун - 6
    152. Два билета в Индию - Кир Булычев - 6
    153. Никогде - Нил Гейман - 6
    154. Этюд в багровых тонах - Конан Дойль / Страна багровых туч - Стругацкие - 6
    155. Зеленая миля - Стивен Кинг - 6
    156. Молитва об Оуэне Мини - Джон Ирвинг - 6
    157. Идеальный муж - Оскар Уайльд - 6
    158. Жена путешественника во времени - Одри Ниффенеггер - 6
    159. Тень Гегемона - Орсон Скотт Кард - 6
    160. Как путешествовать с лососем - Умберто Эко - 6
    161. Король былого и грядущего - Теренс Уайт - 6
    162. Не прощаюсь - Борис Акунин - 6
    163. Тишина - Питер Хег - 6
    164. Чайка - Антон Чехов - 6
    165. Лучшее средство от северного ветра - Даниэль Глаттауэр - 6
    166. Мир реки - Филип Фармер - 6
    167. Маленькие тролли и большое наводнение - Туве Янссон - 6
    168. Светопреставление - Александр Беляев - 5
    169. На иных ветрах - Урсула ле Гуин - 5
    170. Призрак Оперы - Гастон Леру - 5
    171. Не отпускай меня - Кадзуо Исигуро - 5
    172. На дороге / В дороге - Джек Керуак - 5
    173. Пышка - Ги де Мопассан - 5
    174. Правда о деле Гарри Квеберта - Жоэль Диккер - 5
    175. Домой возврата нет - Томас Вулф / Нет возврата - Зинаида Гиппиус - 5
    176. Палая листва - Габриэль Маркес - 5
    177. Призраки - Чак Паланик - 5
    178. На берегу - Иэн Макьюэн - 5
    179. Театральный роман - Михаил Булгаков - 5
    180. Девушка, которая застряла в паутине - Давид Лагеркранц - 5
    181. Дворянское гнездо - Иван Тургенев - 5
    182. Возвращение со звезд - Станислав Лем / Возвращение - Эрих Ремарк - 5
    183. Там, где в дымке холмы - Кадзуо Исигуро - 5
    184. Его прощальный поклон - Конан Дойль / Последний поклон Астафьев (добавлено) - 5
    185. Добро пожаловать в обезьянник - Курт Воннегут - 5
    186. Долгая прогулка - Стивен Кинг - 5
    187. Шутка - Милан Кундера - 5
    188. Мастер снов / Создатель кошмаров / Эринеры Гипноса - Алексей Пехов - 5
    189. Записки из Мертвого дома - Федор Достоевский - 5
    190. Пирушка с привидениями - Джером К Джером - 5
    191. Клуб самоубийц - Роберт Стивенсон - 5
    192. Кровь на снегу - Ю Несбе - 5
    193. Последнее письмо от твоего любимого - Джоджо Мойес - 5
    194. Буря - Уильям Шекспир - 4
    195. Похвала глупости - Эразм Роттердамский - 4
    196. Там, где кончается волшебство - Грэм Джойс - 4
    197. Ужин - Герман Кох - 4
    198. Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения - Фредерик Бакман - 4
    199. Совсем другое время - Евгений Водолазкин - 4
    200. Последний шанс - Лиана Мориарти - 4
    201. Звездный мальчик - Оскар Уайльд - 4
    202. Ветер и искры - Алексей Пехов - 4
    203. Война с саламандрами - Карел Чапек - 4
    204. Безумный день или женитьба Фигаро - Бомарше - 4
    205. Маскарад - Терри Пратчетт - 4
    206. Маска красной смерти - Эдгар По - 4
    207. Сказки барда Бидля - Джоан Роулинг - 4
    208. Мой мальчик - Ник Хорнби - 4
    209. Если наступит завтра - Сидни Шелдон - 4
    210. Снега Килиманджаро - Эрнест Хемингуэй - 4
    211. Дым - Иван Тургенев - 4
    212. Зима тревоги нашей - Джон Стейнбек - 4
    213. Шрам - Чайна Мьевиль / Дяченко / Человек со шрамом - Сомерсет Моэм - 4
    214. Низвержение в Мальстрем - Эдгар По - 4
    215. Ничто не вечно - Сидни Шелдон - 4
    216. Другие берега - Владимир Набоков - 4
    217. Скрюченный домишко - Агата Кристи - 4
    218. Дневник книготорговца - Шон Байтелл - 4
    219. Тысяча осеней Якоба де Зута - Дэвид Митчелл - 4
    220. Как бы волшебная сказка - Грэм Джойс - 4
    221. До свидания там, наверху - Пьер Леметр - 4
    222. Это только начало - Доктор Сьюз - 4
    223. Брисбен - Евгений Водолазкин - 4
    224. Игры демиургов - Петр Бормор - 3
    225. Дом на краю света - Майкл Каннингем - 3
    226. Магическая уборка - Мари Кондо - 3
    227. Беспокойство - Стругацкие - 3
    228. Настанет день - Деннис Ликхэйн - 3
    229. Дым и зеркала - Нил Гейман - 3
    230. Уроки дыхания - Энн Тайлер - 3
    231. Счастливого Рождества - Дафна дю Морье - 3
    232. Гарри Поттер и тайная комната - Джоан Роулинг - 3
    233. Ничего или все - Юрий Поройков - 3
    234. Обманщик - Фредерик Форсайт / Лжец - Стивен Фрай - 3
    235. Голод - Кнут Гамсун / Голодная смерть - Клиффорд Саймак - 3
    236. P.S. Я люблю тебя - Сесилия Ахерн - 3
    237. Краденое солнце - Корней Чуковский - 3
    238. Дай вам Бог здоровья, мистер Розуотер - Курт Воннегут - 3
    239. Основание и Империя - Айзек Азимов - 3
    240. Сто лет тому вперед - Кир Булычев - 3
    241. Левиафан - Борис Акунин - 3
    242. Воздушный замок - Диана Джонс - 3
    243. Зулейха открывает глаза - Гузель Яхина - 3
    244. Янки из Коннектикута при дворе короля Артура - Марк Твен - 3
    245. Волшебник Земноморья - Урсула ле Гуин - 3
    246. Господин Альфонс - Александр Дюма - 3
    247. Коварство и любовь - Фридрих Шиллер - 3
    248. Расследование - Станислав Лем - 3
    249. Прощай детка, прощай - Деннис Лихэйн - 3
    250. Шагреневая кожа - Оноре де Бальзак - 3
    251. Про падение пропадом - Дмитрий Бакин - 3
    252. Опрокинутый горизонт - Марк Леви - 3
    253. Паутина Шарлотты - Элвин Уайт - 3
    254. Стоик - Теодор Драйзер - 3
    255. Рождество Эркюля Пуаро - Агата Кристи - 2
    256. Детектив - Артур Хейли - 2
    257. Владения Хаоса - Роджер Желязны - 2
    258. Ночь нежна - Фрэнсис Фицджеральд - 2
    259. Двадцать лет под кроватью - Виктор Драгунский (Денискины рассказы) - 2
    260. Шум и ярость - Уильям Фолкнер - 2
    261. Ураган - Теодор Драйзер - 2
    262. Убийство Роджера Экройда - Агата Кристи - 2
    263. Облако в штанах - Владимир Маяковский - 2
    264. Обитатели холмов - Ричард Адамс - 2
    265. Что может быть проще времени? - Клиффорд Саймак - 2
    266. Ужас в музее - Говард Лавкрафт - 2
    267. Клуб Дюма, или Тень Ришелье - Артуро Перес-Реверте - 2
    268. Град обреченный - Стругацкие - 2
    269. Дары волхвов - О. Генри - 2
    270. Пение птиц / И пели птицы - Себастьян Фолкс - 2
    271. Человек потерявший лицо - Александр Беляев / Потерявший лицо - Джек Лондон - 2
    272. Два капитана - Вениамин Каверин - 2
    273. 20 лет спустя - Александр Дюма - 2
    274. Три дня - Бернхард Шлинк - 2
    275. Джонни-Мнемоник - Уильям Гибсон - 2
    276. Механизмы радости - Рэй Брэдбери - 2
    277. Исчезнувшая - Гилиан Флинн - 2
    278. Опять в путь - Дуглас Адамс - 2
    279. Орел в небе - Уилбур Смит - 2
    280. Ночной полет - Антуан де-Сент Экзюпери - 2
    281. Мухи - Жан-Поль Сартр - 2
    282. Возвращение домой - Розамунда Пилчер - 2
    283. Атлант расправил плечи - Айн Рэнд - 2
    284. Хроники заводной птицы - Харуки Мураками - 2
    285. Шелк - Алессандро Барикко - 2
    286. Дева в беде - Пэлам Вудхаус - 2
    287. Крик петуха - Владислав Крапивин - 2
    288. Дева в голубом - Трейси Шевалье - 2
    289. Мир Колеса - Роберт Джордан - 2
    290. Я ем тишину ложками - Майкл Финкель - 1
    291. Там, где заканчивается радуга - Сесилия Ахерн - 1
    292. Дом и остров - Евгений Водолазкин - 1
    293. Время жить и время умирать - Эрих Ремарк - 1
    294. Глотнуть воздуха - Джордж Оруэлл / Глоток воздуха - Урсула ле Гуин - 1
    295. Декоратор - Борис Акунин - 1
    296. Человек, который принял жену за шляпу - Оливер Сакс - 1
    297. Шаги по стеклу - Иэн Бэнкс - 1
    298. Сердца трех - Джек Лондон - 1
    299. Опочтарение / Держи марку - Терри Пратчетт - 1
    300. Физика невозможного - Митио Каку - 1
    301. Стена - Жан-Поль Сартр - 1
    302. Та сторона, где ветер - Владислав Крапивин - 1
    303. Тяжелые времена - Чарльз Диккенс - 1
    304. Нетерпение сердца - Стефан Цвейг - 1
    305. Черная книга - Орхан Памук - 1
    306. Мельницы богов - Сидни Шелдон - 1
    307. Руководство астронавта по жизни на Земле. Чему научили меня 4000 часов на орбите - Кристофер Хэдфилд - 1
    308. Vader's little princess - Jeffrey Brown - 1
    309. Письма Баламута - Клайв Льюис - 1
    310. Имею скафандр - готов путешествовать - Роберт Хайнлайн - 1
    311. Мир на Земле - Станислав Лем - 1
    312. Мы - живые - Айн Рэнд - 1
    313. Нищий, вор - Ирвин Шоу - 1
    314. Еще один великолепный МИФ - Роберт Асприн - 1
    315. Фантастика вторгается в детектив или последнее дело комиссара Дебрэ - Илья Варшавский - 1
    316. Ритм - Иван Бунин - 1
    317. Игроки - Николай Гоголь - 1
    318. Добро пожаловать в мир, малышка - Фэнни Флэгг - 1
    319. Добро пожаловать в рай - Бернард Вербер - 1
    320. Молчание - Сюсаку Эндо - 1
    321. Посторонний - Альбер Камю - 1
    322. Хрустальный шар - Станислав Лем - 1
    323. Говорящий сверток - Джеральд Даррелл - 1
    324. Человек-амфибия - Александр Беляев - 1
    325. Контакт - Карл Саган - 1
    326. Занимательное дождеведение - Синтия Барнетт - 1
    327. Горизонт - Патрик Мондиано - 1
    328. На последнем берегу - Урсула ле Гуин - 1
    329. Девушка и призрак - Софи Кинселла - 1
    330. Призрак - Ю Несбе - 1
    331. Каменный гость - Александр Пушкин / Севильский распутник или каменный гость - Тирсо де Молин / Дон Жуан - Байрон (добавлено) - 1
    332. Слепой убийца - Маргарет Этвуд - 1
    333. Там, где лес не растет - Мария Семенова - 0
    334. Вообрази себе картину - Джозеф Хеллер - 0
    335. На грани катастрофы - Артур Хейли - 0
    336. Боль - Евгений Гришковец - 0
    337. Прекрасные и обреченные - Фрэнсис Фицджеральд - 0
    338. Душечка - Антон Чехов - 0
    339. Невыносимая любовь - Иэн Макьюэн - 0
    340. Безутешные - Кадзуо Исигуро - 0
    341. Быть котом - Мэтт Хейг - 0
    342. Я - посланник - Маркус Зусак - 0
    343. Возраст зрелости - Жан-Поль Сартр - 0
    344. Нет такого места "далеко" - Ричард Бах - 0
    345. Goodnight Darth Vader - Jeffrey Brown - 0
    346. Муки и радости - Ирвинг Стоун - 0
    347. Искусство войны - Сунь Цзы - 0
    348. Свихнувшееся время - Филип К Дик - 0
    349. Желтый туман - Александр Волков - 0
    350. Уникальный экземпляр - Том Хэнкс - 0
    351. Всего один поцелуй - Елена Звездная - 0
    352. Встреча тиранов - Кир Булычев - 0
    353. Техану - Урсула ле Гуин - 0
    354. Беда - Гэри Шмидт - 0
    355. Налегке - Марк Твен / Путешествие налегке - Туве Янссон - 0
    356. Движущиеся картинки - Терри Пратчетт - 0
    357. Смерть - дело одинокое - Рэй Брэдбери - 0
    358. Единственная - Ричард Бах - 0
    359. Эмигранты - Алексей Толстой - 0
    360. Мизери - Стивен Кинг - 0
    361. Взгляд из темноты - Крис Картер - 0
    362. Долина ледяного ветра - Роберт Сальваторе - 0
    363. Фамильный узел - Доменико Старноне - 0
    364. Торговец кофе - Дэвид Лисс - 0
    365. Торговец зонтиками - Франсис Малька - 0



    Вычеркнутые книги при финальной обработке :-(
    1. Бесконечная земля - Терри Пратчетт и Стивен Бакстер
    2. Воскресение - Лев Толстой
    3. Звезды под дождем - Владислав Крапивин
    4. Космос - Карл Саган
    5. Крылья - Терри Пратчетт
    6. Лучше не бывает - Айрис Мердок
    7. Любовь хорошей женщины - Элис Манро
    8. Особый склад ума - Джон Катценбах
    9. Поводок - Франсуаза Саган
    10. Поддай пару - Терри Пратчетт
    11. Последний герой - Терри Пратчетт
    12. Поэт - Майкл Коннели
    13. Проклятье - Чак Паланик
    14. Расплата - Сергей Тармашев
    15. Чушь собачья - Евгений Лукин



    Внесено по итогам
    1. Война жуков и ящериц - Роберт Асприн / Жук в муравейнике - Стругацкие (Упустил эти книги)
    2. Дева в голубом - Трейси Шевалье (Было изначально, убирал вначале компота, но участники нашли)
    3. Жена путешественника во времени - Одри Ниффенеггер (Обалдел от красивой версии и увидел в компоте)
    4. Зубная фея - Грэм Джойс (по многочисленным просьбам дегустаторов, самая популярная не включенная в компот книга)
    5. Маленькая принцесса - Фрэнсис Бернетт (я загадал слишком сложно, решил, пусть и эта версия зачтется)
    6. Мастер и Маргарита - Михаил Булгаков (вообще не планировал и удивлялся откуда эта версия у дегустаторов, пока в одной из них не получил подробное описание. Фейспалм. Включил)
    7. Мухи - Жан-Поль Сартр (Убрал из списка в первый день компота, теперь вот возвращаю, от вас ничего не спрячешь)
    8. Посторонний - Альбер Камю (Добавлено благодаря одному занимательному факту, спасибо за него Ksan)
    9. Прощай детка, прощай - Деннис Лихэйн (Изначально не включал, подумал что совсем неизвестна книга, но раз уж нашли)
    10. Расследование - Станислав Лем (Решил поменьше Лема, чтобы не расстраиваться, когда не найдут, но заметили в компоте. Вот вам и расследование
    11. Сердца трех - Джек Лондон (Это была одна из книг моего личного топа "Ни за что не найдут, нафига я это придумал" еще до старта компота. И что вы думаете? Нашли!)
    12. Стража! Стража! - Терри Пратчетт (Я не хотел загадывать "Стража" Пехова, унаследованного от ЛК1, но про Пратчетта, признаюсь, не подумал. Грех было не воспользоваться вашей щедростью)
    13. Счастливого рождества - Дафна дю Морье (и прочие) (Я не вкладывал какого-то смысла в приветствие Билла, но увидев Дю Морье решил, что надо бы побольше женщин-писателей в компоте)
    14. Тень Гегемона - Орсон Скотт Кард (Я думал, что только Эндера пришлют. но раз уж из Санты решили сделать Боба, то почему нет. Гегемона я ввел просто для лишней зацепки на Вселенную Орсона Скотта Карда)
    15. Чайка - Антон Чехов (Я собственно ввел два вида чаек, но участники напомнили про Чехова. Мне понравилось)




    P.S. Если просуммировать значения, получится на 1 больше, чем суммарные результаты участников, но так и задумано ;-)

    Возврат к началу

    ответить
  • Участники - Победители!



    Я благодарен всем, кто не устрашился объема, нашел свободное время и присоединился вопреки личности повара. Я горжусь вами и ценю поддержку!

    Список по убыванию угаданных книг
    1. 6ipovnik - 174
    2. Lapy - 168
    3. Юльче - 154

    4. Mata Xari - 144
    5. Tatyana_Ma - 140
    6. Мистер К. L. - 135
    7. Farit - 134
    8. MariaShik - 122
    9. Polukrovka - 122
    10. Евгенечка - 106
    11. Bonama - 100
    12. thosik - 81
    13. Jina01 - 79
    14. Rubina - 75
    15. Стопченко - 72
    16. Ирина75 - 68
    17. Ksan - 55
    18. takdaleko - 47
    19. Сонми-451 - 46
    20. LittleUnicorn - 45
    21. olga_vvin - 42
    22. Polarstern - 41
    23. Corvus cornix - 20
    24. Lana Nekrasova - 18
    25. X_Tasha_X - 15
    26. Солнечная белка - 12

    Особая признательность:



    1. Открытие 300 книги - 6ipovnik (Мельницы богов - Сидни Шелдон)

    2. Открытие самого не поддающегося гуглу названия у Ильи Варшавского "Фантастика вторгается в детектив или последнее дело комиссара Дебрэ" - Lapy (открыто в последний момент)

    3. Снайпер игры - Стопченко (72.73%)

    4. Человек-пулемет - Мистер К. L. (490 версий)

    5. Приз поварских симпатий за аргументацию и за то, что нашла книгу Артуро Перес-Реверте "Клуб Дюма, или Тень Ришелье" по иллюстрации - Rubina

    6. Присоединившийся в самом конце участник, но умудрившийся открыть новые книги - Ksan

    7. Главные первооткрыватели, стартовавшие раньше всех - 1-й и 3-й - Tatyana_Ma и Farit (каждая нашла по 47 книг до того, как их попробовали другие дегустаторы)

    8. Молниеносная разгадка - в первый же день компота от участницы стартовавшей 2-й - Jina01 (Брисбен - Евгений Водолазкин)

    9. Впечатляющий старт (высокая точность и результаты) - MariaShik

    10. Ни одной ошибки в первой пачке версий - Mata Xari (10 книг)

    11. За богатое воображение, позволившее узнать в урагане картину Ван-Гога и выцепить книгу с соответствующей обложкой - thosik (Вальс деревьев и неба - Жан-Мишель Генассия)

    Я мог бы продолжать бесконечно...

    Интересные факты:


    1. Всего участники прислали 4582 версии, 2216 из которых оказались верными;
    2. В среднем можно посчитать что каждый участник прислал по 176 книг;
    3. Средняя точность всех участников 48%, что я считаю отличными показателями;
    4. Минимальное количество версий - 18;
    5. Максимальное количество версий - 490;
    6. Точность варьировалась от 23% до 72.73%;
    7. Все участники кроме трех открыли хотя бы одну книгу, не замеченную другими;
    8. Максимальное число первооткрытых книг - 47.


    Возврат к началу

    ответить
  • Рождественская история



    - Алло, это служба поддержки? (Такими словами начинается книга "Игры демиургов" Петр Бормор)
    - Эээ… да, - ответил Сергей, откладывая венчик. - Как я могу к вам обращаться?
    - Дирк. ("Детективное агентство Дирка Джентли" Дуглас Адамс)
    - Мистер Дирк, какие у вас проблемы? Что не работает?
    - Рождество.
    - Простите?
    - Понимаете, тут такое дело… Санта пропал.
    - То есть как пропал?
    - Хотел бы я знать! Ко мне приходил его заместитель и задавал вопросы, осматривался кругом, трогал вещи. Довольно милый господин, хотя, если честно, у меня от него мороз по коже. Ну и я набрался смелости направить его к вам. Видите ли, мое агентство закрывается до конца каникул, то есть Рождества ("Рождественские каникулы" - Сомерсет Моэм), а вы самый известный детектив (Так периодически называли Агаты Кристи "Рождество Эркюля Пуаро") в наших краях. Это ничего, что я побеспокоил вас в праздник?

    Возникла неловкая пауза, - как глумливая тишина (здесь хотел спрятать "Хазарский словарь", но решил не усложнять)перед подкрадывающейся бурей ("Буря" - Уильям Шекспир), - такой десерт не каждому придётся по вкусу (тишина, десерт, вкус - "Я ем тишину ложками" - Майкл Финкель). Сергей совершенно устал от приключений, а тут нешуточное дело, да ещё накануне праздника ("В канун Рождества" - Розамунда Пилчер или "Ночь перед Рождеством" - Николай Гоголь), сулило большие проблемы. Понимая, что будет сожалеть о своём решении, Сергей был не в силах отказать — врождённое благородство не могло оставить его равнодушным к горю угнетенных и нуждающихся (aka "Униженные и оскорбленые" - Федор Достоевский). Какие бы планы он ни строил, общество не простит ему отказ, слишком сильны предрассудки относительно некоторых профессий и связанного с ними ненормированного рабочего графика. Детектив ("Детекти" - Артур Хейли) есть детектив. И точка. Можете звать это профессиональной гордостью (предрассудки = предубеждение + гордость "Гордость и предубеждение" Джейн Остен) или превозношением глупости ("Похвала глупости" - Эразм Роттердамский). Оставляю это на ваше усмотрение.

    - Хорошо, я…
    - Счастливого рождества ("Счастливого рождества" - Дафна дю Морье и одноименные книги других авторов)!

    Гудки. Сергей вздохнул и повесил трубку.

    В его уединенном владении, милом уютном доме, царил настоящий хаос ("Владения Хаоса" - Роджер Желязны) и разгром. Очередное празднование дня рождения прошло не менее весело чем в прошлом году. Стоило ли уезжать на край света ("Дом на краю света" - Майкл Каннингем) за ласковыми южными ночами ("Ночь нежна" - Фрэнсис Скотт Фицджеральд), на остров ("Остров на краю света" - Джоанн Харрис), где нет колдовства ("Там, где кончается волшебство" - Грэм Джойс), дождей и радуг ("Там, где заканчивается радуга" - Сесилия Ахерн), диких лесов ("Там, где лес не растет" - Мария Семенова) и городской суеты, чтобы принимать многочисленных гостей? Не умеющий колдовать хозяин решил отложить уборку ("Магическая уборка" - Мари Кондо) на потом, в этом году его бездушные роботы умыли руки и отправились встречать Рождество в единственном на весь остров кафе-баре (это только первое вхождение "Дом на краю ночи" - Кэтрин Беннер), а с Сергеем остался только сонный Каренин.

    Кафе-бар - хорошо, особенно, в преддверии ночи, и, если бы не множество дел, Сергей предпочёл бы провести Рождество в этом месте. Да и хозяева — милые итальянцы — нравились Сергею, пусть и угощали противным кофейным напитком вместо настоящего кофе. Но где ещё можно так уютно провести время? Вот уже несколько поколений старое кафе «Хауз» передавалось по наследству, и хотя семья едва сводила концы с концами, но всё-таки не теряла надежды выплатить кредит банку. Именно по этой причине Сергей посещал скромное заведение, внося свою лепту в погашение долга. (Итальянцы, кафе с названием "Дом", по наследству, кофейный напиток, кредит - все это "Дом на краю ночи")

    Предыдущая ночь выдалась беспокойной ("Беспокойство" - Стругацкие), стояла не типичная для декабря погода. Снежная зима не успела начаться, а уже сменилась нежданными ливневыми дождями. Вот и теперь гроза ("Гроза" - Александр Островский) разыгралась не на шутку, и бедный Каренин перепугался до смерти и затрясся всем телом, от макушки до обрубка хвоста. Пёс спрятался под кровать, жалобно скулил, и, похоже, не собирался вылезать оттуда в ближайшие десятилетия ("Двадцать лет под кроватью" - Виктор Драгунский). Что ни говори, устроился он с комфортом, ведь в его убежище было тепло, сухо, да и мухи не кусали (угадайте кто так говорил в книге "Незнайка на луне" - Николая Носова / здесь же впервые упоминались "Мухи" - Жан-Поля Сартра). А беспокойно ворочающийся во сне хозяин даже не подозревал, какой рай обнаружился в непосредственной близости от него ("Рай где-то рядом" - Фэнни Флэгг), вернее под ним.

    За окном разыгралось целое светопреставление ("Светопреставление" - Александр Беляев). Грохот стоял такой будто кто-то намеревался долететь до Марса на взрывной тяге (именно так и летела "Аэлита" - Алексей Толстой). Под яростные звуки ("Шум и ярость" - Уильям Фолкнер) барабанящих капель иные ветра ("На иных ветрах" - Урсула ле Гуин) подхватывали ночные звёзды и кружили их в кронах редких деревьев. Ивы тряслись и раскачивались ("Ветер в ивах" - Кеннет Грэм), - нельзя было распознать этот загадочный танец, торжественный вальс или страстное танго. Небо кружилось с такой бешеной скоростью, что закрутило ночные огни в спирали (описывается картина Ван-Гога являющаяся обложкой к книге "Вальс деревьев и неба" - Жан-Мишель Генассия). Просто бери и рисуй )не знал, что и такое название книги есть) - так легко вообразить картину ("Вообрази себе картину" - Джозеф Хеллер) Ван Гога когда за окном ураган ("Ураган" - Теодор Драйзер).

    На время отложив мысли о звонке, Сергей вернулся к готовке. В этом деле ему не было равных. Настоящий профи. Точно выверенными движениями он разровнял верхний слой вишневого чизкейка. Новый рецепт обнаружился в конце милой ирландской книги (рецепт и правда есть "Чайная на Малберри-стрит" - Шэрон Оуэнс, первое вхождение). Придёт день ("Настанет день" - Деннис Лихэйн) и кулинарные таланты Сергея позволят ему открыть собственное заведение и навсегда оставить столь опасную и хлопотную службу. Хотя второе кафе на маленьком острове — это перебор. Да и как назвать его? «Isle-n-House» ("Дом и остров" - Евгений Водолазкин)?

    Сергей убрал торт в холодильник, чуть не придавив маленького человечка ("Гарантийные человечки" - Эдуард Успенский), вымыл руки и быстро сполоснул участвовавшую в готовке посуду.

    В дверь позвонили.

    - Иду, иду! - Сергей с разбегу налетел на кота и даже не извинился. Вы не думайте, он не котофоб, просто такая вот нелёгкая жизнь у подобранного на улице питомца (Я знаю, что у многих книг такой сюжет, но дальше будет дано имя кота, а я просто рекламирую "Дни Савелия" - Григорий Служитель). Но об этом я расскажу как-нибудь в другой раз.

    - СЧАСТЛИВОГО РОЖДЕСТВА (опять Дю Морье, но Caps Lock как бы намекает, что гость не простой)! - прогремело с порога. В узкий проём протиснулся высокий худой господин в коричневой тройке ("Человек в коричневом костюме" - Агата Кристи) и вручил завернутый в бумагу сверток. - Замечательный день, да?
    - Ещё какой, - не растерялся Сергей. - Особенно в Австралии для вольных кенгуру ("Хороший день для кенгуру" - Харуки Мураками) и беспечных вомбатов. Проходите, не стесняйтесь. Ужин ("Ужин" - Герман Кох) почти готов.

    Сергей ощупал полученный предмет, потряс им над ухом и услышал легкое шуршание.

    - Что это?
    - Подарок от друга. Велел извиниться за него, и передать, что не сможет составить вам компанию ("Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения" - Фредрик Бакман).
    - На него похоже, совершенно необязательный тип (бе-бе-бе), - махнул рукой Сергей.

    Гость потоптался в прихожей, стряхивая остатки снега, затем прошел за Сергеем в гостиную и довольно-таки бестактно положил костлявую руку на плечо детектива.
    - Вы под арестом! (аллюзия на начало книги "Процесс" Франца Кафки)
    - Что? - удивился Сергей. - Святая овца ("Рождество Овцы" - Харуки Мураками), почему?
    - За похищение Санты и попытку испортить Рождество.
    - Извольте, а доказательства, улики, мотивы?
    - Будут, - мрачно улыбнулся гость.
    - Позвольте спросить, откуда? Где ваши свидетели? Что-то я не слышу их голосов ("Немой свидетель" / "Безмолвный свидетель" - Агата Кристи)! - Сергей начал выходить из себя. - Или они язык проглотили?
    - Не торопите событий, вы были избраны.
    - The best! - это была последняя Капля (стеб на популярное произведение местного авторитета "Избранное" А. Капля) в чашу терпения. - Кем и для чего?
    - Аудиторами. Они связывают похищение Санты с вашим домом. Так кого же арестовывать как ни вас, владельца? Хотя вы можете стоять на своём и все отрицать.
    - Но я правда ничего не знаю о похищении! - запротестовал Сергей. - И что теперь?
    - Вы под арестом, за вами придут в другое время ("Совсем другое время" - Евгений Водолазкин).
    - А сейчас?
    - А сейчас мы даём вам последний шанс ("Последний шанс" - Лиана Мориарти) всё исправить. Для этого вы и привлечены к расследованию ("Расследование" - Станислав Лем, первое вхождение).
    - Чего же вы от меня ждёте?
    - Поскольку вы утверждаете, что похищенный не спрятан в вашем доме, мы отправимся в небольшое путешествие, считайте его официальным следствием. Ваша задача найти и вернуть Санту. Если справитесь, я покину вашу жизнь до поры до времени. В противном случае, мы встретимся раньше, чем вам хотелось бы. Намного раньше (когда вы поймете, что незнакомец = Смерть, то эти слова прозвучат зловеще "Время жить и время умирать" - Эрих Мария Ремарк)!

    Что-то в этом госте не давало покоя, какая-то неправильность или дефект. Сергей инстинктивно испытывал неприязнь и страх. От незнакомца веяло могильным холодом и странным запахом. Коричневая одежда была покрыта слоем тончайшего песка, такой используют в декоративных вазах и часах. Но самое главное, Сергею никак не удавалось разглядеть лицо безымянного гостя ("Человек без лица" / "Человек разрушенный" - Альфред Бестер). Смазанные черты напоминали потёкшие картины, извлечённые в войну из Дрезденской галереи после бомбардировки города союзниками ("Бойня № 5, или Крестовый поход детей" - Курт Воннегут. Единственная отчётливо различимая деталь — пронзительные синие глаза. Их испытующий взгляд проникал в самую душу, вызывая мурашки на теле, но в то же время этот взгляд завораживал, пусть и заставлял чувствовать себя кроликом рядом с голодным питоном ("Кролики и удавы" - Фазиль Искандер + "Маугли" / "Книга джунглей" - Редьярд Киплинг).

    Невозможно было понять, о чём думал безымянный гость. Хотя уста его оставались сомкнуты, Сергей готов был поклясться, что этот человек мурлыкает весьма прилипчивый мотив, мешающий другим сосредоточиться и проникнуть в голову чужака. Сергей не отличался телепатическими способностями, хотя всегда славился наблюдательностью и немного разбирался в физиогномистике, но тут он был вынужден признать своё поражение. Даже у великих сыщиков случаются неудачи (до этого шли отсылке к Бестеру, а теперь отсылка к экранизации романа Агаты Кристи "Неудача Пуаро", в оригинале "Убийство Роджера Экройда). Такова правда, которой алкают и меняют до неузнаваемости журналисты ("Правда" - Терри Пратчетт).

    - Что ж, - Сергей поёжился под пристальным взглядом гостя и призвал всё свое мужество, чтобы не показать, насколько ему неуютно от такого соседства. - Раз есть преступление, должен быть и мотив. Найдем мотив, вычислим тех, кому выгодно это похищение, и раскроем дело.
    - Да вы оптимист!
    - Не без того. Так какие у нас вводные?
    - Я узнал о преступлении от Зубной феи (по просьбам трудящихся "Зубная фея" - Грэм Джойс). Она была в панике из-за того, что к ней проникли взломщики (думаю уже можно сказать, что загадан "Санта-Хрякус" Терри Пратчетта, дальше про перерождение - то же он). Хотя ей удалось сбежать, но Санта гостивший в её замке оказался менее расторопен. Он попался, - мужчина пожал плечами и продолжил речь. - Как вы знаете, каждый год Санта должен перерождаться в тотемное существо, а если ему помешать, то случится катастрофа. И до неё осталось совсем немного времени ("На грани катастрофы" - Артур Хейли).
    - То есть, он не успел превратиться в кабана? - уточнил Сергей.
    - Верно. Его опутали и увели на поводке, как собаку.
    - Фея видела похитителей?
    - И да, и нет. Похоже их было несколько, но в одном из них она опознала детектива из вашего агентства. Ха!
    - Вот это поворот! - Сергей нахмурился. - То есть, я — главный подозреваемый. Но зачем тогда помогать мне? Играть в расследование (опять) и прочий бред?
    - Как бы странно это ни звучало при моей профессии, но я такой же оптимист как и вы (куда уж оптимистичнее "Клуб неисправимых оптимистов" - Жан-Мишель Генассия. В главе 6 действие происходит в мире основанном на этой книге). - ответил гость с улыбкой от которой у Сергея похолодело в груди. - К тому же наслышан о ваших подвигах. Поэтому верю, что до конца сочельника загадка разрешится и всё пойдёт своим чередом. Возможно, вы и невиновны, но нам следует соблюдать протокол. В первую очередь нужно опросить свидетелей. Вот я и отведу вас к ним.

    Странный гость откуда-то достал мешок, хотя Сергей был уверен, что незнакомец принес с собой только обернутый в зеленую бумагу подарок и ничего больше. Пока незнакомец шумно копался в бездонной суме, Сергей принялся срывать упаковку. Под тремя слоями бумаги оказалась шкатулка или ларец, выполненная из орехового дерева, с гладкой как у металла поверхностью (описание из "Рождественская шкатулка" - Ричард Эванс). И ни малейшего намека на замок, хотя сей изысканный предмет никак не реагировал на попытки Сергея откинуть крышку.

    - Что же это такое? - вслух спросил себя самый-самый детектив. - Друг… эээ, коллега, а не скажете как вас звать-величать?

    Мужчина закончил прилаживать к стене большой плоский предмет и обернулся. В его устах играла хитрая улыбка, но взгляд синих глаз оставался холодным и безучастным.

    - Зовите меня Билл. Да, Билл Дор (Я читал в переводе Билл Двер, без мягкого знака, в оригинале Bill Door из "Мрачный жнец" - Терри Пратчетт, вот вам и еще подсказка про сущность гостя), - тягуче произнёс мистер Дор, будто пробуя звучание только что выдуманного имени. - У меня всё готово. Подойдите.

    Сергей осторожно приблизился к экстравагантному гостю. А тот схватился за узорчатое полотно ("Узорный покров" - Сомерсет Моэм / "Узорчатая парча" - Миямото Тэру) и, выждав драматичную паузу, театральным жестом сорвал ткань (пусть будет "Театр" - Сомерсет Моэм). Пыльное облако высвободилось из места заточения и окутало комнату. Когда дым рассосался Сергей увидел старое зеркало ("Дым и зеркала" - Нил Гейман, а кто-то увидел зеркало из "Гарри Поттер и философский камень" - что ж, книга эта все равно есть в компоте), всё в черно-золотых пятнах и ржавчине. По его поверхности проходила легкая рябь, похожая на круги на воде.

    Жестом заправского актера Билл пригласил Сергея… подойти? Дотронуться? Какая разница, думал Сергей, начиная сомневаться в своём умственном здравии. Он сделал ещё несколько шагов и легонько прикоснулся к тому, что принимал за стекло. Но пальцы не ощутили привычную прохладу твердой поверхности. Не было и ощущения чего-то влажного или липкого. Просто легкое сопротивление воздуха и ничего больше.

    Деликатный тычок в спину напомнил Сергею о деле. Пришлось пошевеливаться. Вызвав в памяти уроки плавания, детектив сделал несколько глубоких вдохов, задержал дыхание (финт ушами, на плавании сначала учат дыханию "Уроки дыхания" - Энн Тайлер), зажмурился, и ринулся в проход сломя голову (прямо "Алиса в Зазеркалье" - Льюис Кэрролл / "Королевство кривых зеркал" Губарев).

    Возврат к началу

    ответить
  • ***1***



    Бомц. Боль ("Боль" - Евгений Гришковец) яростно впилась в голову своими острыми и хищными когтями. Сергей с трудом устоял на ногах и сделал два неверных шага в сторону. Пульсирующая боль постепенно затихла, оставив за собой глухой отголосок во лбу, где уже наливалась новорожденная шишка.

    - Ой, - выдохнул Сергей и открыл глаза (я убирал эту книгу, но она вернулась, встречайте "Зулейха открывает глаза" - Гузель Яхина).

    Глотнув сухого застоявшегося воздуха ("Глотнуть воздуха" - Джордж Оруэлл / "Глоток воздуха" - Урсула ле Гуин), детектив поперхнулся. И пока он справлялся с кашлем, зажёгся свет, заигравший бликами и солнечными зайчиками на поверхностях сотен зеркал. Сергей изумленно уставился на многочисленные отражения собственной, не лишённой приятной наружности, персоны. Сотни Сергеев находились в… Кстати, где? Джунглях? Лесу? Лабиринте ("Лабиринт отражений" - Сергей Лукьяненко / "Фальшивые зеркала" - Сергей Лукьяненко)? Окружающее пространство выглядело нереальным. Наверняка, это были декорации. Чуть в стороне даже виднелся довольно неплохой рисунок, выполненный на одном из зеркал. Именно он и множился во всех прочих зеркалах, создавая иллюзию безграничного пространства. Кто же тот художник-оформитель ("Декоратор" - Борис Акунин), сотворивший эти зыбкие картины ("Художник зыбкого мира" - Кадзуо Исигуро)?

    В то же время лампы нещадно припекали, а температура ощутимо поднялась. Покрывшийся испариной Сергей принялся методично ощупывать зеркала в поисках секретного рычага или кнопки (ловушка из "Призрака Оперы" - Гастона Леру). Вскоре рядом с ним возник Билл, не предпринимавший, впрочем, никаких действий. А вслед за этим заиграла музыка и пространство наполнилось чудесным высоким голосом (Эрик так и пел).

    It’s a beautiful day
    Sky falls, you feel like
    It’s a beautiful day
    Don’t let it get away (не отпускай его и "Не отпускай меня" - Каздуо Исигуро, книга встречается дофига где, здесь только первое упоминание)

    You’re on the road ("В дороге" / "На дороге" - Джек Керуак)
    But you’ve got no destination
    You’re in the mud
    In the maze of her imagination


    Сергей не мог точно определить источник музыки, казалось, что она льется отовсюду сразу, а может быть звучит только в его голове, как отголосок воспоминаний об ирландском детстве (описывается один из курьезных случаев из практики Оливера Сакса, описанный в "Человек, который принял жену за шляпу, и другие истории из врачебной практики". Старушке приснился сон и она в нем слышала музыку, а снилось ей детство в Ирландии, но когда она проснулась, музыка не пропала и несколько дней это изрядно мешало ей жить. Мозг - таинственный орган). Но внутренний голос, всегда рациональный и непоколебимый, побудил Сергея обратить внимание на шкатулку. Она открылась при первом же нажатии на крышку. Внутри обнаружились ссохшиеся пожелтевшие листки бумаги. Пустые. Едва шкатулка открылась - музыка оборвалась (снова рождественская шкатулка).

    - ОТВЕРНИСЬ, - приказал спутник Сергея таким голосом, что подающий надежды детектив не посмел ослушаться.

    Раздался грохот и звон разбитого стекла, всё вокруг усыпали осколки, а мельчайшая стеклянная пыльца ("Пыльца" - Джефф Нун / "Стеклянная пыль" - Олег Никитин) взметнулась вверх блестящим облаком. Прекрасное и слепящее зрелище. Облако накрыло Сергея и пыль облепила его волосы и одежду, пробралась даже под рубашку и брюки ("Облако в штанах" - Владимир Маяковский).

    - А вот теперь пойдем. - ухмыльнулся Билл. - Только глаза прикрой, а то пыльца повредит сетчатку.

    Сергей и его спутник двинулись навстречу новому миру (все правильно поняли "О дивный новый мир" - Олдос Хаксли) сквозь блеск осколков и под аккомпанемент стекольного хруста из-под ботинок ("Шаги по стеклу" - Иэн Бэнкс).

    Крошечная ветхая хижина утопала в ароматах приправ и свежеиспеченного хлеба. Скудное освещение не могло изгнать теней из углов комнат. Несмотря на пылающий камин сквозняки вольготно себя чувствовали в этом доме и шныряли тут и там, скрепя половицами, дергая за концы гардины и проворно отыскивая участки тела, не столь плотно прикрытые одеждой, чтобы жадно впиться в кожу и мышцы, стремясь добраться до костей и проморозить самое нутро. (здесь и далее творческое переложение хижины из книги "Хижина дяди Тома" - Гарриет Бичер-Стоу)

    Полненькая темнокожая женщина кашеварила у плиты, а маленькие детишки, малыши и малышки ("Приключения Незнайки и его друзей" - Николай Носов, да теперь другая книга), похожие друг на друга как капли воды, с громким смехом носились вокруг стола и скамеек, увлекшись своей незатейливой игрой. Они то и дело падали и незлобиво дрались, а затем снова вскакивали и продолжали беготню. Крепкий старый негр (у меня Том жив и здоров) мирно спал в своем плетеном кресле, величественный и безмятежный как дитя, он глубоко погрузился в царство снов, и ему не мешали ни визги ребятни, ни аппетитный сдобный аромат готовящейся снеди.

    Наконец ребятишки увидели пришельцев и притихли. Удивлённая тишиной женщина обернулась и вперила настороженный взгляд в Сергея. Прошло не больше минуты, женщина всплеснула руками, неуклюже поклонилась и стала спешно стряхивать остатки муки, хлебные крошки и обветрившуюся зелень с ближайшей скамьи. Затем она усадила всех за стол.

    - Вечер добрый, господин. Не ждали мы никого нонче, вот уж кто бы мог подумать, что в рождественскую ночь не всем сидится у родного очага. `звиняйте за беспорядок. Не привыкли мы к приемам да встречам. Уж очень уединенно живём. Отведайте пирога. Не бог весть что, но и мы не богатеи, — бедняки ("Богач, бедняк" - Ирвин Шоу), - готовим из того, что Он пошлёт. Коль есть морковка и капуста — положим её, а наградит Господь луком и мясом, знать, будут вам булочки. А ничего нет, так мы из огрызков яблок да овощных очистков сделаем начинку ("Клуб любителей книг и пирогов из картофельных очистков" - Мэри Шеффер). Наши соседи люди замечательные и скромные, обреченные ("Прекрасные и обреченные" - Фрэнсис Скотт Фицджеральд) на трудную, но честную жизнь. Никакой едой не брезгуют. Приходят оны в день Христа, то есть после воскресной мессы и остаток вечера (первая неудачная попытка вплести "Остаток дня" - Кадзуо Исигуро, но в главе 5 мне это удалось лучше) проводят с нами, обедают и читают любимые места из Библии. Да. Мы не то, что эти Смитсоновские - нас грамоте обучали. Да, сэр.

    Было ясно, что толстушка-помпушка ("Пышка" - Ги де Мопассан) могла говорить бесконечно, нисколько не стесняясь чужого красноречивого молчания. Казалось, она с лёгкостью найдёт общий язык с кем угодно. Но её птичий щебет был наполнен таким теплом и участием, что хозяйка сразу располагала окружающих к себе. Такой ласковой и душевной ("Душечка" - Антон Чехов) представлялась она гостям, эта заботливая, хорошая и полная любви женщина.

    - Простите, миссис?
    - Да, какая я вам миссис! Меня кличут Мами, потому что я тут для всех вроде как мама.
    - Ммм… Мами, скажите, вы что-нибудь знаете о Санте?
    - Санте?
    - Да, Санта-Клаусе, дедушке Морозе, Святом Николае… - начал перечислять Сергей, загибая пальцы.
    - Вы имеете в виду малыша ("Малыш" - Стругацкие / "Малыш и Карлсон" - Астрид Линдгрен, Карлсон еще дальше есть как летающий человечек, но решил объединить со Стругацкими по названию)? Ники? - восторженно уточнила Мами. - Мальчик мой, дитя Рождества ("Мальчик по имени Рождество" - Мэтт Хейг), нареченный. Какой он был хороший и основательный, хоть и тот еще сорванец, проказничал почище этих бесенят. А уж какой умелец, за что ни возьмётся, так сплошь чудеса и дело спорится. И друзей себе придумывал: и зверей говорящих ("Обитатели Холмов" - Ричард Адамс + будем "Винни Пух, и все-все-все" - Алан Милн), и коротышек летающих. Чудной был, но добрый.
    - Да-да. Именно его мы и ищем, но не знаем с чего начать, куда податься. - перебил хозяйку Сергей. - Так вы о нём заботились?
    - Конечно, он вырос здесь, в этом самом доме. - важно закивала головой Мами.
    - То есть он приходится вам сыном? - удивился Сергей.
    - Он был нам как родной. До сих пор вспоминаю, как однажды Том пошёл на кукурузное поле в ненастную ночь и нашёл там младенца ("Дети кукурузы" - Стивен Кинг). Верно, надо благодарить звёзды за такой подарок ("Звездный мальчик" - Оскар Уайльд). Милый мой мальчик. Как мы по нему скучаем. - Мами прослезилась и стала вытирать глаза грязным фартуком.
    - Просто поразительно! - восхитился Сергей. - А где он теперь?
    - Ох, кто бы знал! Горе нам любящим. Невыносимо (эх так и не нашли книгу "Невыносимая любовь" - Иэн Макьюэн, Кундера сбил вас с толку, хотя его здесь не было) жить во тьме и не ведать, что с ним. И нет нам утешения ("Безутешные" - Кадзуо Исигуро, тоже упустили), кроме как в его письмах. Только мальчик ведь такой занятой, работящий, и времени-то у него нет, хотя чего уж проще ("Что может быть проще времени?" - Клиффорд Саймак), я вас спрашиваю? Напиши письмо, штампик поставь, и отправь его в добрый путь. Благо почта теперь сыщется и в самой захудалой деревне ("Опочтарение", так же известно как "Держи марку" - Терри Пратчетт, книга про новую жизнь почты в Анк-Морпорке).
    - И что же совсем нет писем?
    - Да почему же, одно вот пришло совсем недавно, только куды ж я его задевала, калоша старая. Не припомню. А может… Неужто забрал!
    - Кто забрал?
    - Да не слушайте меня старую, ум за разум зашел. `Звиняйте, что не могу помочь, память уже не та. Не видели мы его уже много лет. Так вот я и сказала.
    - Сказали? Кому?

    Но Мами не ответила и лишь подкладывала еду в тарелки, разоряясь о всякой безобидной чепухе. Сергей безуспешно отказывался от блюд, но сдавшись, пробовал, а затем откладывал кушанья, а вот Билл с завидным аппетитом уплёл все угощения, но хозяйка лишь вздыхала, что в кои-то веки им нанесли визит, да и то нечем удовлетворить взыскательный вкус, сколько еды осталось нетронутой. Вечер мог затянуться. Поэтому, как только долг вежливости был выполнен, Сергей улучшил минутку и поспешил откланяться, пока дело не дошло до тошноты (первое упоминание "Тошнота" - Жан-Поль Сартр, если позволите, я не буду во всех упоминаниях отмечать, где вспомню, там вспомню) и изжоги.

    ***

    Вернувшись в свою одинокую обитель ("Обитель" - Захар Прилепин / "Пармская обитель" - Стендаль), Сергей обнаружил, что шкатулка легко открывается, и самый верхний лист уже не кажется таким чистым. На его шершавой и мятой поверхности стали проступать фиолетовые чернила, будто кто-то старательно выводил их отточенным пером (к сожалению немногие узнали сцену из книги "Гарри Поттер и Тайная комната" - Джоанн Роулинг, а ведь Том Реддл заманивал в свои сети новую жертву!).

    «Здравствуй дорогая, Мами!
    У меня всё хорошо. Пишу тебе из солнечного городишки ("Незнайка в солнечном городе" - Николай Носов), что расположился у живописного озера во многих милях от нашей хижины. Погода стоит по-весеннему теплая, в небе парят чайки и показывают летные фигуры ("Чайка Джонатан Ливингстон" - Ричард Бах, по книге она сначала выделывала летные фигуры, а что из этого вышло, читайте сами;-)). День и ночь слышны их жизнерадостные крики. Некоторые охотятся на рыбешек, другие же летают так высоко, что превращаются в едва заметные белые точки.
    Я прихожу кормить их вместе с моей подругой (первый звоночек для "Правда о деле Гарри Квеберта" - Жоэль Диккер, старый писатель ходил с юной девушкой кормить чаек, у них была коробочка и все такое) Сюзон. Мы частенько откладываем хлебные корочки в жестяную коробочку и отправляемся на вечерний променад, кормить птиц и наблюдать закат. Иногда мы ходим в музей смотреть на всякие диковинки.
    И не далее как позавчера Сюзон довели до ужаса (знаю, что далеко, но это "Ужас в музее" - Говард Лавкрафт) увеличенные репродукции из одной старой книги, уж не знаю, что её больше напугало — подвешенный за ногу бедняк или пламенный меч в руке персонажа, оставшегося за кадром (загадана картинка из книги "Клуб Дюма или Тень Ришелье" - Артуро Перес-Реверте, по плану хотел еще подсказки дать, но как-то забылось и случая не предоставилось, но ведь нашли!). Мне пришлось увести её на кинохронику в ближайший кинотеатр, там она чуть успокоилась и даже уснула.
    Скоро мы уедем.
    Как вы поживаете? Работает ли папенька? Как мои братья и сестрички? Учатся грамоте?
    Боюсь, я не скоро смогу приехать в гости, но обязательно дам знать, когда обоснуюсь где-нибудь всерьез.
    Целую, Ник»

    Сергей дочитал письмо и посмотрел на Билла, подглядывающего через плечо.

    - Похоже это то самое, потерянное. Нам следовало бы вернуть его.

    Билл Дор покачал головой.

    - Но почему?
    - Одно окно — один проход. В тот дом возврата нет ("Домой возврата нет" - Томас Вулф / "Нет возврата" - Зинаида Гиппиус).
    - И что теперь? - спросил Сергей, убирая бумагу обратно в шкатулку.

    Вместо ответа Билл вынул из ножен короткий ножик, лезвие которого состояло из множества тусклых обломков, кое-как сплавленных вместе (и сломали и починили в книге "Чудесный нож" - Филипа Пулмана, умение разрезать пространство и декорации для следующей главы позаимствованы из этой книги). Дор замер на несколько мгновений, будто примериваясь, после чего медленно выставил руку вперед и пропорол пространство. Надрез получился идеально ровным, почти с человеческий рост. Сергей разглядывал проход с разных сторон и качал головой. Вот так и театр одного актера.

    - Физически невозможно ("Физика невозможного" - Митио Каку, кажется еще где-то я подобный оборот вставил).
    - И тебя удивляет только это? - ухмыльнулся Билл Дор.

    Всё-таки он неприятный тип, подумал Сергей, делая шаг навстречу освежающему ветру и искрящимся ("Ветер и искры" - Алексей Пехов) теплотой солнечным лучам.

    Возврат к началу

    ответить
  • ***2***



    I get “bye-bye baby-baby bye baby-baby bye-bye” ("Прощай, детка, прощай" - Деннис Лихэйн, спасибо что нашли, а то я для это песни придумать не мог)
    Real sugar, I don’t want to climb the walls (первое упоминание "Стена" - Жан-Поль Сартр)
    Real sugar, that’s what I want or none at all ("Ничего или все" - Юрий Поройков)
    Real sugar, sweet as a sweet can be
    Real sugar, that’s what I want and what I need
    That’s what I need


    Сергей раскрыл шкатулку и музыка сменилась той симфонией звуков, что характерны только для теплого времени года: стрекотание кузнечиков и цикад, птичий клекот и шуршание не опавшей листвы ("Палая листва" - Габриэль Гарсия Маркес). Солнце приятно слепило и грело. Должно быть, те самые чайки (чайки-чайки. Кстати, участники сами предложили произведение "Чайка" - Антон Чехов. Ну я и согласился), из письма, закладывали невозможные виражи и кружили над причалом. Было пустынно и покойно.

    - Что это ещё за бабай бэби? - раздался тоненький голосок сзади.

    Сергей обернулся и увидел девочку-подростка, лет двенадцати-тринадцати, золотоволосую и одетую по мальчишечьи. На плече у неё сидела крохотная белая мышь (и ничего не Элджернон, просто её деймон), а за спиной виднелся маленький рюкзачок. Настороженные глазки впились недоверчивым взглядом в невесть откуда появившегося пришельца ("Пришельцы" - Клиффорд Саймак / "Инопланетяне" - Кир Булычев).

    - Ну? - девочка насупилась и поджала губки.
    - З-здравствуй, - от волнения Сергей начал заикаться. - Ты, должно быть, Сюзон?

    Девочка отшатнулась как от удара и, будь она кошкой (я имел в виду "Быть котом" - Мэтт Хейг), выгнула бы спину дугой и показала когти.

    - Откуда ты меня знаешь? Ты кто? - Сюзон начала медленно отступать.
    - Не бойся, я не причиню тебя вреда! Я здесь по делу, - попытался успокоить её Сергей. - Меня послали к тебе (прием с ЛК2, "Я - посланник" - Маркус Зусак), чтобы просто поговорить. Я ищу… хочу увидеться с Николасом. Он ведь твой друг, да?

    Было не похоже, чтобы Сюзон прониклась к нему доверием. Впрочем, чего-чего, а уж страха перед пришельцами (ох, уж эти пришельцы) девочка не испытывала. Но было видно, что настороженность в её глазах постепенно сменяется любопытством.

    - Как странно. - сказала она.
    - Что? - удивился Сергей
    - Ты совсем не похож на здешнего. Да и призраки ("Призраки" - Чак Паланик") тебя сторонятся. А ведь их никак не проведёшь, и они тоже никогда не обманывают ("Призраки не лгут" - Михаил Веллерс / Ларс Кеплер).
    - Призраки?

    Сергей тревожно огляделся и только теперь заметил, что на расстоянии нескольких метров вокруг них сгрудились едва заметные белые фигуры, словно тени-наоборот. Билл с интересом разглядывал одну из них и вытянул вперед тощую руку. Бледный силуэт тут же отпрянул и больше не приближался (бойтесь смертушки).

    - Да, теперь вижу. Ты права, Сюзон, мы пришли не отсюда, а из очень далекого места.

    Девочка нахмурилась и бросила быстрый взгляд по сторонам, затем махнула рукой и засеменила к пирсу. Там она уселась на скрипучий деревянный настил и свесила ножки в воду. Мышка юркнула вниз и обернулась сияющей рыбкой, весёлой и стремительной — так она потешно резвилась и кружилась в воде, что могла бы вызвать настоящий водоворот.

    Сергей присел рядом, с той же стороны, с подветренной ("Та сторона, где ветер" - Владислав Крапивин). Он не спешил начать разговор. На берегу ("На берегу" - Иэн Макьюэн) было хорошо и уютно, призраки не осмелились преследовать людей. Откуда-то издали донёсся детский смех, но тут же затих, будто его и не было.

    - Расскажешь о нём?
    - Что тут говорить? Лгун и мошенник ("Обманщик" - Фредерик Форсайт / "Лжец" - Стивен Фрай), как и все мальчишки. Обещал отвезти на юг, посмотреть корриду, ночи напролёт ходить по знойному городу ("Фиеста" - Эрнест Хемингуэй) и танцевать вальс под открытым небом подготавливаю к Кундере. А вместо этого решил изменить течение, чтобы спасти пляж (уже было - "Остров на краю света" - Джоанн Харрис). Носился со своими проектами, всё внимание уделял им, верил в свою химеру (не вкладывал смысла), как будто в его силах было построить идеальный город и идеальный остров (я имел ввиду книгу "Утопия" - Томаса Мора, но "Плавучий остров" / "Идеальный город" - Жюля Верна тоже подойдут). Только он не подумал, что сначала нужно поменять течение мыслей в головах людей. Наступил день (наступил-таки), когда он добился своего, только никто на берегу не встречал его громом и овациями. Всё закончилось как в дешевой пьесе: люди уехали, и мы остались ни с чем.
    - А куда все делись? - спросил Сергей.
    - Сбежали от призраков. Остались только беспризорники. Мародерствуют понемногу, карманники малолетние, а верховодит ими старый пень ("Приключения Оливера Твиста" - Чарльз Диккенс), укрывшийся вон на той обгоревшей башне (думаю, она потемнела. "Темная башня" - Стивен Кинг). Теперь трудное время ("Тяжелые времена" - Чарльз Диккенс). Еда скоро закончится ("Голод" - Кнут Гамсун / "Голодная смерть" - Клиффорд Саймак), а новой не будет, так что мы обречены на голодную смерть. Этому городу конец ("Град обреченный" - Стругацкие), и нам тоже.
    - Он тебя покинул?
    - Да, когда понял, что все уехали, ему стало невыносимо здесь. Он то и дело пропадал на день-два, иногда на неделю, а потом привозил новых людей. Ник так жаждал вдохнуть жизнь ("Жажда жизни" - Ирвинг Стоун) в этот городок, но никто не задерживался надолго. А потом он встретил её.
    - Кого?
    - Габи. Безмозглую крашенную сердцеедку. Она окрутила его своим низким грудным голосом и длинными стройными ногами (описание героя из "Дом, в котором..." - Мариам Петросян). Ник перестал гулять со мной, а однажды взял два билета на пароход и уплыл. Навсегда. В Бенгалию или Бангладеш — теперь уже не важно (на самом деле в Индию. "Два билета в Индию" - Кир Булычев).
    - Вы не успели попрощаться?

    Сюзон бросила несколько камешков и вскочила на ноги. Лицо у неё покраснело, а руки сжались в кулачки. Серебристая форель перестала носиться под водой и насторожено высунула наружу нос.

    - Да, он приходил. Молил простить его, обещал, что всё наладится. Ему мол сделали заманчивое предложение, и нельзя терять шанс. Пытался убедить меня в своих бреднях, его доводы казались чересчур надуманными и безосновательными, а не рассудительными ("Доводы рассудка" - Джейн Остен). Разумом я верила ему, но предчувствовала близкий конец, предвидела боль, а чем терзаться сердцу не терпелось ("Нетерпение сердца" - Стефан Цвейг) скорее покончить с ней, иначе оно бы не выдержало и остановилось. Уплыть втроём (вот уж не думал, не гадал. что кто-то заметит "Сердца трех" - Джека Лондона, пришлось возвращать в список)? Как это глупо и смешно… нет, грустно. Пока любовь, привет страдания (Ну, "Здравствуй, грусть" - Франсуаза Саган). Да, мы протанцевали до полуночи на прощание ("Вальс на прощание" - Милан Кундера, теперь-то вы готовы?), как он когда-то обещал. Но это был наш первый и последний раз.

    Девочка пронзительно свистнула, тут же из воды выскочила серебристая выдра и вприпрыжку понеслась за стремительно уходящей хозяйкой. Сергей смотрел ей вслед, думая о том, через что пришлось пройти этой юной барышне, чтобы стать такой, не по возрасту зрелой ("Возраст зрелости" Жан-Поль Сартр) и печальной. Бедная маленькая леди, уже не девочка, но ещё не женщина ("Маленькие женщины" - Луиза Олкотт).

    Билл издали помахал рукой, показывая, что время пришло. Сергей махнул в ответ и побрёл к проходу в родной мир, прокручивая в голове внезапно окончившийся разговор.

    ***

    Оказавшись в гостиной Сергей первым делом открыл шкатулку и удовлетворенно кивнул. Под первым исписанным листком обнаружился ещё один со вновь проступившими чернилами.

    «Милая, Сюзон, читая это письмо, ты наверное проклинаешь меня и тот день, когда я вытащил тебя из квартиры, где ты плакала, обнимая умершую мать. Не знаю чем бы закончилась та история, не окажись я рядом, но не сомневаюсь, что те два новоорлеанских джентльмена, которых мне удалось спугнул на улице, задумали недоброе по отношению к тебе (сцена из "Интервью с вампиром" - Энн Райс).
    Я знаю, что принёс слишком много боли, но и подарил жизнь вместе с любовью. Это и есть главный дар, а вовсе не рождественские подарки ("Дары волхов" - О. Генри).
    Оказалось, не так-то сложно уплыть из Ч. (Читагацце - город из "Чудесного ножа"), хотя война и расстроила всё водное сообщение. Но нашелся добрый человек, который поделился со мной билетами. Всего-то и надо было - выслушать его. Каждому нужен свой слушатель. Мой благодетель уступил нам свои поддельные документы и дал адрес надежного человека (сюжет "Ночь в Лиссабоне" - Эрих Мария Ремарк), который поможет мне разобраться с проблемой на букву Р. (именно Рождество)
    Как жаль, что мы расстались вот так! Но ты не захотела ехать, а я всем нутром чувствую, что моё место где-то там на Востоке. Моя душа тянется к тебе, но время летит вперёд и подгоняет моё судно к далеким берегам.
    P.S. Поверь, я всегда буду помнить о тебе и бережно хранить нашу любовь ("P.S. Я люблю тебя" - Сесилия Ахерн).
    Твой Николас»

    - Я чувствую себя героем театральной драмы. Не знаю, кто режиссер, но у него безусловный талант делать героев несчастными и одинокими. Поскорее бы выбраться из этого романа ("Театральный роман" - Михаил Булгаков. Где теперь нас ждут, Билл?
    - Правильнее спросить не где, а когда (чуток воображение и "Никогде" - Нил Гейман)! - рассмеялся мистер Дор безыскусной шутке. - Мы перенесёмся не только в пространстве, но и во времени. Сейчас мы его немножечко украдем ("Вор времени" - Терри Пратчетт, тоже книга из цикла про Смерть). Вот держи.

    Билл Дор протянул Сергею маленькие песочные часики, сделанные в форме подвески (поднимите руки, кто узнал маховик времени? "Гарри Поттер и узник Азкабана" - Джоанн Роулинг. Именно поэтому не засчитывал ответ "Гарри Поттер" как цикл). Выглядели эти часики ужасно знакомо. Холодные и совсем невесомые, они будто светились изнутри, а может это была лишь игра воображения.

    - Восемьсот семьдесят шесть тысяч и пятьсот семьдесят шесть оборотов, по часовой (это приблизительно на сто лет в будущее "Сто лет тому вперед" - Кир Булычев. Я почему-то забыл это произведение сразу внести в список, хотя обороты высчитывал, но мне напомнили в первый же день компота). - сказал Билл.
    - Сколько?! - возмутился Сергей, возвращая предмет обратно. - Нашел дурака с поля чудес. Сам крути.
    - Как скажешь. - равнодушно ответил Билл Дор и сильно ткнул указательным пальцем в верхний ободок часиков. Те начали бешено вращаться вокруг собственной оси, будто получили огромный импульс. Краски этого мира начали тускнеть.

    Возврат к началу

    ответить
  • ***3***



    Солнце клонилось к горизонту, окрашивая облака в волшебные багрово-оранжевые цвета ("Этюд в багровых тонах" - Артур Конан Дойл / "Страна багровых туч" - Стругацкие). Резкий холодный ветер гонял листья вдоль проселочной дороги. В воздухе пахло влажной почвой и пожухшей травой, поредевшей настолько, что местами в её плоти ("Всякая плоть - трава" - Клиффорд Саймак) обнажилась участки земли. Редкие птицы попрятались в кронах деревьев; над просёлком разносились их голоса — уже не такие задиристые и звонкие как раньше. Они пели ("Пение птиц" / "И пели птицы" - Себастьян Фолкс) об ушедшем тепле и длинных солнечных днях, ароматах цветов и обилию аппетитных насекомых. Жизнь замерла в ожидании первых холодов и белого пушистого одеяла. Осень на исходе. Отработавший своё сезон запоздало приготовился уступить своё место зиме.

    I’ll be there for you, these five words I swear to you
    When you breathe, I want to be the air for you
    I’ll be there for you
    I’d live and I’d die for you
    I’d steal the sun from the sky for you ("Краденое солнце" - Корней Чуковский)
    Words can’t say what love can do
    I’ll be there for you


    Щёлк. Сергей снова закрыл шкатулку, убедившись, что новых посланий пока не появилось. Они с Биллом шагали в горку мимо старого кладбища по направлению к храмовой пристройке, где проживала семья священнослужителя. Церковный приход казался вымершим; время было не позднее, но прохожих не попадалось, даже дети не играли близ своих домов.

    Билл то и дело отставал и бродил среди могил, важно кивая некоторым надгробиям, будто здоровался со старыми знакомыми. Около одного из камней мистер Дор подобрал книжицу в черном переплете ("Черная книга" - Орхан Памук), сшитую толстыми синими нитками ("Катушка синих ниток" - Энн Тайлер), Сергей разглядел корявые буквы, выведенные детским почерком. Обложка пострадала от огня и дождя, но ещё можно было разобрать имя автора - Лиззи или Лизель (снова Смерть подбирает книгу Лизель из "Книжный вор" - Маркуса Зусака. Я не знаю как у меня так получалось играть атрибутами разных вселенных).

    Пока Билл удовлетворял проснувшееся любопытство, Сергей решил отдохнуть. Он облокотился на каменную усыпальницу с полуистершимися буквами
    «Lem...l Gu...i...er
    Who wa… a great tr...v...ler
    Buried as a giant man from a sma… co...ry» (Lemuel Gulliver. Who was a great traveller. Buried as giant man from a small country - "Путешествия Гулливера" - Джонатан Свифт + первый колокольчик к "Погребенный великан" - Кадзуо Исигуро)


    - Долго тебя ждать? - окликнул спутника Сергей.

    Билл спрятал книгу где-то в бездонных карманах своего коричневого костюма и нагнал детектива. Вместе они добрались до парадного входа около добротного строения, выкрашенного в приятный темно-бежевый цвет. Из щелей в ставнях сочился теплый свет, а изнутри доносились приглушенные звуки музыку.

    Сергей воспользовался дверным молотком. Он успел постучать трижды, прежде чем услышал звук отодвигаемого засова. Дверь открыла прелестная миниатюрная девушка с кудрявыми волосами, собранными в пучок. Юная леди доброжелательно посмотрела на Сергея и улыбнулась, явив взору белоснежные ровные зубы, похожие на сияющие жемчужины (мне понравилась ваша версия со Стейнбеком).

    - Здравствуйте! Должно быть устали с дороги? Вы по делам к моему отцу? Проходите-проходите, пожалуйста, не стойте на холоде, не то заболеете чахоткой.

    Сергей переглянулся с Биллом, который на удивление приобрел более благообразный вид чем обычно (Мэри Поппинс и не таких укрощала), если можно так высказаться о человеке, чьё лицо видно словно через запотевшие очки. Путники вошли в прихожую и последовали за юной хозяйкой по бесконечному коридору с зеленым ковром ("Зеленая миля" - Стивен Кинг).

    Дом поражал своим убранством. Всё в нём говорило об изысканном вкусе, но в то же время, не казалось вычурным или помпезным. Обстановка вовсе не была аскетичной, чего обычно ждут от людей господних, но в то же время в глаза не бросались лишние детали. Интерьер казался скорее не богатым, а старинным и ухоженным.

    Девушка проводила гостей в библиотеку, которая по совместительству являлась и кабинетом, а затем куда-то скрылась, видимо, доложить о приходе гостей. Оставшись предоставленными самим себе, Билл и Сергей удобно устроились на софе и с интересом разглядывали корешки книг и картины. На одной из них был изображен терпящий крушение корабль (вот не знаю, почему не захотел я Нарнию загадывать, наверное из-за ЛК1). На другой надменный кардинал, весь в красном, на фоне, как ни странно, рождественской ели, украшенной свечами, бумажными гирляндами и деревянными игрушками (да я знаю, что в названии книги птичка, но использовать омонимы не запрещено, чем вам не понравился Мазарини? - "Рождество и красный кардинал" - Фэнни Флэгг).

    Через четверть часа в кабинет вошла женщина в платье снежного цвета ("Женщина в белом" - Уилки Коллинз, та книга, которую я читаю на момент финиша компота. Обратите внимание, что имя автора упоминается и в компоте и в другой уже названной книге "Гордость и предубеждение", декорация к этой главе взята именно из нее). Подобно дочери невысокая и стройная, она держалась гордо и с достоинством, хотя было видно, что на её долю выпало немало невзгод, так что от её былой привлекательности сохранились лишь жалкие остатки. Но её внешность нельзя было назвать отталкивающей, просто она вступила в тот самый возраст, когда женщина может преобразиться в добродушную бабушку, но вместо этого предпочла образ сдержанной и надменной графини, злоупотребляющей косметикой и духами, будто они могут повернуть время вспять.

    Женщина мельком глянула в сторону Билла, а затем смерила Сергея долгим оценивающим взглядом, от которого детектив едва не почувствовал себя так, будто он явился в храм божий не выучив урок, к тому же в неглиже. Придя к какому-то решению она кивнула сама себе и присела на оттоманку.

    - Мистер Коллинз (что я вам говорил!), можете не беспокоиться и вернуться к своим мини-молитвам (игра слов "Молитва об Оуэне Мини" - Джон Ирвинг). Оставьте нас, я развлеку гостей.

    Вошедший было следом низкорослый толстячок с хитрыми поросячьими глазками прокряхтел что-то невразумительное и вразвалочку выкатился из библиотеки. Его грузные шаги ещё долго доносились с лестницы — очевидно, его владения находились на втором этаже.

    - Меня зовут Габриэла Циннамон-Коллинз (как удачно, что у Тома было это имя, к тому же Габи в него можно преобразовать, ну а опытные участники знают, что я могу слова указывать на любом языке благодаря Яндекс.переводчику. "Габриэла, гвоздика и корица" - Жоржи Амаду), а это был мой супруг Уильям. Могу ли я узнать кто вы и с какой целью решили навести нам визит?
    - Извиняюсь за вторжение, миссис Коллинз. Меня зовут Сергей, а рядом со мной сидит мой, эээ… коллега, Билл Дор.

    В этот момент хозяйка вздрогнула и её брови поползли вверх, на лице появилось странное выражение, будто она трепетала перед этим долговязым человеком. На какое-то время она отвлеклась и прослушала приветственную речь. Заметив это, Сергей растерялся и замолчал.

    - Простите, я не разобрала, откуда вы? - переспросила миссис Коллинз, казалось оправившаяся от шока, и теперь подчеркнуто не обращающая внимание на спутника Сергея.
    - Мы, как бы это сказать, пришли издалека. Мой остров находится на другом конце света. Но как это часто бывает, дела оказываются сильнее наших личных амбиций. И вот я здесь, пытаюсь найти конец оборванной нити (протестую против Марининой, случайное совпадение), что приведёт меня к пропавшему Святому Николаю.
    - Постойте, вы ищете Николаса? - спросила Габи, оживляясь.

    При упоминании этого имени её лицо выразило целую бурю эмоций: от прорвавшейся наружу нежной грустной улыбки до отталкивающей злобной гримасы. Но вскоре лицо приобрело привычное бесстрастно-нейтральное выражение и хозяйка заговорила:
    - Вот уж не думала, что вновь услышу о нём. Похоже старые скелеты начинают выпрыгивать из шкафов ("Пироги и пиво, и скелет в шкафу" - Сомерсет Моэм), раз уж вы оказались здесь у меня. Впрочем, каждая собака знает, что у нас с Ники были друг к другу романтические чувства. Но какое это имеет значение?
    - Вы не имеете понятия, где его искать? Может быть он оставлял вам адрес или присылал открытки?
    - Нет, он исчез без следа и уже давно. Я ждала от него писем, но они не приходят. Когда мы познакомились, всё было по-другому. Мы были юны и глупы. Он носил меня на руках, а я пела ему о любви. Мои родители были против наших отношений. Дело в том, что я принадлежу к знатному роду, пусть и выросла в той ветви фамильного древа, которая тянется от младшего сына основателя династии Циннамонов. Наш узел (первое упоминание книги "Фамильный узел" - Доменико Старноне) тянется от Жубера, возжелавшего добиться сана архиепископа, но не дожившего нескольких недель до посвящения. Церемония не раз откладывалась из-за повторных разбирательств по поводу утаенного в молодости завещания, подписанного его бывшей покровительницей (поиграл с некоторыми фактами из "Поющие в терновнике" - Колин Маккалоу).
    Жубер всю жизнь потратил на продвижение в церковной службе, и так и не узнал, что у него есть дети, пока не стало слишком поздно, ведь мы уже почти стали взрослыми.
    Когда у Жубера раскрылись глаза, он вернулся к нам. И воссоединившись, родители решили воспитать нас в ещё большей строгости и богобоязненности чем до того. Но я с детства чувствовала, что мне не по душе ветхие заветы и иносказательная библейская мораль, многочисленные запреты и отказ от удовольствий. Зато меня всегда привлекали молодые мужчины, вот такие как вы сейчас. Нет-нет, не краснейте, всё давно поросло былью и паутиной, а я запуталась в ней, как усохший безобразный паук ("Девушка, которая застряла в паутине" - Давид Лагеркранц).

    Сергей вымученно улыбнулся и покачал головой, показывая, что не согласен с только что услышанным суждением.

    - Однажды встретив Николаса, я поняла, что желаю его и только его. Он должен был достаться мне во чтобы-то не стало. Или всё, или ничего. Только так я представляла свою судьбу. И на какое-то время мне удалось оторвать Ники от той дерзкой малолетки (ну что за базар? Вы же стали леди). Мы сбежали от ужасов войны и похитителей душ ("Похитители душ" - Ник Перумов и другие созвучные книги). И начали новую жизнь.
    Он был идеальным женихом (а стал бы как "Идеальный муж" - Оскар Уайльд) и хотел стать моим мужем. Каждый день с Николасом походил на праздник, пока он был со мной рядом ("Праздник, который всегда с тобой" - Эрнест Хемингуэй). Я надеялась, что наше счастье никогда не закончится, а время остановит свой бег. Оно должно было остановиться ("Время должно остановиться" - Олдос Хаксли)! Но родители были в ярости от нашей связи, и поэтому они заручились поддержкой влиятельных друзей, чтобы те разыскали нас и помешали помолвке.

    Габриэла замолчала.

    - Вас разлучили? - с замиранием сердца спросил Сергей.
    - Нет, мы во всём виноваты сами. Хотели обмануть родных двойным самоубийством, но ничего не вышло (у меня другой финал для "Ромео и Джульетта" - Уильяма Шекспира). Меня нашли первой и вызвали врачей - хоть в ту минуту родители забыли о своём Боге. Но когда я пришла в сознание, оказалось, что Николас исчез. Никто не видел, как это произошло. Никто кроме немого церковного сторожа (еще один немой свидетель). Но и тот не смог ничего объяснить и пролить свет на тайну, сколько его не терзали вопросами.

    Сергею показалось, что глаза маленькой хозяйки увлажнились, и он отвернулся, чтобы скрыть смущение.

    - А потом меня увезли в этот огромный дом ("Маленькая хозяйка большого дома" - Джек Лондон), к Уильяму Коллинзу (я не понял, к писателю или герою "Гордости и предубеждения"?) в услужение, как думали он и его сестра. Оказывается, всё было оговорено много лет назад. Блестящая партия, говорили родители, Уилл наследует церковный приход, это такой шанс для тебя и нашего общественного положения.

    Габриэла вздохнула и промокнула платком уголки глаз.

    - Так я и превратилась из вольной Габи, в домохозяйку Габриэлу. Но даже несмотря на это, я продолжала ждать и верить, что однажды Он вернётся и заберёт меня из ненавистного дома, от нелюбимого мужа и жестокой семьи. С каждым годом я начинала забывать черты Николаса. В моей памяти он уже потерял лицо ("Человек потерявший лицо" - Александр Беляев / "Потерявший лицо" - Джек Лондон), цвет глаз, форму носа и губ, звук голоса.
    Нет, я не смогла полюбить Уильяма, сколько ни старалась, но со временем привыкла к нему, притерпелась, если хотите. А моя дочка Мэри стала моей единственной радостью в этой жизни. Она напоминает мне о том, кого я на самом деле люблю. Мэри возвышенна и чувствительна, много читает и любит всё живое. Она говорит, что хочет стать гувернанткой или няней ("Мэри Поппинс" - Памела Трэверс). Что же, это её право. Надеюсь, что жизнь сложится для неё по-другому, а не так как сложилась моя.
    - Ваша Мэри - славная и располагающая к себе барышня. - поддержал Сергей. - Я точно знаю, что её ждёт хорошее будущее - то, которое она выберет себе сама. А вы, должно быть, прекрасная мать, раз смогли вырастить такую дочь.
    - Спасибо, но вы ошибаетесь. Всё лучшее в ней - кровь Николаса. Она такая же энергичная и витающая в облаках, как он. Думаю, если вы хотите найти своего рождественского мальчика (ну который по имени Рождество), вам стоит забраться на самую высокую точку мира, какую только можно сыскать, и, наверняка, обнаружите там его след. Поторопитесь, пока Ники не нашел кто-нибудь другой.
    - Спасибо вам, миссис Габриэла.
    - Просто Габи.
    - Габи, вы нам очень помогли. Но нам и вправду нужно спешить, иначе мы не успеем найти его до Рождества. Дай вам Бог здоровья (и вам "Дай вам Бог здоровья, мистер Розуотер" - Курт Воннегут), миссис Циннамон-Коллинз.
    - Прощайте, - благосклонно произнесла Габриэла и позвала дочь проводить гостей к выходу.

    ***

    Сергей сделал какао и включил гирлянды на ёлке. За окном уже стемнело, и пора было оживить обезлюдевший дом. Лучший способ проникнуться рождественской атмосферой - это сварить какао, зажечь свечи, отведать марципановый кекс и, закутавшись в плед, устроиться на подоконнике с книгой ("Hygge. Маленький секрет датского счастья" - Майк Викинг, ну и все прочие Хюгге подходят) и новоприобретенным котом Савой (Савелий), поставить музыкальное сопровождение в лице Синатры, Маккартни и Celtic Woman. Хотя известный литературный критик Пакля (знаменитый коллекцией чужих комиксов и брюзжанием, Пакля - анаграмма, но кое-кто вспомнил, что в Незнайке было про Паклю. Извини, критик, но здесь нет места снобизму, тут у нас рождественский рай:-)) категорически осуждает подобное времяпровождение, пришедшее к нам из лего-страны, постараемся его не расстраивать.

    Сергей приготовил две чашки какао и частично воплотил в жизнь своё представление об идеальном досуге. Билл проглотил залпом свою порцию шоколада ("Шоколад" - Джоанн Харрис / "Шоколад на крутом кипятке" - Лаура Эскивель) даже не обжегшись и теперь мастерил какое-то подозрительное устройство.

    Чтобы не мешать коллеге, Сергей оставил его наедине с отвертками, паяльником, проводами и микросхемами, а сам уселся с письмами в кресло около бра и щита с гербом - мантикора ("Под знаком мантикоры" - Алексей Пехов + "Мантикора" - Робертсон Дэвис) на васильковом фоне - знак принадлежности к дворянскому роду и тайному сообществу, пустившему свои корни в высшие мировые эшелоны власти ("Мельницы богов" - Сидни Шелдон, книга номер 300). Семейное гнездышко ("Дворянское гнездо" - Иван Тургенев) всегда там, где есть то, что связывает с родителями, прародителями и так далее.

    «Драгоценная Габи.
    Пишу тебе из очень далекого места. Хотя не все верят в его существование ("Нет такого места "далеко" - Ричард Бах), но я наконец-то оказался там, где ещё никому не доводилось бывать.
    В наше беспокойное время, война вышла за пределы земного притяжения, и теперь битвы разыгрываются в далеком космосе (Сагана обидели, не нашли). Но несмотря на это, я хотел бы рассказать тебе о красоте космического пространства, скоплениях звезд и сиянии Земли. Сегодня заканчивается мой 167-й день пребывания на орбите (что-то около 4000 часов "Руководство астронавта по жизни на Земле. Чему научили меня 4000 часов на орбите" - Кристофер Хэдфилд).
    Передай моей маленькой принцессе ("Маленькая принцесса" - Фрэнсис Бернетт и подготовка к таинственной книге Джефри Брауна), что я помню про её письмо и обязательно отвечу на него и пришлю к празднику новые свечи и подарки. Ведь я её настоящий отец (Я твой отец, да лорд Вейдер. "Vader's little princess" - Jeffrey Brown - юмористический комикс про мучения отца Вейдера с малюткой принцессой Леей).
    Чтобы обо мне не говорили на запрещенной радиоволне, знайте, что это всё неправда. Огромная ложь из-за мелкого недоразумения ("Большая маленькая ложь" - Лиана Мориарти). И хотя Империя ("Основание и Империя" - Айзек Азимов) жестока, но справедлива. Мы подавим восстание на корню и переломим ход войны. У меня есть все основания так считать.
    Поцелуй за меня нашу дочь и скажи ей, что я её люблю, как отец. Пожелай мне спокойной ночи (да раз плюнуть, "Goodnight Darth Vader" - Jeffrey Brown) и скорейшего возвращения на Землю ("Возвращение со звезд" - Станислав Лем / "Возвращение" - Эрих Мария Ремарк).
    Скучаю, Николас»

    - Этот Николас, взбаламошный малый, пишет замечательные письма ("Письма Баламута" - Клайв Льюис). Видно, что он добрый и безобидный парень, просто не усидчивый, и, похоже, влюбчивый (колокольчик на влюбчивого, чем не Дон Жуан). Как думаешь? - спросил Сергей.
    - Хм. Твоя правда. - Билл оторвался от своего занятия и вытер пот со лба. - Кажется готово.
    - А что это?
    - Сам посмотри, держи.
    - А я-то думал, что в Рождество обойдётся только тремя сказочными путешествиям к духам ("Рождественская песнь в прозе" / "Рождественские повести" / "Рождественская история" - Чарльз Диккенс), - вздохнул Сергей.

    Билл поднёс хозяину дома результат полуторачасовых мук. Лицо мистера Дора сияло от детской радости ("Муки и радости" - Ирвинг Стоун) за свой труд и осознание важности прибора. Сергей получил из рук собеседника предмет, похожий на разобранное ламповое радио, неуместно облепленное цветастыми кнопками и рычажками. Впрочем, большинство из них выглядели обыкновенной бутафорией. Только к одному рубильнику было подведено питание. А рядом с джойстиком кое-кто предусмотрительно нацарапал «Left» и «Right». Сергей включил прибор и взялся за рычаг. (Это было мое представление об устройстве для перемещения в параллельные Земли из "Бесконечная Земля" - Терри Пратчетта и Стивена Бакстера, но книгу никто не нашел, зато следующая часть по названию была загадана в другой главе)

    - В какую сторону поворачивать? - спросил он у Билла, но тот лишь пожал плечами и тоже взялся за деревянную основу прибора.

    Сергей отклонил джойстик вправо и на мгновение его накрыла нестерпимая противоестественная мгла. Не мутная чернота, которую производят тени в местах, куда попадает слишком мало света, а та первородная тьма, что рождена при полном отсутствии фотонов, густая и плотная как сама материя. Материя происходящая из тьмы. Или прародительницы тьмы ("Мать тьма" - Курт Воннегут).

    Возврат к началу

    ответить
  • ***4***



    If we’d go again
    All the way from the start
    I would try to change
    Things that killed our love
    Your pride has built a wall, so strong ("Стена" - Жан-Поль Сартр)
    That I can’t get through
    Is there really no chance
    To start once again
    I’m loving you
    (есть мнение, что эта песня идеально подходит к "Жена путешественника во времени" - Одри Ниффенеггер. Когда увидел эту расшифровку, решил, что так оно и есть:-))

    Щёлк.

    - Добро пожаловать, сэр! Мы вас заждались. - крепко сложенная девушка в военном костюме отсалютовала ошеломленному таким приемом Сергею. - Меня зовут полковник Катрин, сэр. Следуйте за мной.

    Это, должно быть, какое-то недоразумение, меня не за того приняли, подумал Сергей и многозначительно переглянулся с Биллом. Тот, впрочем, выглядел не ахти как, даже сквозь мутную пелену, окружающую его лицо, было видно, что он побледнел и чувствовал себя неважно, как будто его мутило (есть такой эффект при перемещениях по "Бесконечной Земле", но увы не нашли, зато "Тошнота" опять).

    Полковник оказалась высокой, широкоплечей и подтянутой женщиной лет тридцати пяти, с коротким ежиком рыжих волос и неопределенным цветом глаз, то отдающим в серебро, то в зелень. Мимо сновали курсанты, строем в три шеренги, они отдавали воинское приветствие полковнику Катрин и, казалось, совсем не замечали пришельцев ("Пришельцы" всюду). Впрочем, Сергей не переживал по этому поводу. Полковник молча повернулась и зашагала вслед за одной из групп.

    Боевитая девушка вела гостей по запутанному лабиринту коридоров. Темно-серые стены испещряли многочисленные надписи, указатели, провода, щитки, ручки, крышки и т.п. Кроме того в них, а так же в пол и потолок были встроены светодиодные лампы. Они меняли цвет по мере продвижения — очевидно, весьма практичный способ ориентации в этом запутанном здании, если знать, что означает каждый цвет (почти описание обучающей космо-школо-станции из "Игры Эндера" - Орсона Скотта Карда, только там светодиоды загорались под цвет команды, чтобы от начала и до конца вести её в нужное помещение). Путешествие сопровождалось грохотом и гудением каких-то машин. С непривычки он мог изрядно досаждать, но через некоторое время его переставали замечать (шум - это к литературной дуэли и Ларри Нивену, но я не стал загадывать, а то нечестно выйдет).

    Кабинет представлял собой тесное квадратное помещение, обставленное с использованием минимального количества мебели - простой и угловатой, но функциональной: рабочий стол, несколько металлических стульев и небольшой шкаф, чем-то похожий на секретер, но, судя по всему, его использовали не для письменных работ или хранения бумаг (кстати, я забыл, зачем я так остановился на секретере, вот хоть убей уже не помню, но забыл я это в процессе написания, так что и книги загаданной нет). Сергей заметил, что все элементы обстановки надежно закреплены, это наводило на определённые мысли.

    - Война. - произнесла Катрин.
    - Простите? - переспросил Сергей.
    - Война никогда не меняется. Война — это история человечества, протяженностью в вечность (иначе говоря "Бесконечная война" Терри Пратчетт и Стивен Бакстер / "Бесконечная война" - Джо Холдеман), - продолжила развивать свою мысль Катрин. - Едва люди приоткрыли завесу тайны над некоторыми физическими уравнениями, как стал возможен выход в космос. А вместе с ним невиданные доселе боевые действия. Всё решает гонка вооружений и дипломатия. Простое нажатие кнопки распылит в пространстве целую эскадру, вместе с тысячами пронумерованных безымянных солдат ("Мы" - Евгений Замятин, здесь аллюзия на нумера, а дальше по тексту будет к названию) и триллионами долларов, вложенными в их обеспечение.
    - Это чудовищно!
    - Но это реальность, детектив, пусть и похожая на антиутопию (еще к Замятину). С тех пор, как мы узнали, что не одни во Вселенной, большая часть внутренний разногласий попросту исчезла. Мы извлекли урок из прошлого вторжения и теперь готовимся нанести упреждающий удар. Жуки получили своё (опять "Игра Эндера" - Орсон Скотт Кард), очередь за огненными ящерицами ("Война с саламандрами" - Карел Чапек, но друзья сами подсказали, что хотят видеть здесь "Война жуков и ящериц" - Роберта Асприна или "Жук в муравейнике" - Стругацких, так что эти две книги идут в зачет как 1 очко). Когда сталкиваются миры ("Война миров" - Герберт Уэллс), не может быть и речи о компромиссах. Выживем ("Мы - живые" - Айн Рэнд) либо Мы (конечно, "Мы"), либо они.
    - Боюсь, мне никогда не понять милитаристской философии. Но какое отношение это имеет к моему делу?
    - Санта тоже был таким, он верил, что любой конфликт можно разрешить миром. Сначала надеялся навести порядок на Земле ("Мир на Земле" - Станислав Лем), затем добиться перемирия в Термитнике (ну я просто название ввел, кто-то на Гибсона подумал. в целом неплохо, он ведь тоже есть). Но чуть не сгинул в их катакомбах. Это была бы невосполнимая потеря для десанта и всех нас ("Звездный десант" - Роберт Хайнлайн).
    - Не могу поверить, он служил в десанте?
    - Да, и был лучшим из нас, - голос Катрин дрогнул. - Только благодаря ему выжило наше подразделение ("Мы - живые" опять). Неординарный ум (здесь был бы "Особый склад ума", но увы), выдающиеся способности, скорость реакции, физическая подготовка — он был примером для подражания. Мы даже звали его Санта Великолепный (аллюзия на Великолепный из "Правда о деле Гарри Квеберта" - Жоэль Диккер), Санта Первый (аллюзия на Ральф Первый, Р Первый, Р1 "Дом, в котором..." - Мариам Петросян). Но ему было тяжело. Пусть Санта никому и не рассказывал, но мы чувствовали, что его место не здесь. Я лично подписала докладную высшему командованию, после которой его перевели преподавателем в военную школу для детей, наших будущих генералов и победителей (снова "Игра Эндера"). Но и там он чувствовал себя чужим, как нелегал приехавший в чужую страну ("Чужак в стране чужой" - Роберт Хайнлайн) в погоне за счастьем, но осознавший насколько далеки его мечты от реальности. Вот куда приводят излишние амбиции (шутка с названием "Куда приводят мечты" - Роберт Матесон, но не последний раз эта книга тут).
    - И чему он учил детей? - спросил Сергей.
    - Как ни странно, выживанию. Он показывал им как чинить скафандры ("Имею скафандр - готов путешествовать" - Роберт Хайнлайн) и любую другую технику, распознавать утечки, выращивать овощи в казалось бы невозможных условиях, использовать химические реакции себе на пользу ("Марсианин" - Энди Вейр). И только во вторую очередь говорил с ними о войне. Но и там Санта возвёл науку в искусство (народ, забыли вы про мудрость предков, а ведь это "Искусство войны" - Сунь Цзы), вероятно, сказалась его дружба с Эндрю, нашим самым опытным стратегом.
    - Но перевод лишь ненадолго отсрочил уход, верно?
    - Да, Санта стал рассеян, будто потерял интерес ко всему, перебрался из собственной каюты обратно в кубрик к однополчанам. Уборщица жаловалась, что он вытряхивал всё из шкафов и холодильников и запихивал в освободившееся место протухшего лосося. Каждое утро уборщица наводила порядок, чтобы на следующий день всё повторилось снова (сцена с противостоянием Умберто Эко и уборщицы в отеле, когда он пытался в минибар убрать лосося, вытряхивая алкоголь, а уборщица каждый день убирала оттуда лосося и приносила еще алкоголь, рыбу спасти не удалось. "Как путешествовать с лососем"). Мы бы закрыли глаза на другие причуды, но эта рыбина вызывала у нас сомнения ("Лосось сомнений" - Дуглас Адамс) - мы опасались, что Санта выходит из под контроля. Безумное время ("Свихнувшееся время" - Филип К. Дик). Тогда к нам и пришел тот человек (это Я ;-)).
    - Психолог? - уточнил Сергей.
    - И да, и нет. Он хорошо разбирался в человеческой натуре, но я не уверена, что его цели были близки к нашим. Работа с этим человеком пошла Санте на пользу, он снова воспарил духом и готов был горы свернуть. Мы поняли, что его болезнь проходит, после того как Санта вернулся из безумной исследовательской экспедиции в хребтах Антарктиды ("Хребты безумия" - Говард Лавкрафт). Сумасшествие закончилось, но вместе с ним завершилась и военная карьера Санты. Через несколько недель после возвращения он подал рапорт с просьбой об освобождении от службы.
    - И его так просто отпустили?
    - Никак нет. Никто этого не хотел. Мы пытались удержать Санту, но у нас не было ни малейшего шанса. Да и разве можно сказать что-то поперёк всепланетному герою? Он был последним человеком, вернувшимся живым с Терры (здесь должна была стоять книга "Последний герой" - Терри Пратчетт, но не нашли), к нему прислушивался сам Гегемон, а после Санты никто не мог добиться такого расположения у Него ("Тень Гегемона" - Орсон Скотт Кард)! Командование был не готово рисковать собственной карьерой и головой, чтобы пойти на конфронтацию с правительством. Поэтому Санта беспрепятственно ушёл. А они разрушили его дело, распустили отряд, вытерли из своих компьютеров всё, что было связано с ним. Нам не оставили ничего кроме памяти и...

    Полковник замолчала и отвернулась. У Сергея заныло сердце, но он не мог не высказать свои догадки вслух:

    - И безответной любви?

    Катрин посмотрела в глаза Сергею, будто впервые увидев его по-настоящему, и печально кивнула.

    - Но неужели, генералам удалось заставить людей забыть?
    - Конечно, нет! Но за упоминание имени Санты можно схлопотать неделю в карцере, а то и более серьезные проблемы. Иногда на стенах корабля появляются рисунки — улыбающийся бородач с большим мешком, откуда сыплются снежинки и конфеты, а рядом повторяются символы «С» и «1» (ну вы поняли). Чтобы ни предпринимало руководство, им не удалось поймать хулигана. Но, между нами, я думаю, что он не один. Пока мы живы (опять?) - жива память о Санте. У многих здесь остались теплые воспоминания об ушедшем друге, учителе и боевом товарище. Не все раны так просто затягиваются.
    - Да, не все… - согласился Сергей. - Катрин, откуда вы узнали о моем приходе?
    - От того человека. - ответила Катрин, пожав плечами. - Психолога.
    - Как такое возможно?
    - Он приходил недавно, задавал вопросы, искал письма, но я не стала с ним церемониться и выпроводила взашей. Перед уходом он сказал, что за ним следом явитесь вы.
    - Что это значит?
    - Сама не понимаю, но он очень похож на вас. Нет, не внешне, но что-то общее у вас точно есть.
    - Странно, а как его звали?
    - Вы не поверите, но я не помню. Такое ощущение, что на меня опустился какой-то морок, ведь раньше я никогда ничего не забывала (еще колокольчик к "Погребенному великану"). Надеюсь, что смогла вам помочь.
    - Да, спасибо, Катрин, я узнал нечто важное, но мне надо обдумать это наедине.
    - Вас проводить?
    - Нет, спасибо, мы уж как-нибудь сами.
    - Сергей…
    - Да?
    - Найдите Санту. Ради меня, ради все нас. Не сдавайтесь! Отыщите его! Обещайте мне найти его. (почти девиз из "Два капитана" - Вениамин Каверин)
    - Обещаю! Прощайте, Катрин.

    ***

    - Кажется кто-то нас всё время опережает на несколько шагов, верно Билл?

    Мистер Дор пожал плечами, впрочем, Сергей и не рассчитывал на другой ответ. Он уже давно убедился в немногословности своего случайного компаньона. Последнее письмо было короче остальных и не принесло никаких новых зацепок.

    «Катрин, мой друг и товарищ, я снова ощутил радость жизни (ах, вот где Эмиль Золя был, извините, так получилось). Мне хочется летать, хочется творить, хочется дарить. Ты будешь недовольна, но я все-таки отпустил бороду. Она мне точно идёт, хотя и мешает писать письма (он становится Морозом, Дедом Морозом "Письма рождественского деда" - Джон Р. Р. Толкин, ну в общем-то все письма про это), так как вечно пачкается голубыми чернилами (в английском, что синий, что голубой - blue. "Синяя борода" - Курт Воннегут / Шарль Перро).
    Путешествие в Антарктиду было замечательной идеей: я понял как много осталось неизведанных вещей и мест, которые стоит посетить. Я родился на западе, жил на востоке, побывал на юге. Значит пора отправляться на север. Туда и только туда. Я не один, вокруг меня собралась причудливая компания, они привязались ко мне, а я к ним. Мы встретились в другом мире, но так и не решили расстаться. И вот мы идем на север, на север, на север (и снова "Маугли").
    Там нас ждёт много работы, но с такими помощниками, я верю, что мне всё по плечу.
    Мне пора, пальцы уже плохо слушаются, а из медведя пока выходит плохой секретарь (вот и я так думаю, непросто с ним, но он старается!). Передавай привет ребятам и жди открытку!
    Санта»

    Сергей мерил гостиную шагами, погруженный в свои мысли, щелкая пальцами и теребя четки (Эраст Петрович, хватит уже. "Нефритовые четки" - Борис Акунин). Не хватало какой-то важной детали, чтобы пазл сложился. Прежде всего нужно было выяснить, кто тот человек, про которого упомянула Катрин? Что именно связывает его с Сантой? Зачем нужны эти, довольно личные, письма и музыка? (и действительно, музыка-то причем?)

    Напольные часы отбили шесть ударов. Сергей вздрогнул от резкого звука и погрозил кулаком Биг-Бену (подарок с "Левиафана" - Бориса Акунина), который давно собирался выбросить; горе-детектив сел за стол, схватившись за голову, будто пытаясь удержать в голове целый рой мелочей (игра слов "Бог мелочей" - Арундати Рой). Билл вышел из дверей, ведущих в библиотеку и, насвистывая всё ту же въедливую мелодию, подошёл к Сергею и положил перед ним раскрытую книгу.

    - Читай.

    Сергей безропотно покорился и сразу же погрузился в чтение.

    «Сергей мерил гостиную шагами, погруженный в свои мысли, щелкая пальцами и теребя четки. Не хватало какой-то важно детали...»

    Это ещё что такое?

    «..Напольные часы отбили шесть ударов… подошёл к Сергею и положил перед ним раскрытую книгу. - Читай»

    Не может быть!

    «… и сразу же погрузился в чтение… не может быть! Комната задрожала, а время остановилось. Ткань пространства заскрипела от натуги и начала покрываться трещинами. Словно куски засохшей штукатурки целые пласты окружающей действительности начали осыпаться в ничто. Сергей не отрывал затравленного кроличьего взгляда ("Взгляд кролика" 0 Кендзиро Хайтани) от страниц, несмотря на грохот и звон осколков. Ему казалось, что он сходит с ума, и поэтому он не решался подтвердить свои опасения неосторожным взглядом. Теперь существовали только он и книга, но ничто не длится вечно, вот уже начали проступать очертания иного сказочного мира. Кто-то назовёт его ненастоящим, и будет прав, но и тот, кто посчитает его реальным, тоже окажется недалек от истины. Больше не в силах сдерживать любопытство Сергей поднял голову...» (всё это как бы намек на "Бесконечную историю" - Михаэля Энде)

    Возврат к началу

    ответить
  • ***5***



    ...и увидел потрясающий по своей красоте пейзаж. Яркая, насыщенная изумрудными оттенками трава, трепетала на ветру, можно было разглядеть как по ней распространяются волны. Лазоревое небо с редкими облаками — словно высеченный из мрамора купол, укрывший мир (думаю Стивен Кинг не так поэтично относился к пейзажу в книге "Под куполом"). Приветливое солнце, согревающее в своих теплых и нежных лучах, испускало переливчатое сияние, смесь красок от ярко алых и огненно рыжих до желтых и зеленых оттенков. Бойкая речушка извивами ползла с укрытых желтой дымкой крутых холмов ("Там где в дымке холмы" - Кадзуо Исигуро, эту книгу нашли. Но никто не заметил "Желтый Туман" - Адександр Волков. Зато присылали Волшебника по обманке, к тому же он все равно был в ЛК1) вдоль по равнине, обегая лес и не вспаханные поля, куда-то вдаль, к невидимым холодным морям.

    Примерно в трех километрах к северо-востоку виднелся огромный замок, с хаотично надстроенными башнями, то гордо пронзающими небеса, то лишь слегка выглядывающими из-за крепостной стены. Замок казалось парил над окрестным городом ("Воздушный замок" - Диана Джонс), что раскинулся на пару миль вокруг стены. Несмотря на яркое солнце, в небе то и дело вспыхивали ракеты и рассыпались тысячами разноцветных огней и снежинок. Это был салют.

    Сергей и Билл смешались с толпой людей, медленно продвигающейся к раскрытым настежь южным воротам. В этот момент заиграла музыка и окружающие начали недоуменно оглядываться, делая вокруг себя знаки от порчи и злых духов.

    I see a little silhouetto of a man
    Scaramouch, Scaramouch ("Скарамуш" - Рафаэль Сабатини), will you do the Fandango?
    Thunderbolt and lightning, very, very fright’ning me
    (Galileo) Galileo, (Galileo) Galileo, Galileo, Figaro ("Безумный день, или женитьба Фигаро" - Бомарше), magnifico
    I’m just a poor boy, nobody loves me
    He’s just a poor boy from a poor family ("Нищий, вор" - Ирвин Шоу, что тут говорить? Я так вижу!)

    Spare him his life from this monstrosity
    Easy come, easy go, will you let me go?
    Bismillah! No, we will not let you go
    (Занимательная история, считается, что в основе песни лежит книга "Посторонний" - Альбер Камю, спасибо Ksan за наводку!)

    На сей раз шкатулка поддалась не так легко. После того, как песня тысячелетия прервалась, люди ещё долго крутили головами и недоверчиво присматривались к путникам в странной одежде. Впрочем, остальные гости тоже разрядились кто во что горазд: яркие голубые камзолы, клетчатые трико, рубиновые тоги и зеленые кафтаны. Добрая половина явившихся на празднество щеголяли высокими головными уборами, перьями и масками, как «венецианскими», так и изображающими животных или духов ("Маскарад" - Терри Пратчетт / "Маскарад" - Михаил Лермонтов).

    Стража никого не задерживала у ворот — гости пестрой и шумной рекой вторглись во внутренний двор, украшенный сотнями флагштоков с самыми разнообразными флагами и причудливыми зверями, изображенными на них. Тут и там стояли шатры всех цветов радуги. От одних доносились ароматы жареных каштанов и картошки, другие приманивали карамелизированными яблоками, крошечными сливами, печеными грушами и засахаренными орешками. Тут и там гостей угощали сливочным элем, вином и медовыми настойками, лимонадом и зелеными коктейлями. (ничего картина? Но это просто воображение, книг тут не прятал)

    Сергей даже не заметил, как затерялся в толпе, а Билл словно под землю провалился. Людской поток не давал детективу вырваться и нёс по цветным коридорам палаток, судя по доносящимся обрывкам фраз, навстречу к хозяйке всего этого праздничного великолепия. Первые залы были окрашены в пурпурные и синие цвета, затем шли голубые и зеленые. Тут и там висели гирлянды и фонари, но по мере продвижения вокруг становилось все темнее и тревожнее. Количество сопровождающих Сергея гостей уменьшилось.

    В последний темный зал с красными окнами детектив зашел в полном одиночестве. (тут все прикольно, это аллюзия на аллюзию, то есть я пародирую сцену из "Террор" Дэна Симмонса, но эта книга была в ЛК1, я её не загадывал, зато описываемый фрагмент в ней - аллюзия на Эдгара По "Маска красной смерти", да, она вроде тоже была в ЛК1, но сюда захотел вплести и вот она родимая)
    У дальней стены виднелось что-то белое. Сергей приблизился и разглядел медведя в черных доспехах ("Золотой компас" aka "Северное сияние" - Филип Пулман), с опущенным забралом шлема. Из ноздрей стража вырывался пар, а мелкие черные глазки-бусинки следили за каждым движением Сергея.

    - Мистер детектив?

    От неожиданности Сергей чуть не проглотил собственное сердце. Отшатнувшись он зацепился ногой за невесть откуда взявшуюся, будто змею, цветастую ленту (цветастый = colorful = пестрый. Ну и кто читал/смотрел знает про змею "Пестрая лента" - Артур Конан Дойл) и упал прямо на декорации. Одноногий чугунный котел весело покатился, сметая со своего пути чучела смеющейся зайчихи (атрибуты из "Сказки барда Бидля" - Джоанн Роулинг), однорогого оленя и крошечного крота с утиным носом и золотой цепочкой в лапках (книгу не читал, фильмы видел - "Фантастические твари, и места их обитания" - Джоанн Роулинг).

    Потирая ушибленные места, Сергей поднялся и встретился взглядом с хозяйкой окружающего великолепия - баронессой. Печальные серые глаза хозяйки приобрели немного насмешливый оттенок. Сама она не отличалась высоким ростом и статью, низенькая, высохшая, с острыми локтями и выразительным подбородком. Но её осанка и умение держать себя делали её почти привлекательной и молодили на десять-пятнадцать лет, возвращая ушедшую молодость. Быстро приведя в порядок свою одежду, детектив поцеловал протянутую руку.

    - Мадам Шанель. - представилась баронесса.
    - Сергей, очень приятно. - ответил детектив, снимая не существующую шляпу - так он представлял себе светские приличия.
    - Взаимно. Вы явились как раз вовремя. Празднование летнего солнцестояния замечательная вещь, но спустя двадцать-тридцать лет ("Двадцать лет спустя" - Александр Дюма) начинает приедаться: весь этот шум, речи, смотрящие вам в рот подданные, танцы, салюты. Только не с моими мигренями. Править не так-то просто, как об этом думают и пишут все кому не лень.
    - Я с вами полностью согласен, мадам Шанель. Вы меня ждали?
    - Ну, конечно, мой мальчик ("Мой мальчик" - Ник Хорнби). Я знала, что книга приведёт вас ко мне. Воистину уникальная вещица, очень редкая книга (партизан дня "Уникальный экземпляр" - Том Хэнкс), ведь она открывает пути между былью и вашими фантазиям. Вы ведь пришли увести Николаса?
    - Да! Вы хотите сказать, он ещё здесь?

    Мадам Шанель сочувственно покачала головой.

    - Увы, мой дорогой, вы опоздали всего на три дня ("Три дня" - Бернхард Шлинк). Он уехал со Львом, жестяным человеком и соломенным пугалом (вы вот думаете, что это Волшебник изумрудного города, а это всего лишь Алекс Лев - я же в этих историях кириллицей - робот Вождь и Пугало-убийца, куда уж там. Еще Каренина за Тотошку выдать, но обманный трюк удался, о чем свидетельствует следующая фраза :-D).
    - Похоже на какую-то другую сказку, не находите?
    - Вы бы не говорили так, если бы увидели сами эту банду. Посмотрите, что они сделали с моим бедным Стивенсом. - мадам Шанель показала на медведя в латах. - Он был тихим, мечтательным человеком, из тех, что интересуется только цветочками, пчелками (описание дворецкого Стивенса из "Остаток дня" - Кадзуо Исигуро), и не обидит и мухи (опять "Мухи" - Жан-Поль Сартр. Служил ещё при последнем господине, моем покойном отце, доне ("Последний дон" - Марио Пьюзо). А они опоили его магическим приворотным зельем, чтобы он не давал мне проходу, вымаливая поцелуй, хотя бы один ("Всего один поцелуй" - Елена Звездная, книга добавлена толерантности для. Читать бы не стал) в щечку. Век себе не прощу, что уступила его слезам и пламенным речам. Никогда до этого не замечала за ним подобной чувствительности. Он был идеальным слугой - не человек, а машина (дворецкий до глубины души), только верность и никаких чувств ("Чувства и чувствительность" / "Разум и чувства" - Джейн Остен). А теперь...
    - Не понимаю, как же он стал медведем?
    - О, очень просто. - ответила баронесса. - Я его поцеловала (привет "Обыкновенное чудо" - Евгений Шварц), вот он и превратился в зверя. Понимаете, на мне было такое проклятье. На моих крестинах отец повздорил с волшебником, а тот и отомстил, хотел погрузить всех в сон ("Спящая красавица" - Шарль Перро), но передумал. Ведь, что может быть чудовищнее, чем отобрать у человека любовь? Любовь! Вы только подумайте!
    - А что же ваш покойный отец? Он не смог отменить проклятье (здесь должна быть книга "Проклятье" - Чака Паланика, но пришлось убрать, не нашли) или попросить о помощи более лояльных кудесников?
    - К сожалению, нет. Он был, что называется, тираном и предпочитал видеться только с себе подобными ("Встреча тиранов" - Кир Булычев, такие дела). Так что его, мягко говоря, не любили. Всё, что мы имеем, было получено путем обмана. Веками люди жили под гнетом трехглавого змия, и только один храбрец осмелился бросить ему вызов. И победил, но оказался при смерти ("Дракон" - Евгений Шварц). Отец изгнал его, а сам прибрал к рукам власть. Я всю свою жизнь положила на то, чтобы исправить причиненное родителем зло, но из людской памяти не так-то просто убрать плохие воспоминания. Нельзя стереть одни из них и записать другие, полезные. Иначе, я воспользовалась бы этим средством (стереть одни воспоминания, чтобы записать другие, конечно же, это "Джонни-мнемоник" - Уильям Гибсон).
    - Не хочу показаться невежливым, но имеет ли эта история хоть какое-то отношение к Санте? Простите, Николасу? - Сергей осмелился задать волнующий его вопрос.
    - Разумеется. Ведь именно благодаря ему мы и достигли всего. Он и был тем самым рыцарем без страха и упрека (фразеологизм, книгу не ждал), что спас нас от одного тирана и отдал в руки другого. Но, поскольку, Николас пришел из другого мира, здешнее время не трогало его, вот он и залечивал раны так долго, что вернулся лишь когда не стало человека, которому он собирался отомстить.
    О, Николас был прекрасен словно истинный король - и прошлого, и завтрашнего дня ("Король былого и грядущего" - Теренс Уайт). Мы думали, что он явился из будущего, когда увидели построенные им заводы и двухколесных скакунов (велосипеды делал Санта. "Янки из Коннектикута при дворе короля Артура" - Марк Твен). Но оказалось, что это не так. Николас — это создатель нашего мира (не думал, не гадал, что "Игры демиургов" найдут здесь, а не в первой фразе компота, ну так все равно в зачет). Только его слову подвластны законы мироздания, он знает истинные имена вещей. А ещё он умеет слышать других и молчать, словно древний маг ("Чтобы слышать других, самому надо молчать" (с) "Волшебник Земноморья" - Урсула ле Гуин. Известная фраза из известной книги от известной писательницы, чего там в турнире народ ныл. Два умения - слушать и молчать, молчать и слушать. Ну не все умеют, но качества самые важные, какая без них учеба?!).
    Где же мои манеры! Я наверное вас утомила? Прошу извинить мои маленькие причуды. Теперь мне не скоро удастся найти такого же благодарного слушателя.
    - Что вы, что вы! Продолжайте, может быть вам доводилось встречать человека похожего на меня? Того, кто подговорил Николаса оставить ваш волшебный край?
    - Я вижу в вас задатки ясновидящего! - засмеялась мадам Шанель. - Да, все верно. Несколько недель назад появился странник, не показывающий лица. Desdichado, без роду и племени. Участвовал в турнире и победил моих лучших бойцов ("Айвенго" - Вальтер Скотт), но я чувствовала, что он чужак в нашей стране (опять подсказка, чтобы "Чужака в стране чужой" не забыли добавить), и принесёт одно лишь горе. Николас выказывал гостю свое расположение и ходил за ним, как щенок, так сильна оказалась привязанность.
    - А чем они занимались?
    - Да разными механизмами и аппаратами, я в них ничего не понимаю. Но они приносили им радость ("Механизмы радости" - Рэй Брэдбери, что же еще им радость-то приносило?), так что я старалась не мешать. Николас говорил, что построит летающую лодку и покажет мне наши земли с высоты птичьего полета. Как я ждала этого дня: каждый день слышать «ещё чуть-чуть», «извольте, подождать», «завтра». Но нет! Этому дню не суждено было наступить ("Если наступит завтра" - Сидни Шелдон). Однажды Грэта (уже не помню из какой книги взял имя, наверное не важно), которую так обихаживал и задабривал Desdichado, увидела то, чего не должна была увидеть, и пропала. Исчезла без следа ("Исчезнувшая" - Гилиан Флинн)
    - Грэта? Кто это? Что с ней случилось?
    - Грэта, моя личная служанка. Она заботилась обо мне ещё тогда, когда я была невинным младенцем. Давным давно, ещё девочкой, она оказалась привлечена свидетелем на одном судебном процессе и дала показания, ложные (здесь и далее микс из "Искупление" - Иэн Макьюэн и "Рассказ служанки" - Маргарет Этвуд, ведь она же записывала истории-рассказы), хотя в тот момент, она считала иначе. Что бы там ни было, со временем правда выплыла наружу, и все двери закрылись перед бедной Грэтой. Девочка приняла обет молчания и явилась ко двору моего отца. Всё свое время и любовь она направила на меня. Заменила мне мать, которой я не знала. А ещё придумывала самые разные истории, записывала их в своих многочисленных тетрадках и давала мне почитать (что я говорил! Ясновидящий, нет?).
    Сначала эти рассказы казались незамысловатыми, больше похожими на наблюдения за всякими мелочами. Но потом в её историях появились сюжеты: про дружбу и предательство, любовь и ненависть, но всегда со счастливым финалом. А годы спустя она увлеклась зоологией и начала изучать волшебные создания. Самыми любимыми у неё были драконы. Она могла рисовать их часами, так подробно и реалистично, что картины порой пугали невежественную публику ("Естественная история драконов" - Мари Бреннан). Мне порой казалось, что Грэта сама - дракон, заколдованный в женщину ("Техану" - Урсула ле Гуин, хотя этот же образ в 6 книге из цикла есть, но я решил именно 4 ждать. а 6-ю в другом месте).
    - Но, что всё-таки с ней произошло?
    - Есть ещё одна великолепная легенда ("Еще один великолепный МИФ" - Роберт Асприн) о том, как девочка-дракон жила среди людей, обиженная и униженная в детстве (вас бы в костер пихнули, и не так бы озлились, все из "Техану"), она мстила всем и каждому за дурное обращение. Но со временем, полюбила тех, кто относился к ней по-доброму, открыла им свое сердце. И вот настал день, когда стены, защищающие мир живых от мира мертвых, начали рушиться, и только эта девочка, ставшая уже взрослой женщиной, могла защитить живых ("На иных ветрах" - снова). Тогда она обернулась драконом и взлетела, чтобы увести неупокоенные души за собой. Женщина-дракон пожертвовала собой, чтобы искупить вину, которую она ощущала долгие годы. Пожертвовала собой ради других. Вот и я подумала, может быть моя Грэта — это дракон, который улетел, чтобы защитить нас.
    - А что заставляет вас так думать? - спросил Сергей.
    - Грэта приходила ко мне ночью, пыталась объяснить знаками, что она была в лаборатории Desdichado и увидела что-то страшное, но я так мучилась головной болью, и попросила её записать всё в тетрадь и принести мне утром. Но утром…
    - Грэта, Николас и таинственный гость исчезли? И редкие свидетели видели с ними ту странную компанию, о которой вы упомянули?
    - Верно. А тетрадь оказалась пуста, точнее, последние страницы кто-то вырвал. Так я лишилась сразу двух человек, которых любила больше жизни. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь оправиться от этого удара.
    - Но, кто предупредил вас обо мне?
    - Я же говорила, книга, что у вас в руках. Я видела её прежде, и, разумеется, читала тайком некоторые страницы. Ваше имя было упомянуто в ней.

    Раздался топот множества ног, а через несколько мгновений появились гвардейцы в бряцающих доспехах. Чуть отстав, за ними вприпрыжку нёсся толстенький церемониймейстер и что-то кричал.

    - ...еда! Беда ("Беда" - Гэри Шмидт)! Пожар! - орал толстяк, надрываясь. - ..аша… илость! Пожар!

    Баронесса подхватила платье и побежала навстречу слуге и гвардии, насколько ей позволяли не предназначенные для бега туфли.

    - Постойте! Мадам Шанель, вы видели книгу у Николаса? - закричал Сергей и ринулся вдогонку, но два оставшихся гвардейца перегородили ему дорогу и не давали пройти.

    Грозно насупившись, гвардейцы выхватили мечи из ножен и предостерегающе направили в сторону детектива. Дело грозило обернуться катастрофой (второй раз "На грани катастрофы"). Но тут позади охраны будто из тени вынырнул Билл и со всей силы приложил гвардейцев друг к другу лбами. Один из солдат остался в сознании и с расширенными от ужаса глазами смотрел на мистера Дора. И шептал: «нет, нет… не сейчас… прошу» (он-то понял. кто перед ним)

    - ЧИТАЙ! - прогремел голос Билла.

    Сергей не посмел ослушаться.

    ***

    Как только прошло головокружение ("Головокружение" - Франк Тилье) Сергей тут же устроился в своем кресле, чтобы изучить новое письмо от Санты, а он не сомневался, что такое последует. Все эти путешествия — просто замечательное времяпровождение, но они нисколько не приближают к цели. Нужны факты, улики, портрет незнакомца, или сама жертва.

    «Ваша милость, миссис Шанель, мой нижайший вам поклон!
    Как ваше здоровье? Беспокоит ли боль в колене? (пока мне не объяснила Rubina я не мог понять, где дегустаторы увидели книгу "Мастер и Маргарита"
    - Михаил Булгаков, колено, конечно, в корне меняет дело, учитывая дальнейшие сравнения в письме. Я ведь не специально, подсознание может все. Стивен Кинг прав - читайте больше, пишите лучше)
    Вы продолжаете лечение по моему рецепту? Надеюсь, что оно вас не слишком обременяет, и приносит пользу.
    Прошу поведайте, как прошёл бал? Могу поспорить, всё было просто чудесно: и фейерверки, и музыка, и угощения. Пора обновлять запасы в погребе, ведь горожане порой хватают лишку по случаю ваших праздников, но, конечно, не мне вас учить вести дела. Для них вы — Царица, да что там, Богиня! Как жаль, что нам пришлось уезжать второпях и налегке ("Налегке" - Марк Твен / "Путешествие налегке" - Туве Янссон), и мы не успели толком попрощаться. Может быть мне удастся смягчить вам горесть расставания, если я скажу, что испытания цеппелина прошли успешно?
    Да, это настоящий триумф!
    Мы с Л. управляем нашим капризным детищем по очереди, сменяем друг друга каждые девять-десять часов, так удается отдохнуть и поспать. Спутники наши не столь общительны. Железный грустит - мы сделали его ответственным за чистоту на палубе. А вот Молчуна (Пугало не разговаривает) отправили на кухню, помощником, разумеется. Вряд ли он обладает должным вкусом и обонянием для готовки, но с острыми предметами ("Острые предметы" - Гилиан Флинн, я уже начал поддаваться;-)) обращается виртуозно, как настоящий азиатский повар-жонглер. Да-с.
    Ну, а готовит Грэта. Мы обнаружили её в нашем трюме уже после взлёта. Поворачивать было поздно, конструкция ещё требует доработки, поэтому пока стараемся как можно реже опускаться на землю. Обещаю, что мы найдём способ вернуть вам вашу наперсницу в будущем году.
    Сейчас мы держим путь за мороженным - в снежные горы горячего южного континента (в Африку летят за самым дорогим в мире мороженным в горах Килиманджаро. "Снега Килиманджаро" - Эрнест Хемингуэй), но, вероятно, сначала сделаем остановку в Европе (это название региона в моем мире), прикупим кое-что и оставим цветы для Жоан на de l’Étoile (на всем известной площади всем известная арка, а Жоан - персонаж, такая вот "arc de triomphe de l’Étoile" или "Триумфальная арка" - Эрих Мария Ремарк), а потом снова в путь ("Опять в путь" - Дуглас Адамс, вот эту книгу я от вас ждал, а не цикл или первую часть, робот-меланхолик унаследован от ЛК1;-)).
    Прошу не забывайте меня, и ждите!
    Шлю вам мой заключительный поклон ("Его прощальный поклон - Артур Конан Дойл / "Последний поклон" - Астафьев)! Прощайте! А впрочем нет, не так ("Не прощаюсь" - Борис Акунин). До свидания!
    Искренне ваш, Николас»

    Слишком много действующих лиц и слишком мало деталей! Тут никакой дедукции не хватит, сплошь фантастика, а не детектив. Может и то, и другое проникли друг в друга или фантастика вторглась на чужую территорию (ВОТ ТУТ ПРОИЗВЕДЕНИЕ, КОТОРОЕ НИКТО НЕ ДОЛЖЕН БЫЛ НАЙТИ, но по завершению ЛК10 в уходящий поезд влетела Lapy! Аплодисменты! "Фантастика вторгается в детектив, или последнее дело комиссара Дебрэ" - Илья Варшавский. Лично я мог нагуглить только зная фио автора, без этого не вышло).

    - Не понимаю! - воскликнул в сердцах Сергей.
    - Лучше бы тебе разобраться. - едко вклинился в монолог Билл. - Помни, так или иначе, кто-то ответит за Санту. Я пока не представляю, как ты выкрутишься.
    - Чтоб ты провалился со своим карканьем! - рассердился Сергей. - Пора в путь, давай, что там у тебя, не томи.
    - Как прикажете.

    Билл приблизился к детективу и бесцеремонно принялся укреплять ему электроды на висках, шее, затылке, лбу. Вслед за ними пошли необычные разъемы: вовсе не usb, а похожие на древние шлейфовые кабели и шины. Всё это венчалось ободком с непроницаемой маской, на передней стенке которой было выгравировано «Matrix switch. Icebreaker v3.1.2. Count Zero. Molly’s LTD» (куча всяких атрибутов к трилогии Гиперпространство, но Count Zero - Граф Ноль или Счетчик Ноль, весьма конкретная книга "Граф Ноль" - Уильям Гибсон), - угловатая, некрасивая и громоздкая конструкция. Хотя гики всего мира впали бы в экстаз от одного только вида сей допотопной техники. Но будучи двигателем прогресса Сергей не относил себя к ярым фанатам новомодного железа.

    - Готово. - сказал Билл, присаживаясь рядом и втыкая штекер к себе за ухо. - Расслабься и получай удовольствие. Сейчас вылетит…

    Возврат к началу

    ответить
  • ***6***



    ...птичка.

    Сергей ощутил себя парящим орлом ("Орел в небе" - Уилбур Смит), величественным и бесстрашным покорителем ночного неба. Вот это полет ("Ночной полет" - Антуан де-Сент Экзюпери! Встречный ветер прижимал одни перья ближе к телу, другие заставлял трепыхаться. Взмах крыльев (здесь должны были быть "Крылья", но увы). Пауза. Ещё один взмах. А теперь вверх, вверх. Холодный ночной воздух не мог сковать движения вольной птицы. Сердце билось в груди с доселе неслыханной частотой и тепло разливалось по упругим мышцам. Город внизу сиял мириадами огней: свет окон, пятна фонарей, расходящиеся лучи фар, короткие вспышки телефонов… Нет, это просто зажигалки.

    Сергей снизился, чтобы пролететь между двойными башнями собора, а затем взмыл ввысь в нескольких дюймах от острого шпиля ("Собор Парижской Богоматери" - Виктор Гюго). Инстинкт вёл орла дальше к реке, и некоторое время Сергей летел вдоль неё, чтобы затем свернуть на оживленные улочки с сияющими мостовыми, тут и там покрытыми лужами.

    Несмотря на позднее время из десятков крошечных кафешек, баров и клубов доносилась музыка и разноголосье, а веселые беспечные люди шатко вываливались из одних заведений, чтобы через несколько шагов-минут заглянуть в другие. Ночная жизнь, подумал Сергей и одновременно с этим почувствовал, словно по наитию, что пора снижаться.

    Самая сложная часть в любом полете — это мгновения перед взлетом и посадкой. Пернатый детектив немного не рассчитал маневр и слегка отшиб о мостовую лапки, то есть ноги.

    Ноги? Да, они самые - в начищенных блестящих туфлях, с подходящими к ним неброскими, но стильными брюками. Расстёгнутый пиджак, легкий шарф и берет. Да, я Альфонс ("Господин Альфонс" - Александр Дюма), улыбнулся Сергей своему новому облику в отражении ближайшей витрины. А позади стоял…

    - Не подходи! - сказал Сергей, оборачиваясь.
    - И не ДУМАЛ. - ответил Билл меняющимся голосом и накинул капюшон на голову. - Подожду тебя здесь. Погуляю. Может что ИНТЕРЕСНОЕ УВИЖУ.
    - Эээ… хорошо, - ответил Сергей, стараясь не таращиться, но не в силах отвести взгляд. - Ладно. Мне, видно, сюда. - детектив открыл дверь ближайшего заведения.

    Звук дверного колокольчика потонул в шуме множества голосов. Казалось, все столики заняты, и, похоже, некоторые посетители не погнушались принести с собой раскладные стульчики и ящички, чтобы втиснуться в популярное бистро и посидеть с друзьям за рюмкой коньяка, бокалом вина или кружкой-другой пивка. Приятное заведение, чтобы пообщаться всласть и устроить поздний ужин.

    На противоположной от входа стене красовались фотографии хозяев заведения - очаровательной пары - с какими-то, очевидно, знаменитыми деятелями искусств, а может представителями большой политики. Вымученные улыбки, раскрытые рты, скованные позы, прищуренные глаза и засвеченные лица. Всё как обычно. В стороне от них за толстым стеклом висела броская куртка из змеиной кожи (Николас Кейдж прислал. Снова "Чайная на Малберри-стрит" - Шэрон Оуэнс). Откуда-то из подсобки вынырнул полноватый хозяин, выставил несколько мясных блюд, венгерских или чешских, а затем, освободившись, подошел к Сергею.

    - Простите сэр, но мест нет. - хозяин повел рукой, подтверждая свои слова жестом. - Всё переполнено. Сами понимаете, Рождество.
    - Да, Рождество, конечно. - Сергей потер переносицу, размышляя. - Но меня ждут.
    - Вот как? Кто же?
    - Жан. - ответил Сергей первое пришедшее в голову имя. По изменившемуся лицу хозяина заведения он понял, что сморозил глупость.
    - Что же… тогда прошу за мной.

    Будто ещё колеблясь, мужчина подошел к неприметной двери и отворил её, затем пропустил Сергея вперёд.

    Внутри было душно и грязно, в воздухе весел густой табачный дым (почему-то именно в этом месте я вспомнил про "Дым" - Ивана Тургенева, его нашли не сразу, я уж думал убирать, а вот Нила Геймана совсем и не чаял. хотя там атрибуты были рядом). Пахло дешевыми сигаретами и разлитым пивом. Однако в этой зале царила если не тишина ("Тишина" - Питер Хег), то более спокойная и умиротворенная атмосфера чем в главном. Люди сидели группами по три-четыре человека и общались вполголоса. Некоторые коротали время за шахматами, другие о чем-то спорили, жестикулируя и похлопывая друг друга по плечу. Одинокий мужчина занимал угловой столик, усеянный толстыми стопками исписанной бумаги. Он не пил, не смеялся, ни с кем не разговаривал, а просто сидел, устремив в пустоту меланхоличный рассеянный взгляд.

    - Грустит. - сказал хозяин, кивая в сторону одиночки.
    - По кому? - спросил Сергей.

    Что-то настороженное промелькнуло в глазах собеседника, отчего Сергей снова почувствовал себя глупо.

    - А вы не знаете, должно быть... По Альберу, конечно. Хоть они и были заклятыми противниками, в глазах общества. А теперь, его нет, Жан остался один. Можно сказать, вышел победителем. А толку-то. - хозяин махнул рукой. (В принципе от самого входа в помещение я описывал бистро "Бальто" из книги "Клуб неисправимых оптимистов" - Жан-Мишель Генассия. Как вы догадались Сартр грустит после смерти своего прижизненного оппонента Камю, только теперь некоторые начинают понимать, насколько глубоки и сложны были их взаимоотношения, за пределами ненависти или показной войны)
    - Я наверное, не вовремя… - неуверенно произнес Сергей.
    - Да вы присядьте где-нибудь, скоро его отпустит, тогда и поговорите. - успокоил его хозяин, собираясь уходить.
    - Спасибо! - отозвался Сергей.

    Чтобы не слоняться без дела, детектив сделал вид, что ищет место и прошелся между столиками, поглядывая на людей, прислушиваясь к их словам и подмечая детали обстановки. Остановился он только у шахматистов. Детектив немного разбирался в игре и знал названия некоторых стратегий. Сейчас перед ним на шахматной доске разворачивалась битва настоящих виртуозов. Испанская партия, переходящая в бельгийскую. Только что один из игроков съел коня, которым пожертвовал его оппонент. Но зачем последний это сделал? (бельгийская - фламандская. "Фламандская доска" - Артуро Перес-Реверте)

    Заинтересовавшись, Сергей присел. Игроки ("Игроки" - Николай Гоголь, тут по-гоголевски, не по-достоевски) не обратили никакого внимания на его присутствие. Несколько минут длилась тишина (ну вы поняли), потом второй игрок ответил первому отчаянной атакой, но противник ушел в глухую оборону (там дальше еще имя будет как у Лужина, так что это "Защита Лужина" - Владимир Набоков). Теперь пауза между ходами стала дольше. Сергей поднял голову и заметил странную картину на стене: гигантский толстый и длиннобородый старик залез на остроконечную башню древнего замка и зажал в руке орангутана. Что-то было неправильно в этой нарисованной сцене. Даже голова начала болеть от её созерцания (реальная сцена из книги "Движущиеся картинки" - Терри Пратчетт. Как вы могли догадаться, сцена пародирует с точностью до наоборот фильм "Кинг-Конг").

    - Сдавайтесь, Саша, вы не можете больше атаковать. Признаюсь, защита неплоха, но против итальянской атаки вам не устоять. Через девять ходов, я поставлю вам мат.
    - Сдаются только безвольные слабаки, Никита. Я себя к таковым не отношу. Это только вы по молодости бахвалитесь, а сами сдали страну преступникам. Словлю вашего короля через восемь ходов.
    - Чушь, собачья (одноименная книга вычеркнута)! Вы просто жалкий хвастун! - повысил голос Никита.
    - Что-о? - покраснел Александр. - Пари?
    - Пари!

    Шахматисты пожали друг другу руки и снова углубились в игру. И хотя Сергей понимал, что прерывать их не вежливо, но всё-таки решился спросить:
    - Что это за место?
    - В первый раз? - спросил Саша, даже не оборачиваясь.
    - Да, раньше не бывал здесь.
    - В таком случае, добро пожаловать в каталажку (ну это еще раз к книге "Незнайка на луне" - Николай Носов). - ответил другой игрок.
    - Куда-куда?
    - Зоопарк, гадюшник, обезьянник ("Добро пожаловать в обезьянник" - Курт Воннегут). - уточнил Никита. - Мы - представители самого многочисленного объединения на этой планете! Клуб неудачников. Это наш мир, и мы вас сюда приглашаем, молодой человек (приготовьтесь - "Добро пожаловать в мир, малышка" - Фэнни Флэгг). Добро пожаловать! Теперь и вы с нами. Да хранит нас Бог, покуда мы живи и здоровы, не на что сетовать.
    - Не обращайте на него внимания, товарищ. Это конченный человек. Динозавр! Его время прошло, и уже не вернётся. Скоро пламя революции охватит всю Европу, и тогда наступит рай на Земле. Наши вожди очистят города от истинных преступников и грабителей, а простые люди вместе станут строить светлое будущее. Вот где мы будем приветствовать вас по-настоящему (тонко, но "Добро пожаловать в рай" - Бернард Вербер. Книга загадана, а писателя я не люблю). И тогда…

    Ah look at all the lonely people
    Ah look at all the lonely people
    Eleanor Rigby, died in the church
    And was buried along with her name
    Nobody came (ну вы поняли, одинокие люди умирают, никто не приходит. "Смерть - дело одинокое" - Рэй Брэдбери. Не мог же я эту песню пропустить. Хотя книга "Элеанор Ригби" всплыла в версиях, но я про нее как-то не вспомнил:-))


    - Простите пожалуйста, - Сергей быстро открыл и захлопнул шкатулку, невесть откуда появившуюся у него на коленях.

    С каждым разом всё позже и позже. Что-то с ней не так, подумал Сергей. И откуда только взялась?

    - Любопытственная вещица. - в глазах Саши загорелся интерес. - Вы позволите?

    Сергей не горел желанием расставаться со шкатулкой, но решил воспользоваться ей как предлогом для продолжения знакомства. Он передал предмет шахматисту, и тут заметил единственную ("Единственная" - Ричард Бах. Где же романтика, дамы и господа?) женщину в этом зале. Невысокая и коренастая, она обладала настолько располагающим и добродушным лицом, что всякому встречному было очевидно — перед ним женщина широкой души, хороших нравов, крепко стоящая на ногах, и движущаяся ко вполне определенным, пусть и приземленным, жизненным целям. Она была одета в белоснежную, без единого пятнышка, блузу, коричневый передник и темную юбку, едва скрывающую колени. Морщинки и намечающаяся седина говорили, что ей уже за сорок, но судя по фигуре и ловкости движений, до полувека она, вероятно, не добралась.

    - Кто это? - поинтересовался Сергей у Никиты.
    - А, это Огюстина, жена Марко, владельца «Бальто». - ответил тот, выдыхая вонючий табачный дым.
    - Он, что хорват?
    - Француз, месье. Здесь все французы: Месье Марко, я, Огюстина, вот этот шут гороховый — тоже француз. А вы, кто таков будете?

    Сергей понял, что за ошибочной простотой и отстраненностью собеседника скрывается проницательный и наблюдательный ум. Что ж, не стоит играть в загадки с таким человеком.

    - Меня зовут Сергей, я детектив.
    - Очень приятно. Так вы мой соотечественник? - рассмеялся Никита, с силой тряся руку Сергея.
    - В некотором роде, хотя подобно вам предпочел покинуть родину и поселиться в более тихом и способствующем отрешению от суеты месте.
    - Уехали из нашей вечной зимы в страну вечного лета, где нет лишних тревог ("Зима тревоги нашей" - Джон Стейнбек)? Да вы поэт (здесь должен был быть "Поэт" Коннели, но нет)! Только, не сердитесь! Вы мне нравитесь, детектив. И как вам всё это? - Никита обвел рукой окружающее пространство. - Шумновато, неправда ли?
    - Верно. - согласился Сергей. - Но, издержки профессии. Сами понимаете.
    - Вы уж извините старика за любопытство, Сергей, не знаю как вас по батюшке, - вмешался Саша, вернув шкатулку владельцу. - А что вам собственно нужно? Нам проблемы ни к чему, учитывая, так сказать, наш особый статус в этой стране (какой у них статус, у этих "французов"? "Эмигранты" - Алексей Толстой), не хотелось бы неприятностей. Уж не по нашу ли душу вы явились?
    - Нет, совершенно невозможно. Я ищу Николаса. Может быть вы знаете его, как Николая. Крепкий такой мужчина, с бородой. - Сергей отметил про себя, как переглянулись Александр и Никита. - Легкий на подъем, повеса, весельчак, детей любит.
    - Похоже, ему нужен Коля, как думаешь? - спросил Никита у Саши.
    - Да, это точно он. Хотя про детей в первый раз слышу. - пожал плечами Александр.
    - Замечательно! Он часто здесь бывает?
    - Ещё бы. Каждый день, ну или почти каждый. - Никита выпустил очередную порцию табачного дыма.
    - А сегодня? - уточнил Сергей.
    - Сегодня ещё не был. Да вы посидите, может придет ещё. - снова вмешался Саша. - Он работает здесь приходящим официантом, находится в подчинении у месье Марко. А Огюстина строит ему глазки, только Коле всё как с гуся вода.
    - Александр Иванович!
    - Что, Никита Тимофеевич?
    - Вы забываетесь, месье. Извольте при посторонних людях не клеветать на близких, тем более на такую прекрасную женщина, как наша Огюстина.
    - Ха! Вот уж вы со своей записной моралью носитесь, предупредительные, галантные, а пожар не увидите, пока носки не загорятся. - махнул рукой Саша и повернулся к Сергею. - В общем, отвечая на ваш вопрос: появляется, но сегодня не пришел. Отправился он вчера с каким-то приятелем культурно отдохнуть, видимо решил найти питейную посолиднее, чтобы угостить даму, а сегодня, знать, отдыхают-с.
    - Скажите, а этой даме примерно за шестьдесят-семьдесят лет (если вы обратили внимание на то, что Грэта юной пришла нянчить баронессу, то с учетом возраста баронессы, молчаливая служанка чуть старше 18-ти в этом году:-)? Все время молчит?
    - Про возраст не знаю, не приучен спрашивать о таких материях, у женщин. Но, кажется, мы с вами подразумеваем одно и то же лицо. Кажется, месье детектив напали на след. Верно? - спросил Саша.
    - Может быть. - пробормотал Сергей, прикусив губу. - А что вы можете сказать про молодого человека? Этого, приятеля?
    - А что вас интересует? - ответил вопросом на вопрос Александр.
    - Кто таков, как зовут, как выглядит?
    - Да высокий такой, долговязый, много шутит. Как звать не помню, как будто и по-нашему, но на местный манер высокопарно. Тьфу!
    - Понятно. Значит, скрылись.
    - Что вы говорите? - удивился Никита. - Как скрылись? Куда?
    - Я бы предпочел оставить это между нами, но, по всей видимости, Николай не вернётся, раз уж он появился в обществе того молодого человека и леди. А вот, куда они делись, мне самому интересно. - ответил Сергей.
    - Очень жаль, хороший паренек. Для Огюстины это будет настоящий удар. Вы, наверное, не знаете, но в войну они с Марко потеряли сына. Он отправился на фронт в возрасте шестнадцати лет, обманув комиссию, да так и остался в земле где-то на границе с Бельгией. А Марко вернулся из плена через шесть лет, и когда узнал, чуть не умер от горя. Представляете, пройти сквозь все невзгоды и лишения, выжить там, где девять из десяти умрут, но остаться без единственного сына. Марко с Огюстиной пришлось тяжело, но они справились, хотя что-то в их отношениях сломалось, и больше детей они не заводили. Хотя чувства у Марко и Огюстины теплые и привязанность сильна. Я бы сказал они близки друг другу, но словно как друзья или родные брат с сестрой, а не муж и жена. Он теперь готовит еду, изобретает десерты, а она обслуживает клиентов, и заботится обо всех нас. Без мадам Огюстины нас всех ждала бы улица, голод, каталажка, и депортация. Не мне вам рассказывать, чем это грозит.
    - Мда. Как вы думаете, Огюстина может сообщить мне что-нибудь важное про Николая? - спросил Сергей у Александра и Никиты.

    Мужчины переглянулись, не спеша затянулись и почти синхронно выдохнули дым, потом, словно в очень старой извращенной итальянской комедии (мне сразу приходит в голову "Божественная комедия" - Данте Алигьери, но если вы не согласны, дальше будет еще намек) дружно покачали головой и каждый положил руку на плечо детектива.

    - Невозможно. - начал Никита.
    - Исключено. - продолжил Саша. - Они никак не связаны.
    - Только работа.
    - Предположительно.
    - Можете не сомневаться.
    - Он ни о чем не подозревает, а она ни за что не признается.
    - Трогательная любовь.
    - Ужасная драма и коварство судьбы ("Любовь и коварство" - Фридрих Шиллер).
    - Напишите об этом пьесу, только поменяйте имена, декорации. Можно что-нибудь в восточном стиле. С нищими, гейшами, грабителями и якудза. - с улыбкой произнес Никита. - То-то будет номер, детектив стал драматургом!
    - Покорите театр (Ага. Эраст Петрович. "Весь мир - театр" - Борис Акунин)
    ! - внес свою лепту Саша. - Но к мадам Огюстине, не приближайтесь. Я вас очень прошу.
    - Мы вас просим. - добавил Никита.

    Некоторое время собеседники смотрели друг на друга, потом Сергей опустил взгляд, а Никита с Александром вернулись к игре. Делать тут больше нечего. Снова опоздал — на один день, а быть может несколько часов. Ведь не мог же Санта уйти, совсем ни с кем не попрощавшись. Пора отправляться домой, но где же Билл? Ах, да, гуляет по ночному городу. Ну что же, не буду ему мешать, подумал Сергей и стал исследовать пальцами собственный затылок, но не нащупал никаких проводов.

    - Шах и мат. - сказал Александр.
    - Что?

    Никита даже привстал.

    - Не может быть! У меня все ходы записаны. Тут какая-то ошибка.
    - Ошибка у вас в голове, молодой человек. - назидательно произнес Александр. - А у меня всё точно, восьмой ход. Извольте-с, выполнять. Долг чести.
    - Ладно-ладно, когда-нибудь и ты мне подставишься. - Никита погрозил пальцем оппоненту. - Мадам Огюстина! Милая, принесите, пожалуйста, шампанского. Да-да, на всех, я угощаю.

    Сергей поднялся и протянул руку Саше и Никите.

    - Спасибо за помощь, друзья, но мне пора.
    - Да вы оставайтесь! Выпьете с нами, никуда не денется ваш Николай, а пока отметим мою победу и это, как его, Рождество, католическое. А? - предложил Саша.
    - Спасибо, но я правда тороплюсь. Боюсь время на исходе. - заверил собеседников Сергей и поспешно ретировался, заприметив хозяйку заведения с несколькими бутылками явно дорогого игристого вина.

    Искать Билла долго не пришлось. Он стоял прямо у выхода, облокотившись на высокий деревянный столик, почему-то не убранный на время дождя, и смотрел на звезды (здесь был по плану Крапивин "Звезды под дождем", но ладно, нет так нет). Количество прохожих уменьшилось, но город все равно светился праздничными огнями и казалось дышал благополучием. Жизнь налаживалась. Пройдут годы и вырастет поколение, которое не узнало ужасов войны, именно им предстоит восстановить то, что разрушили эгоистичные лидеры вечно дерущихся стран. Это будет нелегкий, но необходимый путь.

    - Пугаешь прохожих? - спросил Сергей. - Выглядишь чертовски отталкивающе.
    - НЕ ШУТИ СО МНОЙ, КРАСАВЧИК. - ответил бесцветным голосом Билл. - ПОРА. УХОДИМ.
    - Подожди, я никак не могу разобраться, как это отключить.

    Сергей показал на затылок и снова принялся что-то там выщупывать. Билл молча схватил одной рукой детектива за плечо, развернул, а пальцами второй руки ткнул детективу в основание черепа. Затылок Сергея пронзила боль и огни приветливого города погасли.

    ***

    Электричества не было. Гирлянды не подавали признаков жизни, лампы и люстры не выдавали ни единого люмена. Холодильник, климат контроль, обогреватель — все приборы хранили молчание ("Молчание" - Сюсаку Эндо), кроме непотопляемого Биг Бена, мерно отстукивающего ритм утекающих в ничто песчинок в часах Жизни. Катастрофа!

    Сергей дал глазам время, чтобы привыкнуть к царящему в доме полумраку. Затем положил шкатулку на стол и отправился проверять наружный электрический щиток. Под входной дверью он обнаружил визитку своего детективного агентства с намалеванным на обратной стороне именем «Backson А.» ("Скоро вернусь, Алекс". Busy Backson - таинственный Бизи из "Винни-Пуха" Алана Милна, кажется второе вхождение) Находка отправилась в карман, а детектив — на улицу.

    Пробки целы, все переключатели в правильном положении. Значит, перебои с электричеством на всём острове. В следующем году губернатору не видать голосов островитян как своих ушей. Неудачники, так облажаться в Рождество ("Рождество с неудачниками" - Джон Гришэм), — электорат запомнит надолго. Сергей захлопнул крышку и скорее вернулся в дом ("Возвращение домой" - Розамунда Пилчер, там еще в следующей главе будет, но пока помню), пока руки совсем не окоченели.

    Билл Дор разобрал один из диванов в гостиной и прилёг, укутавшись в плащ, его длинные костлявые ноги свисали с подлокотника, а грязь с ботинок капала прямо на ковер. Неприятное зрелище, подумал Сергей и принялся за поиски. Обычных свечей детектив не держал, слишком пожароопасно, да и коптят сильно, но где-то был набор светодиодных, подаренных сослуживцами в прошлом году. Если батарейки не сели, то хотя бы одной из комнат можно вернуть жилой вид.

    Свечи так и не нашлись, зато в комоде обнаружился power ball – лучше чем ничего. Хорошенько раскрутить стеклянный шар ("Хрустальный шар" - Станислав Лем) удалось только с пятой попытки, но зато разноцветные огни выхватили из полумрака угол стола, на котором Сергей разложил вынутые из шкатулки письма. Шестой лист, девственно чистый до сих пор, пошёл складками и сам собой свернулся в мятый бумажный ком. Не прекращая вращения, детектив одной рукой разгладил свёрток, вот что в нём говорилось ("Говорящий свёрток" - Джеральд Даррелл):

    «Миссис Огюстина, мистер Марко!
    Вы были добры ко мне. Словами не передать как я благодарен вам за тот кусок хлеба, что смог обеспечить себе благодаря вам. Дни проведенные в «Бальто» были самыми лучшими в моей жизни, ведь здесь я познакомился со столькими интересными людьми, научился играть в шахматы и проявлять фотопленку.
    В вашем кафе я встретил человека, который пообещал дать мне работу, где я смогу применить свои лучшие качества, чтобы принести огромную пользу человечеству. Это как раз то, о чем я так мечтал. Работа мечты. Разве могло быть лучше?
    Мне предстоит долгий путь, а не увеселительная прогулка (снова "Долгая прогулка" - Стивен Кинг), но я проделаю его не в одиночестве. Проводник Прометей обещал доставить меня так далеко на север, как только может один лишь он. Тогда никто не сможет помешать мне заниматься делом. Выглядит Прометей не очень, да и пахнет тоже. ("Франкенштейн, или современный Прометей" - Мэри Шелли) Но я считаю, что его лучше характеризуют открытое миру сердце, жаждущая знаний и любви душа, а не уродливые шрамы на лице ("Шрам" - Дяченко / Чайна Мьевиль или "Человек со шрамом" - Сомерсет Моэм) и гнилые зубы.
    Мой новый дом построен из дерева и льда. Вокруг ни души на сотни, а то и тысячи миль, если не считать будущих помощников, да фабрики, во владение которой я скоро вступлю. Жду не дождусь, когда увижу своего напарника. Прометей называет его безответственным и неуклюжим проказником, но я верю, что мы хорошо поладим и справимся с возложенной на нас миссией (знакомство с Мишкой). Жить в изоляции от всего света не просто, нам понадобится всё наше мужество и чувство юмора, чтобы не сойти с ума. Разве есть лучшее средство чем хорошая шутка ("Шутка" - Милан Кундера)?
    В последнее время я бросил писать книгу. Мне не хватает вдохновения, а учитель так далеко. Слишком далеко, чтобы подбодрить и дать новый совет. Он всегда верил в меня и считал, что стезя писателя — это мой единственно возможный путь. Но теперь-то мы знаем правду о нем (снова "Правда о деле Гарри Квеберта" - Жоэль Диккер). Я думал, что смогу поведать её миру, но мне не удалось. Чувствую, будто мне вымыли рот в грязной мыльной воде за то, что я написал (противная сцена из "Мизери" - Стивен Кинг). Боюсь, писательство больше не про меня. Другое дело эпистолярный жанр. Как считаете?
    Недавно мы проплывали мимо берегов Норвегии и стали свидетелями трагического события. Чудовищной силы водоворот утянул на дно корабль ("Низвержение в Мальстрем" - Эдгар По) груженый медью. Нам не удалось никого найти или спасти из экипажа, но водолазы выловили прочный зеленоватый браслет ("Атлант расправил плечи" - Айн Рэнд). Я храню его как память о тех несчастных людях. Прометей, однако, считает, что это подстроенное кораблекрушение. В этом мы с ним категорически не сходимся.
    А вчера мы обнаружили рыбака, несколько дней проведшего в открытом море без крошки хлеба и маковой росинки во рту. Голодный и обессиленный, он никак не мог разжать пальцы и выпустить леску, прорезавшую его мозолистые ладони ("Старик и море" - Эрнест Хемингуэй). Мы угощали его паэльей и подогретым вином, но не могли утешить. Он плакал над рыбными костями и долгие часы проводил в апатии, пока за ним не приплыл мальчик из того же поселения. Мы выбросили кости за борт, но мне показалось, что некоторые из них принадлежали человеку, а в прохудившемся мешке из лодки я нашел очки для подводного плавания и очень острый нож ("Человек-амфибия" - Александр Беляев).
    Такие вот необычные приключения. В следующий раз обязательно расскажу много интересного о том, как мы устроились на новом месте.
    Бесконечно благодарный вам, Николай»

    Сергей отложил письмо и задумался. Почему вокруг Санты столько драм и трагедий? Как будто он притягивает неприятности, а может и вызывает. Хотя, конечно, он не виноват во всем том, что происходит с другими людьми. Нельзя в одиночку бороться с несправедливостью и ударами судьбы, а Санта дарит надежду и радость.

    Противный скрежещущий звук, похожий на хруст суставов, прервал течение мыслей Сергея. Детектив обернулся и оцепенел. Билл Дор теперь лежал на боку и не мигая смотрел светящимися в темноте глазами прямо на Сергея. Две завораживающие синие точки в царящей темноте ("Взгляд из темноты" - Крис Картер).

    - ПОДОЙДИ.

    Сергей не шелохнулся.

    - ВРЕМЯ УТЕКАЕТ. СКОРО БУДЕТ СЛИШКОМ ПОЗДНО. НАМ ПРЕДСТОИТ ЕЩЁ ОДНО ПУТЕШЕСТВИЕ. ПОСЛЕДНЕЕ. - прогремел голос Билла. - ЕСЛИ НЕ СПРАВИШЬСЯ, ПЕНЯЙ НА СЕБЯ. МНЕ ПОТРЕБУЕТСЯ ПРЕДМЕТ, ИМЕЮЩИЙ ОТНОШЕНИЕ К ДЕЛУ.
    - К-какой? - Сергей взял шкатулку и подошёл к дивану. - Что тебе нужно?
    - ЛЮБАЯ МЕЛОЧЬ: ПУГОВИЦА, РУЧКА, ЛИСТОК БУМАГИ, ПЛАТОК.
    - Подожди секунду. - Сергей похлопал себя по карманам, выудил визитку и протянул мистеру Дору. - Подойдет?
    - ЧЕЙ ЭТО ПРЕДМЕТ? - Билл схватил карточку и рассмотрел со всех сторон.
    - Не знаю. - Сергей пожал плечами. - Нашел под дверью. Понятия не имею, кто её оставил.
    - НЕ ВАЖНО. ВРЕМЕНИ НЕТ. ЛОЖИСЬ И ДАВАЙ РУКУ.
    - Ты чего? - Сергей повертел пальцем у виска. - Совсем, ку-ку?
    - ДУРАЛЕЙ, МЫ ОТПРАВЛЯЕМСЯ В МИР СНОВ ("Мастер снов" или "Создатель кошмаров" или "Эринеры гипноса" - Алексей Пехов). НУЖЕН ПРЕДМЕТ И КОНТАКТ ("Контакт" - Карл Саган). - ответил Билл. - ЛУЧШЕ УСТРАИВАЙСЯ ПОУДОБНЕЕ. ЭТО СОН — ЭТО НАДОЛГО.

    Детектив нехотя разулся, залез на краешек дивана и протянул руку, которую тут же с силой сжал мистер Дор.

    - Эй-эй, полегче! - запротестовал Сергей, но мистер Дор уже закрыл глаза и что-то пробормотал.

    Затем Билл громко и отчетливо произнес:
    - ВОКРУГ…

    Возврат к началу

    ответить
  • ***7***



    Сергей не сразу понял, где находится, вернее вообще не понял. С неба низвергались даже не потоки дождя, а настоящие водопады. Сергей не сильно разбирался в этой науке ("Занимательное дождеведение - Синтия Барнетт), но ему показалось, что гром и молния были достойны вчерашней ночи, с той лишь разницей, что теперь детектив не находился в теплой и уютной спальне, закутавшись в два одеяла. Ночная долина выглядела безжизненной, что неудивительно в такую погоду. Камзол намок в несколько ударов сердца, а туфли наполнились водой и грязью. Ледяные порывы ветра ("Долина ледяного ветра" - Роберт Сальваторе) легко преодолели преграду из одежды, и теперь жалили своими клинками плохо защищенное тело. Против этого не мог бы устоять ни один наряд, кроме, быть может, медвежьей шкуры — лучшего средства против арктического ветра ("Лучшее средство от северного ветра" - Даниэль Глаттауэр).

    Мистер Дор материализовался в двух шагах от детектива - высокий, величественный, нарядно разодетый и отталкивающий. Пелена наконец спала с лица Билла и представила взору омерзительное зрелище - череп, обтянутый кожей (для тех, кто сомневался, да он - Смерть, а еще похож на Эрика из "Призрака оперы"). Выпуклые синие глаза бросали пронзительные и полные холода взгляды на окружающий мир. В руках укрытых перчатками из выделанной бараньей кожи Билл держал раскрытый зонт-трость.

    - Что же это вы мокнете, себя не жалеете? - спросил красивым тенором мистер Дор. - Вы что же не могли пожелать себе зонт?
    - Как так пожелать? - опешил Сергей. - Кому?
    - Да хоть моим перчаткам ("Шагреневая кожа" - Оноре де Бальзак)
    . - засмеялся Билл. - Вы, верно, ещё не поняли, что мы находимся во сне. А здесь возможно многое. Почти всё. Просто сконцентрируйтесь на том, что вам нужно.
    - Гм. Спасибо за совет.

    Детектив закрыл глаза и принялся представлять столь желанный сейчас предмет. Плотную непромокаемую материю, крепкие и прохладные металлические спицы, немного шершавую деревянную рукоять. Когда перед мысленным взором возникла полная картинка из образов и ощущений, Сергей почувствовал легкую тяжесть на ладонях, открыл глаза и убедился, что держит новенький элегантный зонт, правда розового цвета (зонтик Хагрида "Гарри Поттер и философский камень" - Джоан Роулинг. Если не убедило, то зонт творит чудеса).

    - Неплохо. - прокомментировал Билл. - А теперь пойдём.

    Сергей взмахнул зонтиком, выпустив снопы искр, затем раскрыл его и осторожно двинулся следом за мистером Дором, который, казалось, совершенно не замечал ни грязи, ни луж, ни многочисленных ручейков, что вгрызались в землю тут и там. Обувь вязла в мутной жиже. Каждый шаг давался детективу с огромным трудом. Кроме того он постоянно оскальзывался и лишь чудом избегал падения, которое могло закончиться весьма плачевно. Пропади пропадом ("Про падение пропадом" - Дмитрий Бакин) этот похититель!

    Рискуя ослепнуть, Сергей вглядывался вперёд во вспышках молний. Ему показалось, что он видит причал и даже сквозь дождь слышит шум бурлящей воды. Вскоре его догадка подтвердилась и он узрел необычайно широкую и мощную реку, рассекавшую негостеприимную долину на две части. Казалось, это не река, а огромная змея, которая опоясала целую планету (цикл "Мир реки" - Филипп Фармер, река текла через все планету. Да, я сделал еще аллюзию на скандинавскую мифологию, но на сей раз не загадывал "Скандинавских богов"), что, впрочем, было физически невозможно ("Физика невозможного" - второй раз), не будь это сном.

    У причала виднелась фигура, закутанная в плащ. В руках она держала длинное белое весло. Приглядевшись, Сергей разглядел и вытянутую узкую лодку скачущую на волнах в нескольких метрах от берега. Билл Дор направился прямо к фигуре в плаще.

    - Здравствуй, Лодочник. Ненастная погода, да? - сказал Билл. - Самое то, чтобы перевезти двух отважных путников на другую сторону?

    Лодочник, седой старик с редкими белыми волосами и косматой бородой, прищурился, вглядываясь в лица нежданных-негаданных клиентов. Беззубый рот скривился в недовольной гримасе. Картавя и проглатывая звуки, старик заговорил. Но не будем заставлять читателя продираться сквозь неразборчивую речь лодочника.

    - Любезный сир, вы сами видите какое неспокойное течение во время урагана. Боюсь, что я смогу перевезти только одного из вас, но потом вернусь за вторым. Иначе нельзя. (сцена из "Погребенного великана" - Кадзуо Исигуро, очередной колокольчик)

    - Лодочник. - Билл положил руку на плечо старика и будто пригвоздил того к доскам. - У нас нет времени на твои шутки. Делай, что говорят. ЖИВО!
    - Ах, это вы, Вашество! - ощерился в беззубой улыбке Лодочник. - Кто я такой, чтобы спорить с вами. Куда прикажете? На обзорную?
    - Седьмой круг (и снова здравствуйте, Алигьери). - ответил Билл, убирая руку.

    Пыхтя словно паровоз, в топку которого подбросили угля (по задумке здесь было "Поддай пару", но дегустаторы не оценили, устали к концу. Впрочем и я тут плотность понизил, увлекся сюжетом), лодочник согнулся в три погибели и схватился за позеленевший от времени канат. Несколькими сильными рывками старик подтянул лодку к причалу и перевалился через борт. Несмотря на сильную качку лодочник твердо стоял на ногах, словно несокрушимый титан ("Титан" - Теодор Драйзер). Билл Дор в один прыжок оказался на носу лодки, и теперь очередь была за Сергеем.

    Детектив неуверенно переступил с ноги на ногу и тоже прыгнул, но приземлился не столь удачно в отличие от напарника. Зацепившись за веревку, Сергей растянулся на дне и пребольно ударился локтем и головой о сидение. Чертыхаясь, он поднялся и кое-как устроился на корме, вцепившись в борта изо всех сил, чтобы не свалиться в ледяную воду.

    Старик принялся отвязывать канат и не заметил, как из его кармана выпала милая жестяная коробочка в форме фокстерьера (Монморанси? А, точно "Трое в лодке, не считая собаки" - Джером К. Джером). При падении она раскрылась и содержимое разлетелось по всей лодке. Рядом с ногой Сергея приземлился предмет похожий на часы или компас с несколькими стрелками, но вместо шкалы времени или сторон света на его передней панели были начертаны различные знаки: птица, якорь, шлем, луна, муравей и иже подобные (отсылка наверняка к "Золотому компасу" Пулмана).

    Бранясь не хуже соотечественников детектива, старый морской волк ("Морской волк" - Джек Лондон) быстро собрал свое добро и сложил обратно в жестянку. После этого он взялся за весло и оттолкнул суденышко от причала, разворачивая лодку навстречу бурному течению. Казалось бы хлипкое плавательное средство на удивление легко скользило по воде, разгоняясь с каждым взмахом весла.

    Противоположный берег не был виден из-за дождя. А Сергей вдруг обнаружил у себя признаки морской болезни: появился легкий озноб, закружилась голова, а к горлу подступил комок (ну чем не "Тошнота"). Но детектив сдержался и закрыл глаза, чтобы не видеть пенящуюся воду и то подпрыгивающий, то переворачивающийся горизонт ("Опрокинутый горизонт" - Марк Леви + "Горизонт" - Патрик Мондиано).

    Nothin’ lasts forever ("Ничто не вечно" - Сидни Шелдон)
    And we both know hearts can change
    And it’s hard to hold a candle
    In the cold November rain

    We’ve been through this such a long long time ("Жена путешественника во времени" - еще раз)
    Just tryin’ to kill the pain ("Боль" - Гришковец, и снова в песне), oo yeah
    But love is always coming and love is always going
    And no one’s really sure who’s lettin’ go today
    Walking away ("Не отпускай меня" - еще раз)


    Если говорить субъективно, путешествие длилось вечно, хотя наручные часы твердили, что прошло не больше четверти часа, когда сквозь дождевой полог показался другой берег, ("Другие берега" - Владимир Набоков) отличный от того, что остался позади. Если по ту сторону реки остался серый песок и неплодородная земля, то последний берег ("На последнем берегу" - Урсула ле Гуин) был каменистым и почти неприступным.

    Руки и ноги Сергея совсем окоченели от холода, а одежда неприятно липла к телу. Он с трудом справился со шкатулкой и спрятал её в одежде. Хорошо бы ураган поскорее закончился, повторял про себя детектив, ступив на берег и вновь раскрыв розовый зонт. И тут как по мановению волшебной палочки дождь перестал (что я говорил? Ну? Чудеса! Магия!). Сергей поймал на себе насмешливый взгляд Билла, но решил промолчать.

    Мистер Дор расплатился с лодочником парой золотых монет и кивнул детективу, указывая на лес. Сохраняя тревожное молчание, путники отправились в дорогу мимо уродливых скрюченных деревьев, на которых восседали гарпии, пристальными взглядами провожающие фигуру детектива.

    Лес не соблюдал тишину. Тут и там раздавались вздохи и стоны, хотя Сергей не видел тех, кто издавал их. Периодически где-то поблизости раздавался скрипучий птичий крик, похожий на распрямляющуюся ржавую пружину. Но и птица оставалась скрытой от любопытных глаз ("Хроники заводной птицы" - Харуки Мураками, описание соответствует тому, что происходило с ГГ). Удивительно, но темнота не была всепоглощающей, предметы испускали бледное сияние, вдали виднелись летающие огоньки, возможно, светлячки. А вот очистившееся небо вызывало беспокойство. Слишком неподвижные звезды отказывались мерцать, будто замерли однажды и так и не ожили (описание мира мертвых из "Волшебника Земноморья" - Урсула ле Гуин).

    Впереди показался малопривлекательный дом, претендующий на аристократическую старину и вычурность, но с массивными серыми осыпающимися стенами и неуклюжей дисгармоничной архитектурой. Внизу он имел форму узкого прямоугольника, а вверху заканчивался остроконечными парапетами с острыми зубцами и гранитным шаром на самой верхушке (насколько смог, воспроизвел описание дома из "Замок Броуди" - Арчибальд Кронин). Вандалы вдоволь поиздевались над владельцем этого скособоченного уродца ("Скрюченный домишко" - Агата Кристи), почти каждый открытый участок фасада был покрыт рисунками: бизоны, драконы, птицы, слоны ("Дом, в котором..." - Мариам Петросян. Малопривлекательный дом. повернулся такой вот стороной, ну и изображения животных на стенах оттуда). И всюду между ними выделялись жирные красные буквы «Безумный шляпник» (а как еще назвать главу семьи Броуди?).

    У парадного крыльца замер в почетном карауле глиняный истукан ("Голем" - густав Майнринк). Высокий, широкий и тяжелый. Пудовые кулаки и толстые как у слона ноги. Неподвижная фигура излучала угрозу, хотя невозможно было прочитать сработанное неизвестным резчиком выражение лица на глиняной голове. Огненные глаза не имели зрачков. Не обращая внимания на истукана, Билл проскользнул мимо и распахнул не запертую дверь. Сергей осторожно проследовал за ним, но прежде предусмотрительно вытер подошву о ковер с надписью «Мой дом — моя крепость» (девиз Броуди).

    Внутри мертвого здания было темнее чем снаружи, хотя и того редкого света хватало, чтобы оценить упадок поместья. Полуразвалившаяся мебель была разбросана без всякого порядка, покрытая пылью и плесенью. Серебристые нити паутины оплетали не только стены, но и большую часть предметов, украшая мертвый дом причудливыми узорами и заплетенными в них именами ("Паутина Шарлотты" - Элвин Уайт). Сквозняки гоняли по полу исписанные бумаги, возможно, записки, вырванные из чьего-то дневника ("Записки из Мертвого дома" - Федор Достоевский). На нескольких сохранившихся в холле портретах не было никакой возможности разобрать изъеденные молью лица. Однако на каждой из картин вместо головы одной из девушек зияли дыры с неровными рваными краями. Похоже кого-то вычеркнули из фамильного дерева. Этот узел ("Фамильный узел" - Доменико Старноне, снова-снова) никогда не даст новых ветвей.

    Билл сел в ободранное кресло, всем своим видом показывая, что теперь Сергей должен действовать самостоятельно. Детектив не заставил себя долго ждать и принялся за обход комнат, стараясь не прикасаться к дышащей на ладан мебели. Гостиная, комната отдыха, кухня и кабинет на первом этаже имели совсем нежилой вид. А вот, поднявшись по лестнице, Сергей заприметил следы на пыльном полу, они расходились в разные стороны, но большая часть вела в дальнюю комнату, на поверку оказавшуюся крошечной спальной.

    В комнате сидела бледная темноволосая девушка, одетая в дорогое, но давно прохудившееся голубое платье ("Дева в голубом" - Трейси Шевалье). Некогда бледно-голубой шелк ("Шелк" - Алессандро Барикко, снова) посерел и теперь являл собой печальное зрелище. Девушка никак не отреагировала на стук в дверь, не обернулась, когда зашел детектив и словно не услышала его приветственную речь. Отсутствующий взгляд был направлен в щель между досками у заколоченного окна. Сергей подошел ближе и попытался всмотреться в глаза юной девы, но безуспешно. Тогда он дотронулся до её плеча и ощутил лишь холод, невозможный для живого существа. Впрочем, девушка вздрогнула и даже моргнула. Её глаза быстро обежали комнату, на долю секунды задержавшись на детективе, и снова застыли неподвижно.

    - Бесполезно, приятель. - раздался мужской голос.

    Сергей подскочил на месте и шарахнулся в сторону, выронив шкатулку из-за пазухи. Сердце выдало барабанное соло, отдавшееся в уши детектива, но из груди неутомимый мотор всё же не выпрыгнул (я не стал загадывать нонфикшн про сердце, но пошутить-пошутил. Кто заметил, респект). Голос прозвучал откуда-то справа. Сергей посмотрел в сторону зеркала, но далеко не сразу смог разглядеть бледный просвечивающий силуэт джентльмена ("Призрак" - Ю Несбе), расположившегося в кресле. Джентльмен держал в руках глиняный чубук, а изо рта торчала курительная трубка (первый колокольчик на "Пирушка с привидениями" - Джером К. Джером).

    - Кто вы? - спросил Сергей, поднимая с пола раскрытую шкатулку и собирая вывалившиеся письма.
    - Бывший владелец этого дома, пра-пра-пра-пра и так далее сей юной девицы. Настолько пра-пра-, что уже и не помню, как меня зовут. Однако помню, что люблю табак и не люблю музыку. В былые времена я выжил из этих краев немало кларнетистов, тромбонистов, скрипачей и шарманщиков (второй колокольчик для "Пирушка с привидениями"). - ответил призрачный джентльмен и подозрительно прищурился. - Надеюсь, ваша шкатулка не музыкальная?
    - Эээ… вроде не очень. - ответил Сергей, поспешно пряча волшебный предмет обратно за пазуху. - Чем вы здесь занимаетесь? И кто эта девушка?
    - Я вроде фамильного привидения ("Девушка и призрак" - Софи Кинселла). Прихожу в голубую комнату каждое Рождество, курю трубку, вернее, делаю вид, что курю. А вы, случаем не курите? - с надеждой спросил призрак, но Сергей отрицательно покачал головой. - Прискорбно. Так вот, я прихожу один раз в году и сижу здесь, в этом кресле, пока не услышу крик петуха (третий колокольчик для "Пирушка с привидениями", кроме того тут загадана книга "Крик петуха" - Владислав Крапивин). До Пьеретты все мои потомки сторонились меня, но добрая и отзывчивая девочка не боялась привидений и приходила каждое Рождество, чтобы поговорить и развлечь старика, поделиться своими горестями и получить поддержку.
    - Пьеретта? Эта девушка? - переспросил Сергей. - Что с ней, почему она в таком состоянии? Она слышит нас?
    - Эта дева прекрасно слышит, но не слушает. С ней приключилась беда (помните была не угаданная "Беда"? Так вот тут еще и "Дева в беде" - Пэлам Вудхаус). Боюсь, что у вас не получится растормошить её. - покачал головой джентльмен. - Она попала сюда не просто так. Если вы приглядитесь, то поймете, что в этом теле больше нет жизни. А всё, что вы видите вокруг — это её тюрьма, добровольно выбранное наказание за страшный грех, который она осмелилась совершить. Взгляните, неужели не заметен след на её шее? Именно так она присоединилась к нашему клубу (мертва, следы на шее, добровольное наказание, седьмой круг, клуб. Есть сомнения? У меня нет. Это "Клуб самоубийц" - Роберт Стивенсон).
    - Какие страшные вещи вы говорите! - воскликнул Сергей в ужасе. - И где мы сейчас?
    - Увы, там где и должны быть. Думаю, вы сами знаете, раз пришли сюда.
    - Я пришел, чтобы расспросить её о Санте. Но теперь всё пропало! Я обречён.
    - Ну-ну! Выше нос, вы же мужчина и должны стоически переносить испытания ("Стоик" - Теодор Драйзер). - попытался утешить собеседника призрак. - Время ещё есть, вы можете поговорить со мной. Только рекомендую не затягивать, боюсь, что скоро мы услышим петушиный крик. Да и страж, вряд ли позволит вам оставаться здесь долее.
    - Страж (Я не хотел загадывать "Страж" Пехова и не загадал из-за Пугала и ЛК1, но "Стража! Стража!" - Терри Пратчетт - не пришла мне в голову сразу, а как посыпались ответы, решил, что зачту)? Подождите. Расскажите всё по порядку, что произошло с Пьереттой, как это связано с Сантой и стражем? Прошу вас, поторопитесь! - взмолился Сергей.
    - Что ж, мое остановившиеся сердце всё ещё способно к состраданию, поэтому я поведаю вам эту повесть. - заверил джентльмен. - Детство и юность Пьеретты попали на тяжелое время. Семья переживала упадок, и не в последнюю очередь это было связано с деспотичным и вспыльчивым характером отца. Это был предприниматель старой закалки, он не терпел никакого соперничества, не умел сдерживать себя и грубил клиентам. Некогда его семья возвысилась за счет торговли и пыталась пробиться в высший свет. Но торгаши — это не благородные дворяне, поэтому семья так и осталась где-то посередине между родовитыми и не родовитыми сословиями.
    Джеймс, отец Пьеретты, ко времени вступления в брак уже владел шляпным магазином (Броуди), книжной лавкой ("Дневник книготорговца" - Шон Байтелл, там чуть ниже он вел дневник), аптекой, кофейной ("Торговец кофе" - Дэвид Лисс), магазином зонтов ("Торговец зонтиками" - Франсис Малька) и тростей, а так же долей дохода от лесопилки. Торгаш, он и есть торгаш. Все свои приходы и расходы он аккуратно заносил в дневник вместе с проклятьями по адресу клиентов, которых не любил и презирал. Счастье измерялось для него только в деньгах. Поэтому скупой, когда дело касалось жены и детей, Джеймс швырялся деньгами лишь бы произвести впечатление на соседей, уродуя поместье своими архитектурными проектами, и покупая дорогие экипажи.
    Пьеретта, старшая дочь, была нелюбимым ребенком в семье. Слишком умная, чтобы быть покорной, но недостаточно хитрая, чтобы не перечить отцу, она регулярно подвергалась побоям. Едва она стала совершеннолетней, как деспотичный отец решил выдать её замуж за главного чеботаря в городе, монополиста Чиро (чеботарь - суть сапожник. "Жена башмачника" - Адриана Трижиани). Но Пьеретта воспротивилась воле отца. Тогда же выяснилось, что она тайно встречается с Сантой, который приезжал в эти края каждую осень должно быть тысячу раз ("Тысяча осеней Якоба де Зута" - Дэвид Митчелл), но с началом зимних холодов исчезал до следующего года.
    Джеймс так разъярился, что пообещал убить Санту и отправился за помощью к иудею-каббалисту, чтобы тот изготовил ему стража, способного защитить дочь от посягательств чужака. Маг сделал то, что велел ему деспот, но когда тот увидел глиняную статую, то разъярился и сказал, что иудей просто издевается над ним, и потому не получит ни цента. Расплата (здесь была бы книга "Расплата" Сергея Тармашева) последовала незамедлительно. Каббалист связал душу Джеймса и заточил в глину. Теперь он сам стал на страже невинности Пьеретты (здесь уже насобиралось маленьких улик на то, что я загадал в сюжете Дон Жуана, если вы помните через него прошло много женщин, но у одной из них Хуан убил отца, а спустя сколько-то лет вернулся, чтобы завоевать её опять и любезно пригласил статую отца на ужин, та и пришла. Вот и тут отец сам стал статуей-големом. Произведений много, вот некоторые: "Каменный гость" - Александр Пушкин / "Севильский распутник или каменный гость" - Тирсо де Молин / "Дон Жуан" - Байрон).
    Жена Джеймса, бедная Маргарет, не выдержала страшного вида существа, которым стал её муж, и отравила себя вместе с младшей дочерью. Сын ещё за год до этого сбежал из города и больше о нём никто не слышал. Но Пьеретта не могла покинуть дом, ставший неприступным Замком (Броуди, а не "Замком" Кафки).
    Заканчивалось лето и приближалась осень, а вместе с ней неизбежный приезд Санты, ненавистного Джеймсу любовника дочери. Что его могло ждать, если не встреча с истуканом, неусыпно несущей свой дозор? Листья желтели, погода портилась, дни становились все короче и холоднее, но Санты всё не было. Отчаявшаяся Пьеретта попыталась перехитрить создателей каменного тюремщика, она подменила свиток, что спрятан во рту у стража, но, к сожалению не догадывалась, что только магические руны способны изменить поведение истукана (надо же было попытать счастья).
    Одной грустной и ненастной октябрьской ночью ("Ночь в тоскливом октябре" / "Ночь в одиноком октябре" - Роджер Желязны) пошел снег и на утро весь город проснулся в великолепном белом одеянии. Люди радовались природной красе, дети веселились и играли в снежки. Но Пьеретта не могла разделить чувства соседей. Выглянув утром во двор, она увидела кровавые следы под окном ("Кровь на снегу" - Ю Несбе). С ней случился припадок, и длился он несколько дней.
    В том году Санта так и не объявился, а Пьеретта всё ждала и ждала, и не находила себе места в четырех стенах. Под Рождество она решила бросить свои мучительные хождения ("Хождение по мукам" - Алексей Толстой) по дому и окончить пытку, но сделала только хуже. Как вы видите, всё это не похоже на райские сады ("Райский сад" - Эрнест Хемингуэй) и любовное гнездышко.

    Призрак замолчал, а Сергей сидел тихо, обдумывая услышанное, но один вопрос не давал ему покоя.

    - И она всё это время в таком положении, как мумия? - спросил Сергей.
    - Нет, конечно. После того как она… - призрачный джентльмен запнулся. - Пьеретта была в панике, особенно, когда наконец осознала, что натворила, а потом ещё увидела глиняного истукана прямо за дверью. Вот уж, кто бы мог подумать, что он отправится за ней сюда (в Дон Жуане каменный гость утащил незадачливого любовника прямо в ад), хотя этого следовало ожидать, если Джеймс и правда убил Санту, то ему здесь самое место. Но парень с собакой (я должен был привести Санту снова, но так, чтобы голем не сразу набросился на нас) говорил иначе.
    - Что? - насторожился Сергей. - Какой такой парень с собакой?
    - Мужчина, приходил буквально перед вами, с ним был бландхаунд-мастиф (просто намек на Каренина). Он разговаривал с Пьереттой три часа. Всё пытался убедить её, что Санта жив, нужно только поверить в это, и когда она будет готова, то сможет наконец покинуть эту тюрьму и переродиться. Незнакомец прибыл из будущего и принес ей письмо в качестве подтверждения всему, что рассказывал. После его ухода Пьеретта беспрерывно перечитывала это письмо, но спустя несколько часов замерла без движения, будто превратилась в куколку (нет, не в куколку Фаулза а-ля барби, а в куколку, хризалиду, из которой выйдет бабочка. "Куколки" - Джон Уиндем). Я думаю, что она уже на пути к перерождению и освобождению, вам осталось только…

    С улицы донесся петушиный крик. Привидение джентльмена грустно улыбнулось и начало таять прямо на глазах.

    - Только что? - крикнул Сергей. - Что мне осталось?
    - Помочь ей, убедить.

    Сергей скорее прочитал по губам, чем расслышал последние слова. Едва зеленоватый силуэт исчез, как снизу послышался треск и грохот, будто что-то огромное ввалилось в дом.

    - Пьеретта, очнись! - воскликнул Сергей, пытаясь растрясти девушку. - Ты меня слышишь? Пьеретта! Ради всего святого, сбрось с себя оковы, освободись! Санта жив, я знаю это точно. Он — это дух Рождества. А Рождество не может умереть. Да, я сейчас понятия не имею, где он, но это лишь вопрос времени, скоро он объявится и тогда вы сможете снова быть вместе. Пьеретта!

    Девушка молчала, хотя её доселе неподвижные глаза обратились к лицу детектива. Шум приближался, шаги раздавались уже на лестнице. В комнату пулей влетел мистер Дор и откуда-то из недр плаща выудил длинный шест с призрачным лезвием на конце. Взяв сельское орудие на изготовку, Билл замер у двери.

    - Поторопитесь, мистер детектив, чем бы вы там ни занимались! - сказал Билл. - Я, конечно, задержу верзилу, но не забывайте, что это мир снов, а здесь может произойти всякое, даже со мной.

    Сергей кивнул и снова схватился за девушку. Он увидел, что по её щекам текут слезы, а тело трясется словно в невыносимой судороге или от нестерпимого холода. За неимением других средств, детектив обнял Пьеретту, растирая ей плечи и спину. Девушка уже не казалась сделанной из глыбы льда. Всё это время Сергей не переставал шептать ей на ухо:
    - Пьеретта, милая, ты должна простить себя. Верь Санте, он найдет тебя, но только, если ты сама позволишь ему это сделать. Он сможет, но только не здесь, не в царстве скорби и отчаяния. Санта бессилен в этом безжизненном месте. А там, откуда я пришел, Санта умеет творить чудеса. Давай, Пьеретта, ты можешь — я знаю. У нас не так много времени. Не позволяй отцу снова разлучить вас. (суть сей сцены близка к финалу книги "Куда приводят мечты", она уже ранее была загадана, а тут смесь декораций из этой книги и Замка Броуди)

    После этих слов крик зародился в груди у девушки, но из уст донёсся лишь слабый хрип. Горячие слезы быстрее потекли по щекам. Девушка пошевелилась - Сергей едва почувствовал, как Пьеретта положила что-то в его карман. Но детектив не мог позволить себе отвлечься ни на секунду, пока девушкой овладели рыдания и новый приступ озноба. Казалось, что она оживает прямо на глазах.

    - Пьеретта. Я обещаю, что вы скоро встретитесь. В следующий раз будет намного легче. У тебя появится свой собственный маленький дом, любящая семья и дети. Только поверь и дождись Санту. Он не оставит тебя. И остальные тоже.

    Дверь слетела с петель, но Сергей не обернулся на грохот, а продолжал шептать, искренне желая освободить Пьеретту. Билл схлестнулся с истуканом, одержимым мстительным духом отца. Железо столкнулось с каменной глиной и противно заскрежетало. Пол и стены задрожали, с потолка посыпалась штукатурка. Девушка закричала и вцепилась в Сергея, будто намереваясь задушить его. Её тело засветилось изнутри так ярко, что детективу пришлось закрыть глаза, чтобы не ослепнуть.

    Где-то сзади детектива глиняный истукан, убийца, не ведающий, что есть обычное зрение ("Слепой убийца" - Маргарет Этвуд), оттолкнул Билла в сторону и бросился на Сергея, замахнувшись огромным кулаком-молотом.

    Детектив ощутил, что девушка, которую он крепко сжимал в объятьях, стала совсем невесомой, а через мгновение совсем испарилась. Свет тут же погас. А дальше произошло сразу два важных события: что-то тяжелое и шершавое ударило Сергея чуть повыше лопатки, отбросив на усыпанный каменными осколками пол, и одновременно с этим окружающее пространство наполнил лишенный интонаций возглас:
    - ВОКРУГ! (кстати это стоп-слово, или старт-слово, не помню точно. в цикле Пехова про "Мастера снов")

    ***

    Сергей очнулся на диване собственной гостиной. Тело ломило так, будто по нему прошлись бульдозером или паровым катком, одна рука оказалась загипсована. Кто-то укрыл детектива пледом, пока тот спал. Вокруг царила сказочная идиллия. Гирлянды умиротворяюще мигали и меняли цвет. Депрессивный робот-уборщик подметал каменные осколки, сейчас он как раз подобрался к обломкам глиняных ног ("Ноги из глины" - Терри Пратчетт). Значит нежеланный гость пробрался в реальный мир. Однако не было видно и следа присутствия Билла Дора, если не считать обрывков коричневого костюма (и все-таки он "Человек в коричневом костюме").

    Расколотая шкатулка вместе с бумагами лежала на журнальном столике рядом с диваном. Из динамиков стерео-системы доносилась музыка. Самая узнаваемая песня группы «Wham!» - из тех, что никогда не надоедает и настраивает на праздничный лад. Из кухни потянуло сладким ароматом: апельсины, корица, гвоздика (для тех, кто про Циннамон не понял) и запах свежеиспеченного имбирного печенья.

    Всё в порядке, подумал Сергей и откинулся на подушку, вот и Рождество. Вот оно вожделенное возвращение. Так тепло и уютно может быть только дома ("Возвращение домой" - once again), особенно после долгих изматывающих путешествий.

    - Ты как, в порядке, друг? - спросил знакомый голос.

    Сергей открыл глаза.

    - Алекс?
    - Ну, да. А кто же ещё? - удивился компаньон, протягивая кружку с горячим глинтвейном.

    Сергей принял кружку здоровой рукой и прежде чем выпить подул на горячий напиток. Затем сделал пару осторожных глотков и спросил:
    - Давно здесь?
    - Не очень. Приехал и застал тебя на полу, без сознания и со сломанной рукой. Хорошо, что Пугало отлично разбирается в анатомии. Иначе пришлось бы тебя на материк везти, что не так уж и приятно в такую ночь.
    - Верно. - согласился Сергей. - А где мистер Дор?

    В глазах Алекса появился знакомый задорный огонек.

    - Здесь никого не было. Только ты и обломки вот этого чучела. Должно быть ты уронил его на себя.
    - Нет, нет. Это страж.
    - Страж?
    - Ну, да. Тот, что держал Пьеретту взаперти.
    - Хорошо, друг.

    Детективы помолчали несколько минут. За это время одна рождественская песня сменила другую. Наконец, Сергей задал терзавший его вопрос:
    - Так Санта нашелся?
    - Разве он терялся? Ты же видишь, Рождество пришло. Колесо вертится (загадан цикл про "Колесо времени" или "Мир Колеса" Роберта Джордана, по любой книге зачет), жизнь течёт дальше. Санта был и остаётся в безопасности.
    - Так это ты помог ему?
    - Разумеется. - подтвердил Алекс. - Иначе дети всего мира остались бы без чудес, праздника и подарков.
    - Где же он? - спросил Сергей и попытался встать.
    - Здесь он, здесь, отдыхает после всех треволнений. И тебе тоже стоит расслабиться и отдохнуть. Лежи. А я перевезу Санту в безопасное место, пока эта затянувшаяся история не уляжется.
    - Значит он был в моем доме? Мистер Дор оказался прав, а ведь я здесь не причем. - подвел итог Сергей. - Но если Санта здесь, то как же наступил праздник?
    - О, мне не привыкать быть и.о. Санты. Ты же знаешь! - засмеялся Алекс.
    - И то правда. - согласился Сергей. - Ты не подашь мне шкатулку и письма?
    - Конечно, только ты лежи и не вставай. А мне пора. Если что-то понадобится, звони. До встречи!
    - До встречи, коллега.

    Алекс покинул гостиную. Вождь проковылял в прихожую, чтобы проводить гостя. Снаружи доносился собачий лай. Вскоре раздался рокот заведенного мотора, правда нисколько не похожего на автомобильный двигатель. Сергей быстро перебрал листы, но не увидел того, что искал - послания, предназначавшегося Пьеретте. Вероятно разбитая шкатулка утратила волшебство и на этом как бы сказка закончилась ("Как бы волшебная сказка" - Грэм Джойс, кстати. я прочел ее уже после того как написал компот), нового письма уже не будет. А жаль. Кое-что в этой мозаике никак не складывалось в полноценную картину.

    Крякнув, Сергей откинул одеяло и свесил ноги с дивана. Затем он встал, но тут же схватился здоровой рукой за подлокотник, пережидая приступ головокружения (снова подсказываю) и тошноты (скоро вас будет сопровождать это чувство). Почувствовав себя лучше, он заковылял к скрытому за занавеской окну. Отодвинув ткань, Сергей выглянул во двор и обомлел, прямо перед домом завис огромный серебряный дирижабль, готовящийся к взлету. Алекс высовывался из рубки и заканчивал отдавать последние распоряжения суетящимся вокруг помощникам - роботу и пугалу. В иллюминаторе на заднем плане мельтешил собачий силуэт.

    - Где Каренин? - вслух спросил себя Сергей и вцепился в подоконник. - Не может быть!

    Алекс заметил друга, помахал ему рукой и закрыл створку. Через несколько секунд дирижабль начал набирать высоту.

    - До свидания! - донеслось сверху.
    - До свидания. - прошептал Сергей, машинально подняв руку. - Удачи вам там, наверху ("До свидания там, наверху" - Пьер Леметр).

    Возврат к началу

    ответить
  • Эпилог



    Детектив собрал бумаги и устроился за столом. Полчаса он неуклюже рисовал схемы в своем блокноте и выводил кривые буквы левой рукой: имена, места, события, приметы. Слишком странное преступление, абсолютно бездарное расследование без расследования ("Расследование" - Станислав Лем. снова и снова) как такового и непонятный финал. Есть только одно разумное объяснение. Сергей разблокировал телефон и вызвал абонента № 1 из списка быстрого набора.

    - Алло. - донеслось из трубки.
    - Так это твоя работа?
    - Конечно. Ты же не думал, что у кого-то ещё могла подняться рука на самое святое.
    - Но зачем? И как ты всё это провернул
    - Сергей, тебе этого не понять. Неужели не бывает преступлений без мотивов. Как будто ничего нельзя совершить просто потому, что есть желание и возможность?
    - Не тот случай, не увиливай.
    - Ты прав, но я не собираюсь подобно книжным злодеям рассказывать тебе все детали и посвящать в планы.
    - Как скажешь, но что тебе сделал Санта?
    - Ничего.
    - Ничего?
    - Да. И я с ним ничего не сделал.
    - Как это? Выходит преступления не было?
    - Выходит, что так. Мы уже давно общаемся с Николасом. И у него был ряд проблем. Личного характера. Я помогал разрешать их, но одна упорно возвращалась снова и снова. Именно с ней Ник и обратился ко мне в этот раз.
    - Это какая же?
    - Санта — очень влюбчивый мужчина, и совершенно легкомысленный. Ему никак не сидится на месте, он не может быть с кем-то одним долго. Как только ветер меняется, Николас уезжает, оставив за собой разбитое сердце. Думаю, ты заметил, что все эти женщины без памяти влюблены в нашего толстяка с бородой.
    - Да, уж, семь — это немало.
    - Семь? Ты ошибаешься, но не буду разубеждать тебя, не в моих правилах раскрывать подобную информацию.
    - Понятно. - Сергей нахмурился и загипсованной рукой аккуратно придвинул поближе один из листков. - Ты увозишь Каренина?
    - Да.
    - Так вот зачем ты его привёл год назад! Значит, Санта на самом деле решил не перерождаться в хряка?
    - Так точно. Прямо Эраст Петрович! Ведь он чрезвычайно наблюдателен и кричит: «Я знаю, кто убийца!», когда уже слишком поздно и половина второстепенных и главных персонажей мертвы.
    - Прекрати!
    - Как скажешь. Я уверен, что Николасу лучше пока побыть собакой. Ты ведь понимаешь зачем?
    - Удиви меня.
    - Собака — это самое верное существо на свете, а именно этому качеству Санта хочет научиться. Там, куда я его отвезу, он получит ещё один шанс. Может на сей раз обойдётся без разбитых сердец и траурных венков.
    - И ты, конечно, не откроешь мне, где этот дивный край для перевоспитания?
    - Бинго!
    - А что будет с Рождеством? Мне говорили, что если Санта не переродится, то всему конец. Не ты же станешь праздничным боровом, в самом деле?
    - Конечно нет, я уже нашел кому перепоручить эту миссию. За кое-кем числится один должок. Кстати, он виноват и перед тобой тоже. Впрочем, какое это имеет значение?
    - Ясно. Значит пора прощаться и конец всему?
    - Нет, ты, как всегда, слишком пессимистичен. Это только начало ("Это только начало" - Доктор Сьюз). До скорой встречи, друг!
    - Пока, Алекс!

    Гудки. А в голове сотни неотвеченных вопросов и неразрешимых загадок. Сергей потянулся за имбирным печеньем, когда вспомнил кое-что важное. Запустив пальцы в карман, детектив нащупал листок. Значит ли это, что все последние события происходили на самом деле?

    «Дорогой Санта!
    Я написала тебе столько писем, что уже сбилась со счёта. Но не получила ни единого ответа. Похоже ни одно из моих посланий не дошло до тебя. Но я надеюсь, что тот человек, который сегодня навестил меня, передаст тебе этот конверт.
    Трудно поверить, но мне кажется, что мы были знакомы всегда, должно быть ещё в прошлой жизни. Я помню твое доброе и сияющее лицо, нежный и веселый взгляд, теплые и мягкие руки, хотя мы ещё даже не встречались. Помню, как ты писал мне на каждое Рождество длинные-предлинные письма. В каждом из них рассказывалось, как проходит подготовка к Рождеству. Иногда мне снятся сюжеты по этим письмам. (ну ведь точно же "Письма рождественского деда" - Джон Р. Р. Толкин)
    Ты не забыл тот день, когда Мишка отправился принимать ванну и устроил настоящий потоп? Вода просочилась в подвал и перепугала живущих там маленьких троллей (сцена реальная, тролли выдуманные, вернее это "Маленькие тролли и большое наводнение" - Туве Янссон). Большинство игрушек оказались испорчены, и вам с Мишкой пришлось в дикой спешке собирать и упаковывать новые подарки для детей. Помнишь?
    Гость сказал, что когда-то меня звали Пьереттой и я жила в очень неблагополучной семье, и единственной моей радостью были твои письма и наши встречи тоскливыми октябрьскими и ноябрьскими ночами. А всё остальное время было порой отчаяния, страданий и горя.
    Но теперь всё по-другому. У меня замечательные родители и добрые старшие братья, которые заботятся обо мне и никому не дают в обиду. Сегодня мне исполнилось четырнадцать. Жду не дождусь, когда вырасту и смогу уехать с тобой на край Земли (обращаю внимание, что туда долго добираться), чтобы помогать тебе готовиться к Рождеству. Да, ты можешь не верить, но мой день рождения и правда приходится на сочельник!
    Надеюсь, что ты скоро приедешь и поразишься, насколько тихий и спокойный наш Б. (это была вам внештатная подсказка, девочка и сама живет в далеком месте). Какие в этом году красивые сосульки на деревьях в саду! Мы их все украсили бумажными гирляндами и старыми игрушками. Тебе точно понравится!
    Гость сказал, чтобы я ждала тебя со дня на день. А ещё он твердил, что нам понадобится время, чтобы узнать друг друга и привыкнуть к новым образам, ведь мы оба изменились так сильно. Чепуха какая! Ну как можно не узнать Санту!
    Всё! Мама зовёт меня к обеду, поэтому заканчиваю письмо.
    Жду с нетерпением твоего приезда!
    Целую и обнимаю:-*
    Твоя Луиза»

    - Восемь (Ну, конечно, их восемь балда! "Восемь любящих женщин" - Робер Тома. Ты еще не понял, что все женские имена кроме Мэри и Грэты взяты оттуда?). Ну, конечно! - воскликнул Сергей и хлопнул себя ладонью по лбу. - Последнее письмо от твоей возлюбленной ("Последнее письмо от твоего любимого" - Джоджо Мойес)! То есть путешествий было меньше, а это что-то да значит.

    Детектив нахмурился, ещё раз перебрал полные любви письма, и задумчиво произнес:
    - Минуточку!

    Сергей перевернул страницу на блокноте и принялся записывать слова, напевая (запомните) их про себя и почти что попадая в Ритм (с большой буквы, это "Ритм" - Иван Бунин, нобелевский лауреат). Угловатые буковки быстро заполнили две страницы. И несколько минут понадобилось, чтобы убедиться в том, что ничего не пропущено. Сергей внимательно присмотрелся к получившимся отрывкам, надписал каждый из них и разложил в правильном порядке. Послание было совершенно не двусмысленным, а всего-то и нужно было, что сложить его.

    - Эврика! - закричал Сергей, вскакивая.

    Стул с грохотом упал на пол.

    - Я знаю, куда они летят! Ты прав, Алекс, всё только начинается. (Я тоже знаю, они летят в Б. - "Брисбен" - Евгений Водолазкин, вот вам и разгадка Литературного компот № 10)

    Возврат к началу

    ответить
  • Головоломка / Сюжет и загадка



    Я решил, что после проведенного ЛК1 у меня есть и декорации и персонажи. Благодаря поддержке Farit дегустаторы привыкли к верным друзьям Алексу и Сергею. Потому я просто обязан был сделать завязку вокруг них.

    Старался, чтобы книги не пересекались с ЛК1, но несколько все-таки включил, уж очень они тут выделялись. Однако попытки участников заново отыграться на Каренине, Роботе-меланхолике, Пугале-убийце и Гарри Поттере как цикле были обречены на провал.

    К слову о циклах, есть парочка, которые можно было назвать как угодно, например, "Мир Колеса" Роберта Джордана или цикл про мастеров сна Алексея Пехова. Но вот некоторые другие книги я специально по названиям и/или атрибутам вводил, хотел получить именно их, например "Гарри Поттер и узник Азкабана" по маховику времени, "Чудесный нож" - по тому, как Билл Дор ножом взрезал пространство между мирами, "Опять в путь" - по названию книги, а не весь цикл Автостопом. "Нефритовые четки" из фандоринского цикла. Не думали же вы, что я просто загадаю "Эраст Петрович"?)

    О забавных совпадениях, некоторые имена героев пересекались с именами персонажей в загаданных произведениях. А Уильям Коллинз - это что-то с чем-то. Одновременно и автор "Женщины в белом" и в то же время муж сестры главной героини из "Гордость и предубеждение", причем в соответствующей части компота я частично взял декорации из этого произведения.

    Сквозные книги:
    1. "Санта-Хрякус" Терри Пратчетт - взята сама идея о том, что Санта превращается в кабана, ну и что Смерть так или иначе в этом участвует. Кстати, те кто не догадался, именно Смерть поможет Алексу с доставкой подарков, только уже не в образе Билла Дора, а с бородой и красной шапкой с помпоном. За ней должок
    2. "Рождественская шкатулка" Ричард Эванс - трогательная история вдохновила меня на сентиментальные письма и музыку в компоте. Как и в повести музыка прекращается, если открыть шкатулку.
    3. "Письма рождественского деда" Джон Р. Р. Толкин - осенью я открыл Профессора с новой стороны. Такие забавные и добрые истории, которые он сочинял для своих детей и присылал от имени Санта Клауса и Белого Медведя. Частично я заранее подготавливал букмиксчан к этой книге в компоте, если кто-то сомневается, внимательно проглядите блог за конец декабря;-)
    4. "Не отпускай меня" Кадзуо Исигуро - так уж вышло, что в выбранных мною песнях я всюду встречал фразы, которые отсылали меня к этому произведению. Судя по тому, что его нашли участники, я не одинок.
    5. "Восемь любящих женщин" Робер Тома - именно столько я насчитал нежно любящих Санту в качестве Николаса женщин. Будущую Мэри Поппинс не считаем, она не догадывается о том, что Санта её отец, Габи скрывает это. Но я думаю, что Мэри могла бы понять и принять Николаса. А имена всех прочих героинь соответствуют именам из пьесы Тома. Да, кстати, мне там задавали вопрос один - Санта ничего не делал с Сюзон, он был немногим старше её как и герой из "Чудесного ножа" Филипа Пулмана. Санта уехал с Габи, которая была старше его и умела пользоваться женским очарованием.
    6. "Каменный гость" он же "Дон Жуан/Хуан", "Севильский распутник" у многочисленных авторов - все это я надеялся заметят дегустаторы. Невозможно влюбчивый Санта в отличие от своего севильского прообраза не был цинником и мерзавцем, ни одна из оставленных женщин не держит на него зла, и он верит, что вернется к ним, а может не вполне осознает, что оставил. Ведь для Санты открыты такие горизонты, что ни пространство, ни время не помеха. Только в седьмой круг ада ему нет хода. Алексу пришлось взять на себя спасение Пьеретты, но ему помешали. Голем у входа - аллюзия на статую Командора. Он чуть было не убил Санту, чуть было не сорвал затею Алекса и чуть было не утянул в ад Сергея, однако столкнулся с самой Смертью и пал.

    Ну, а последнее седьмое произведение не является сквозным, но было задумано в качестве загадки. Дело в том, что я посетил в декабре презентацию этой книги, которая была просто волшебной и вдохновляющей. Книга с автографом заняла место на полке. А музыкальные композиции помогли мне вплести книгу в сюжет. Кстати, автор месяца в январе оказался весьма кстати. Смотрю уже первые рецензии появились.

    Ответ на Литературный Компот № 10: "Брисбен" - Евгений Водолазкин

    Чтобы найти эту книгу нужно было повторить действия Сергея. Как вы заметили, он прокрутил в голове свои путешествия и, вспоминая, игравшую из шкатулки музыку, напевал слова и переносил на бумагу. Затем надписал каждый отрывок названием песни и разложил по порядку путешествий. Получилось B-R-I-S-B-E-N.

    Евгений Водолазкин утверждает, что не знал о существовании этого города. Я думаю, это просто лень, ведь стоит сей город ввести в поисковой строке и, опа, мы в Австралии.

    А вот вам и композиции. Они мне очень нравятся, может и вы оцените?

    1. Beautiful day - U2





    2. Real sugar - Roxette





    3. I'll be there for you - Bon Jovi





    4. Still loving you - Scorpions





    5. Bohemian Rhapsody - Queen





    6. Eleanor Rigby - The Beatles





    7. November rain - Guns-n-Roses






    На этом разрешите откланяться, пригласить к обсуждению, или может остались какие-то вопросы. Мне было приятно делать всё это для вас. 2 месяца моей жизни в ваших руках. Надеюсь, оно того стоило...
    Спасибо за участие в мини-опросе!

    Прощаюсь



    Возврат к началу

    ответить
  • Обсуждения


    Ниже можете задавать вопросы, делиться впечатлениями, если хотите выражать восхищение, ругать не стоит (устал от вечных дрязг), но замечания приветствуются🙃

    Возврат к началу

    ответить
  • Я эти песни изучила по-всякому: и год выхода, и страну исполнителя, искала фильмы, к которым они могли быть треками, а оно вот как)
    ответить
  • И да: компот получился очень крутой! Объём, конечно, очень пугающий, надеюсь, это была разовая акция) А в целом классно зашифрованы многие Книги, надо было действительно подумать. Я очень сомневалась насчёт многих детских книг; часть книг не включала, потому что Алекс просто не мог такое загадать 🙃 (а он и не загадывал в итоге), а иногда просто чувствовала, что эта книга должна быть здесь, но обоснования ей не находила, поэтому и не отправляла🤷‍♀️
    Удивлена отсутствием некоторых книг, в которых была на 100000% уверена: ну Мишка, который устроил потоп в ванной - это же Паддингтон)
    Понимаю, что читать надо больше: столько прекрасной литературы, которая проходит мимо.
    Ещё раз спасибо! Было прекрасно!
    ответить
  • Пугающий объем был для меня) В процессе написания я перечитывал предыдущие части в каждый заход до того, как написать новую. Иногда это помогает найти вдохновение, хотя время утекает как вода.
    В общей сложности с учетом редактирования, проставления книг и т.п., уж точно больше 10 раз прочитал целиком от начала до конца.

    Я про Паддингтона не читал, сцена, конечно, припоминается из фильма, но не уверен был что там в книгах, а вот Белый Мишка реально накосячил)))
    ответить
  • Да, я постарался не сильно мудрить с загадкой. Читатели Литературного Компота № 1 помнят, что я люблю в первых буквах абзацев, предложений, названий шифровать послания. Приглядитесь внимательно к абзацам из первого компота)
    ответить
  • Я его тоже изучила в процессе) Но аналогию не провела, увы
    ответить
  • Это чума!
    Я начала читать эту тему одновременно с первыми выложенными словами. И вот - почти ДВА ЧАСА ушло только на чтение ответов!!! Это вообще что-то за гранью! Столько версий и вариантов, в таких местах, где я даже не подозревала!
    ответить
  • Да, а это только чтение, потому я с выходных и готовил итоги))

    Я заметил, что плотность загадок падает ближе к концу повествования, причем резко и ощутимо. Объясняется тем, что я настолько увлекся, что уже трудно было совмещать размышления о возможных книгах и продолжение сюжета. Плюс примерно к 4-5 главам я понял, что слишком много книг - тоже не здорово, и для ведущего, и для участников. А так да, можно хоть 1001 загадать)
    ответить
  • Вот! А я думала, что это у меня плотность резко снизилась, и, честно говоря, первые части даже не пересматривала, потому что посмотрела, что у меня в конце совсем мало версий)))

    Мой результат итоговый совсем скромный, чуть меньше 20%. Но я поражена тем, что я - снайперский снайпер)))
    ответить
  • Так уж вышло) Были еще и снайперы-снайперы, но потихоньку помаленьку процент попаданий чуть ниже становился и в среднем вышло чуть меньше)
    ответить
  • Вот теперь, читая расшифровку, оказывается много еще книг, которые можно было бы отгадать) Отличный компот)
    ответить
  • Старался сделать умеренной сложности и разместить и очень легкие-явные, и чуть посложнее. По сюжету в общей сложности не очень много книг, больше всяких иносказаний для названий)
    ответить
  • Очень круто! Книгу по восемь женщин в жизни бы не угадала)) Впрочем, как и Брисбен.
    Мне все понравилось, но объем лично для меня все же великоват - под конец мой энтузиазм порядком иссяк.
    ответить
  • Для "Восемь любящих женщин" - для меня особое воспоминание. Во время 6-й сессии в университете я впервые получил "хор" вместо "отл", причем за почерк, а не знания, настроение было так себе, лишился стипендии ученого совета, а в это время был выпускной экзамен одноклассницы, она училась в Гитисе, и как раз выпускной в формате спектакля "Восемь любящих женщин". Все это засело на подкорке и когда пришло время, я открыл гугл и выписал имена, многие из которых просто идеально подошли к моим задумкам - Мами, Сюзон, леди Шанель, Габриэла, Луиза. Огюстина и Пьеретта не так сильно согласовались в моей голове с образами персонажей, но что поделать. А Катрин - универсальное имя)

    Брисбен просто тема месяца)
    ответить
  • А можно я и дальше буду считать что Катрин она в честь главной любительницы фантастики на БукМиксе, как бы нескромно это не звучало?
    ответить
  • Можно, фантастика - это твое, однозначно)
    ответить
  • Спасибо! Оно того стоило! Некоторые книги, например, "Быть котом" (детско-подростковая) или "Большая маленькая ложь", приходили в голову, но как-то отметала по причине, ну нет, такие романы после "Поющих в терновнике" ты не будешь читать и загадывать, про "Это только начало!" мысль пришла и ушла (хорошо помню и сам конкурс и отчеты о подарках, но показалось что это слишком просто). Мне очень понравилось.
    ответить
  • Как и в Литературном Турнире - не стоит стесняться) Ошибочные версии беды не сделают, а забавные порадуют и игрока, и ведущего)
    ответить
  • В Литературном турнире не участвовала. Не знаю какие там правила. После окончания приема заявок, пока ты обрабатывал, нашла ещё рассказ Эдгара По «Низвержение в Мальстрём» и "Клуб самоубийц" Р.Л. Стивенсон, а вот про орла, летящего ночью, была ассоциация с "Ночным орлом" А. Ломма.
    Забавно, про Брисбен не успела подумать, но на днях добавила в список хотелок.
    ответить
  • Такое бывает) Но, если бы я начал с понедельника обработку, то это я еще в лучшем случае в это воскресенье вечером выложил бы. А так прошлое воскресенье помогло, пока все пересчитал, таблички зарисовал и прочее день и закончился)
    ответить
  • Спасибо! Совершенно нет времени перечитывать весь текст с ответами, прочитала полон и первую главу и поняла, как много элементарных вещей было пропущено мною!
    Спасибо, было очень интересно, но слишком уж много, в ходе поисков я перечитал компот раз 5 и это заняло уйму времени, но оно того стоило!
    Спасибо, Алекс!
    ответить
  • Новый год! :-)

    Пять раз - это хорошо)

    Ты первый присоединившийся участник)))
    ответить
  • ну хоть и не первая по результатам, но первая присоединившаяся))
    ответить
  • Ну что тут можно сказать, кроме "Вау, Алекс, ты гений" Это был просто сногсшибательный, крышесносный, зубодробительный, мозговыносительный, но просто невероятно увлекательный компот. Шикардос! Жаль, что так и не смогла плотно на него налечь, но я старалась по мере возможности.
    Сейчас по расшифровке поняла, что еще кучу книг можно было угадать, если бы посидеть как надо. Но увы! Зато в очередной раз убедилась в том, что надо читать, читать и читать. Столько всего, что надо охватить. Пожалуй, и несколько жизней не хватить.
    Спасибо тебе огромное, Алекс. Это просто титанический труд. Я прям даже не представляю, как ты все это сам осилил. Браво!
    Всех победителей поздравляю! Вы - не просто снайперы, вы гуру книжных наук! Как и Алекс)
    ответить
  • Кстати, старик с обезьяной в руках - это нечто. Я несколько дней мозги себе выносила, но так ничего и не придумала. Кинг-конг приходил в голову, но сразу отбрасывала эту мысль, как маразматическую)
    ответить
  • Теперь есть повод не забывать про Плоский Мир - он кладезь сюжетов)
    ответить
  • Спасибо! Надеюсь, что компот помогал выздоровлению и поднятию настроения))
    ответить
  • А то! Еще как!
    ответить
  • Это было офигенно, вынести на себе такой текст мог только ты! Впору книгу издавать, так он хорош! Спасибо тебе за проделанную работу, за твой тяжелый труд, за положительные эмоции!!!!
    ответить
  • Компот Повар расправил плечи)
    ответить
  • Вот кстати да, такой труд пора продавать.
    ответить
  • Невероятно! Всё оказалось проще, чем я думала - всего лишь первые буквы. А я уже стала чувствовать себя одноязычным болваном!
    Очень сложно было разделить текст с загаданными книгами от текста для сюжета. Плюс из-за большого объема постоянно забывала, что я уже записала, а что нет. Но своим результатом более чем довольна :)
    Удивлена, что нет 12 стульев, ведь цитата "все ходы записаны" дана дословно.
    Спасибо за такой безумно поглощающий компот, думаю, я на полгода вперёд напилась :)
    ответить
  • Да, первые буковки) Не зря предлагал участникам ЛК1 посмотреть, небольшой в сравнении с любой главой текущего)

    А про 12 стульев - они в ЛК1 были, если правильно помню, так что заведомо не планировал, но как я уже говорил. Подсознание такая вещь - неспроста фраза появилась. Я считаю, что так прочитанные книги сами вырываются на свободу)

    P.S. Опционально можно было запросить список уже присланных версий. Один участник воспользовался, а может и два, теперь уже я не уверен)
    P.P.S. Так же возможность ознакомиться остается по желанию
    ответить
  • а у меня в этом месте была такая красивая версия с «Шахматной новеллой» Цвейга, но ее было бы точно не разгадать, не зная сюжета...
    ответить
  • Теперь зато знаю о ее существовании)
    ответить
  • Замечательный компот, спасибо, Алекс! За увлекательные три недели! За книги, которые я нашла при дегустации, мои хотелки здорово пополнились! За обратную связь и моральную поддержку! За сам текст, да, объемный, но захватывающий! Было очень интересно поломать голову. Правда, в некоторых местах я явно перемудрила, а в некоторых - недодумала. Но все равно получила большое удовольствие от игры, было здорово😊
    И мои поздравления всем участникам, для себя я поняла, что состязательный дух в этой игре - тоже важный ингредиент))) Какие мы все молодцы🙃
    ответить
  • Спасибо, я был шокирован, как за пару дней до окончания компота изменилась таблица. Сложилось впечатление, что еще несколько часов, и на золоте было бы два дегустатора)
    ответить
  • Ух, это было круто!)Самое прикольное в итогах, это когда читаешь текст с уже выделенными правильными версиями и думаешь: "Ну это ж очевидно, что ж я не догадалась?!" :)
    Alex, ты молодечный молодец!
    ответить
  • Мне кажется так в 90% случаев всех интеллектуальных игр, от ответов к вопросам идти легче)) Но я рад, что за некоторые вещи, которые были не самым удачным и явным образом загаданы не получил на орехи, все-таки, по возможности, я старался все сделать адекватно, насколько в моих силах)
    ответить
  • Я уже говорила в ходе этого компота, и еще раз повторю: Алекс, ты титан! Это ж какая задумка! Про восемь женщин я бы в жизни не додумалась, аллюзия на аллюзии! Сам монументальный труд постараюсь перечесть завтра, но я просто в шоке и восторге от твоего креатива! Виват повару!
    И отдельно поздравления победителям, и всем дегустаторам вообще! Это было легендарно!
    ответить
  • Спасибо)
    Аллюзии на аллюзии - это интересно, правда?) Мне кажется именно так начинался Плоский Мир)
    ответить
  • Потрясающе интересно! Я поняла, что еще читать мне не перечитать)) и по-прежнему считаю, что компот надо издать, теперь уже трехтомной методичкой: издание расширенное, с комментариями)
    ответить
  • Поэтому делал не жанровый, а разнообразный, чтобы дегустаторы могли для себя что-то отметить и соприкоснуться с направлениями, которые обычно не читают)
    ответить
  • Да ты вообще мега-креативщик! я потом еще пройдусь по списку книг, чтобы пополнить бесконечные хотелки:)
    ответить
  • А еще, кстати, вот что мне вообще в голову не пришло, так это что книги могут быть загаданы в тексте песен! Вот это уже вообще тот чулан, где я бы и не подумала искать)))
    ответить
  • Я раньше любил в тексты добавлять эпиграфы из песен, но тут под каждое путешествие подобрал, подумал, что наверняка участники заподозрят какую-то каверзу))

    Правда книги в текстах песен искал вместе с участниками уже после выбора)
    ответить
  • Не, я отгадала Брисбен, и на этом успокоилась) буду иметь в виду твое коварство. Все не то, чем кажется:)
    ответить
  • Спасибо, Алекс. Работа от невероятная, конечно.)
    Шестое место, почему-то, совсем не грустно.) Видимо, азарт участия был более ценным.)
    Поздравляю победителей.
    ответить
  • И не должно быть грустно, должно быть радостно и хорошо)

    Грустно только для меня, немного, что все закончилось. Удивительно, но факт - процесс написания сложен, вычитки тем более, подготовка к старту и подведение итогов - ещё как, но я получал удовольствие на всех этапах. Ну может исправление ошибок не такая уж жизнерадостная работа, так что извиняюсь за все пропущенные, если они есть, опечатки, и весьма вольное обращение со знаками препинания, надеюсь, что научусь с ними дружить близко-близко)

    P.S. За время компота несколько раз посторонние события вгоняли меня в печаль, и именно работа над текстом каким-то непостижимым образом повышала настроение. Взять хоть эту неделю - я просто проставлял книги, но сколько же удовольствия! Особенно от вычеркивания обработанной книги на листке. Списки - это хорошо, а обработанные - еще лучше.
    ответить
  • Думаешь, участники рады, что все закончилось? Теперь с нетерпением будем ждать следующего компота.)
    Хорошо, когда есть дело, которое нравится и увлекает настолько, что можно забыться. Собственно, потому мы и сидим на сайте посвященному книгам: действительно читающие знают, как это- уйти с головой.)
    А еще, мне вот нравится составлять всякие таблицы, расставлять все по местам и прочая. Может, у тебя так же.
    ответить
  • Составлять таблицы не знаю, но отмечать в настроенной и смотреть как там все раскрашивается и суммируется - это было прекрасно))
    ответить
  • «Мельницы богов»... Ахахахахааа)) Я была уверена, что ты ее не включишь после осеннего обсуждения и даже в первых партиях версий не стала указывать. Да и к описанию она все же не очень подходит. А оно-то оказалось!))
    Выходит, я отгадала 5 загадок из 7и. Про «Дон Жуана» думала, но мне показался этот вариант слишком банальным и в то же время слишком притянутым. Ну влюбчивый парень, ну и что)) Тем более не было указаний на конкретную книгу. Но образ коварного парня так прочно засел у меня в голове, что потом выплыл в самый неподходящий момент, затмив собой все остальные... Но это уже другая игра)
    Про Исигуро тоже думала, что уж эта книга точно должна быть, по началу вслушивалась в песни, но потом решила, что они только ради Брисбена...

    Крутотень!!! Все свои впечатления напишу в отдельном посте! Заткнул за пояс самого Пратчетта, сэр Александр))
    ответить
  • Да, я думал как бы её впихнуть, наверняка кто заметит. Даже удивился, что ты не прислала её вначале. А потом объявляется конкурс на 300 книгу, и тут бац!

    Дон Жуан - сложный момент, пришлось его по тому сюжетно делать, ради него и появился голем, он же истукан, он же страж, он же статуя, он же Джеймс)

    Надеялся, что появление ревнивого сторожа заставит участников подозревать одну из книг о беспринципном любовние. Но видимо доброта и светлый образ Санты не позволили совместить этих героев в одном, потому только 1 участник нашел к концу компота)

    Исигуро у меня именно с песней ассоциируется, но та, что в истории мне незнакома, поэтому постарался загадать в других композициях)
    ответить
  • да, светлый образ помешал, именно)
    ответить
  • Аааааа!!! Увидела тему только утром и теперь нехило опаздываю на работу, потому что невозможно ж было не прочесть сразу всё!)) Мегакомпоту - мегаитоги! Доеду до работы, вгляжусь в итоговый список попристальнее, но и так вижу, что моя цель - выловить половину от 365 (была уверена, что в комментариях правильно разгадали число) - была недостижима. Из своего забытого/упущенного/отброшенного заметила всего книги три, кажется. Остальное, даже читанное, никак бы не разглядела!
    ответить
  • Да, еще хочу сказать, что обратная связь была очень-очень важна, потому что иначе руки уже давно бы опустились!
    ответить
  • Компот одно из таких мероприятий, где обратная связь имеет первостепенное значение, ибо действия участника и результат сильно разнесены во времени. Без поддержки, своевременного слова или намека, подобная игра могла бы заглохнуть в первые двое суток)
    ответить
  • А я очень хотела прислать 365 версий, пусть даже самых бредовых и неправильных... но не смогла столько насобирать)
    ответить
  • Когда я хотел составить список книг для загадывания, столкнулся с той же проблемой, где взять книг, да еще с узнаваемыми атрибутами или интересными названиями, да еще, чтобы большая часть была известна, еще разных жанров, еще, чтобы в ЛК1 не было (уж с другими не стал запариваться, больно сложно не пересечься с 9 компотами)
    :-)
    ответить
  • Тоже вариант! :)
    ответить
  • Я себе поставила планочку в 305 версий, в итоге смогла прислать только 295, хотя в некоторых пунктах указывала по две сразу, так что может быть и вышло триста))
    ответить
  • Ну и я посчитать решила: 261 версия. Как-то ни туда ни сюда %)
    ответить
  • Точность у тебя больше 50%)
    ответить
  • Цель была достижима, все-таки участники приблизились, я думаю, что еще свободный день или два могли решить дело, но, к сожалению, наши планы не всегда исполняются так, как задумано, поэтому у участников, так же как и у повара, были сотни бытовых дел, обязанностей, незапланированных задержек и авралов на работе, хлопот с детьми и супругами, здоровьем и конкуренцией в других мероприятиях. Да и читать-то тоже хочется)
    ответить
  • Неее, для меня недостижима, еще 30 книг я бы точно не нашла! Даже если б еще пару недель проковырялась))
    ответить
  • Чума.....
    ответить
  • Там еще "Голод" был загадан)
    ответить
  • Там точно была 1000 и 1 книга, просто ты этого не заметил ))))))))
    ответить
  • Я заметил, но вычеркнул)

    Шехерезада Степановна в отпуск попросилась)
    ответить

Ваше сообщение по теме:

Для оформления текста и вставки изображений используйте панель инструментов.