Рецензия на книгу «Арена» — "Чарующе, как сказка о Щелкунчике"

«Арена» Никки Каллен

«Арена» оказалась похожей на шкатулку с секретом. Во-первых, я как-то очень самонадеянно взялась читать, ничего не зная об авторе (редкий случай!). Наивно полагала, что Никки Каллен – молодая французская писательница вроде А.Гавальды.
Автор же оказался мужчиной, даже и не французом, а вполне себе журналистом Пашей Гуровым.
Во-вторых, исходя из тех же причин, ожидалось, что действие будет происходить где-то за границей, к тому же аннотация обещала «завораживающие истории, в которых нет правил, нет границ — между реальным миром и вымышленным, между снами и явью, между самими рассказами». Никак у меня это не связывалось с нашей действительностью.
С первых же страниц стали появляться некие сигналы: ох, что-то тут не то… С одной стороны, вроде бы и вправду истории происходят где-то не у нас (странные имена, названия, одежда героев), с другой – очень уж узнаваемы некоторые моменты: отец военный, окончивший суворовское («сурововское») училище, пойти занять соль к соседям по подъезду. Вот и пришлось хоть что-то почитать об авторе и книге (вовремя, ничего не скажешь!), и оказалось, что у Паши-Никки есть ещё книга "Гель-грин, центр земли". «Какая связь?» - спросите вы. Мне постоянно казалось, что есть в «Арене», в её стиле что-то узнаваемое, какой-то далёкий отзвук. И теперь я почти уверена, что это отзвуки стилистики Грина, его фраз, часто нарочито прекрасных. Гель-Гью – город, Грином придуманный, мне кажется, Гель-грин, - это комбинация имени автора и придуманного им места. Впро-чем, вернёмся на «Арену», не забывая о Грине – последнем романтике советской литературы.
Секреты шкатулки не закончились. Пожалуй, некий тайник вообще остался не найденным – идея. По крайней мере, я бы не взялась утверждать, что она есть. Вернее, она не в содержании, а в форме. И, как мне кажется, это красота ради самой себя, ради красоты, совершенно особой, утонченной, такой, какой и не бывает вовсе.
Красиво всё: герои, это постоянно подчёркивается. Иногда болезненно красивы, как внешне, так и внутренне. Кто-то из них, например, «пишет католический роман за старинной машинкой», кто-то страдает раздвоением личности. Красивы места их обитания: это то старый маяк, то замок, построенный по точному подобию средневекового, то ещё что-то мало похожее на реальность, но от этого только более интригующее. «Радио-станция «Туман» - это старый маяк; огромный, кирпичный, несколько щелей-окон без стёкол, с дивным видом на море и камни внизу: русалки, принцы, корабли, полные сокровищ, Айвазовский, О,Брайен, самоубийства, вечность - пока поднимешься по тонкой чёр-ной металлической лестнице винтом на самый верх…» Сознание только успевает выстраивать ассоциации следом за взглядом, бегающим по строчкам.
Красивы сами фразы, они вычурны, наполнены многочисленными метафорами и бесконечными сравнениями, что подчёркивают все рецензенты. При этом сравнениями очень точно подобраны, мне показались весьма удачными, поэтому нисколько не раздражали. «Город внизу был прекрасен, как блюз»; «и у Кая остановилось дыхание, как от холодной воды». Вы когда-нибудь входили в холодную реку? Ведь действительно дыхание и само сердце, кажется, останавливаются. Ловлю себя на мысли, что тоже постоянно тянет писать об этой книге подобным образом, но нет, «Ода сравнительному обороту» уже написана.
Помимо слова красота постоянно хочется повторять «странный» ко всему выше перечисленному. На мой взгляд, «Арена» - дань романтизму как литературному направлению в чистом виде, с его известной «формулой»: «исключительный герой в исключительных обстоятельствах».
Читать или нет – каждый решит для себя сам. Это не та книга, которая обязательна к прочтению, как необязательны в нашей жизни непрактичные, но красивые вещи. Зачем нам бусы, цветы, картины, стеклянные шары, в которых идёт снег; зачем мы детьми завороженно смотрели в калейдоскоп? Кто-нибудь помнит, как одним поворотом незатейливой игрушки получался новый замысловатый узор и это казалось чудом?
Я читала с перерывами, подряд было тяжело, как, например, обедать каждый день с мейсенским фарфором и тучей ножей и вилок. Кстати, я даже одноимённый альбом группы Duran-Duran прослушала, названиями песен которого и названы сами рассказы, но восторги автора не могу разделить.
Книга попала в список хотений благодаря прекрасной рецензии Polukrovkи. Спасибо!