Рецензия на книгу Надежда Тэффи. Юмористические рассказы

В сборник вошли рассказы Тэффи разных лет, написанные как на родине, так и в Европе. Перед читателем проходит настоящая галерея забавных, ярких персонажей, во многих из которых угадываются реальные современники писательницы - люди искусства и политические деятели, знаменитые "светские львицы" и меценаты, революционеры и их противники.

  • Смех о наших людях сквозь слезы

    3
    +
    Надежда Тэффи. Русская писательница конца 19, начала 20 века. После революции ей удалось эмигрировать и она даже пережила ВОВ.

    Писала юмористические рассказы. Раньше она мне нравилась, но сейчас читаю, а сердце плачет. Устала я от горя, пусть и завуалированно юмористического, про прошлый и нынешний период в нашей стране.

    Чтобы много вам не рассказывать, читайте и судите сами. Возможно, что вы со мной согласитесь, что юмор этот тяжел и мрачен:

    Новый циркуляр

    Евель Хасин стоял на берегу и смотрел, как его сын тянет паром через узенькую, поросшую речонку.

    На пароме стояла телега, понурая лошаденка и понурый мужичонка.

    В душе Евеля шевельнулось сомнение.

    – Чи взял ты з него деньги вперед? – крикнул он сыну.

    Сын что-то отвечал. Евель не расслышал и хотел переспросить, но вдруг услышал по дороге торопливые шаги. Он обернулся. Прямо к нему бежала дочка, очевидно, с какой-то потрясающей новостью. Она плакала, махала руками, приседала, хваталась за голову.

    – Ой, папаша! Едет! Ой, что же нам теперь делать!

    – Кто едет?

    – Ой, господин урядник!…

    Евель всплеснул руками, взглянул вопросительно наверх, но, не найдя на небе никакого знака, укоризненно покачал головой и пустился бежать к дому.

    – Гинда! – крикнул он в сенях. – Чи правда?

    – Ой, правда, – отвечал из-за занавески рыдающий голос.

    – В четверг наезжал, с четверга три дня прошло. Только три дня. Чи ж ты ему чего не доложила?

    – Доложила, аж переложила, – рыдал голос Гинды. – Крупы положила, сала шматок урезала, курицу с хохлом…

    – Может, бульбу забыла?

    – И бульбу сыпала…

    В хату вбежала девочка.

    – Ой, папаша! Едет! Ой, близко!

    – А может, он верхом приехал, – говорит Евель, и в голосе его дрожит надежда.

    – Не! На дрендульке приехал. Коня к забору привязал, сам у хату идет.

    В окно кто-то стукнул.

    – Эй! Евель Хасин, паромщик!

    Евель сделал любезное лицо и выбежал на улицу.

    – И как мы себе удивились… – начал он.

    Но урядник был озабочен и сразу приступил к делу.

    – Ты – паромщик Евель Хасин?

    – Ну, как же, господин урядник, вам должно быть известно…

    – Что там известно? – огрызнулся урядник, точно ему почудились какие-то неприятные намеки. – Ничего нам не может быть известно пред лицом начальства. Так что вышел новый циркуляр. Еврей, значит, который имеет несимпатичное распространение в окружающей природе и опасно возбуждает жителей, того, значит, ф-фью! Облечен властью по шапке. Понял? Раз же я тебя считаю приятным и беспорядку в тебе не вижу – живи. Мне наплевать – живи.

    – Господин урядник! Разве же я когда-нибудь…

    – Молчи! Я теперь должен наблюдать. Два раза в неделю буду наезжать и справляться у окружающих жителей. Ежели кто что и так далее – у меня расправа коротка. Левое плечо вперед! Ма-арш! Понял?

    – А как же не понять! Я, может, еще уже давно понял.

    – Можешь идти, если нужно что похозяйничать. Я тут трубочку покурю. Мне ведь тоже некогда. Вас-то тут тридцать персон, да все в разных концах. А я один. Всех объехать дня не хватит.

    Евель втянул голову в плечи, вздохнул и пошел в хату.

    – Гинда! Неси что надо, положи в дрендульку. Они торопятся.

    * * *

    – Ой, Евель! Вставай скорей! Не слышишь ты звонков? Или у тебя сердце оглохло. Ну, я разбужу его. Знаешь, кого наш Хаим на пароме тянет? Господина станового! Станового тянет наш Хаим, везет беду на веревке прямо в наш дом.

    Евель вскочил бледный, взъерошенный. Взглянул на потолок, подумал, покрутил головой.

    – Это, Гинда, уже ты врешь.

    – Пусть он так едет, как я вру! – зарыдала Гинда. Тогда он вдруг понял, заметался, кинулся к окну.

    – Двоська! Гони кабана в пуню. Гони скорей! Зачини двери!

    – Ой, гони кабана! – спохватилась и Гинда. – Ой, Двоська, гони, двери зачини.

    Было как раз время.

    Толстый пристав вылезал из брички.

    – Таки в бричке! – с тоской шептал Евель. – Таки не верхом!… Гинда, поди в кладовку, вынеси гуся…

    Гинда всхлипнула и полезла в карман за ключами. А Евель уже кланялся и говорил самым любезным голосом:

    – Ваше превосходительство! И как мы себе удивились…

    – Удивился? Чего же ты, жид, удивился? Тебе урядник новый циркуляр читал?

    – Урядники-с, читали-с…

    – К-каналья! Поспел… – Он минутку подумал. – Ну-с, так, значит, вполне от тебя зависит вести себя так, чтобы на месте сидеть. Ты вон паром арендуешь, доход имеешь, ты должен этим дорожить. Вон и огород у тебя… Крамолу станешь разводить – к черту полетишь. Ежели не будешь приятен властям и вообще народу… Капусту не садишь? Мне капуста нужна. Двадцать кочанов… Терентий, пойди выбери – вон у него огород. Он еще паршивых подсунет. Всем должен быть приятен и вполне безопасен. Понял? Если кто-либо заметит в тебе опасную наклонность, грозящую развращением нравов мирного населения и совращением в крамольную деятельность с нарушением государственных устоев и распространением… Это что за девчонка? Дочка? Пусть пойдет гороху нащиплет. Мне много нужно… и распространением неприятного впечатления вследствие каких бы то ни было физических, нравственных или иных свойств… Свиней держишь? Как нет? А это что? Это чьи следы? Твои, что ли? Вон и пунька за амбарчиком. Свинья?

    – Ваше превосходительство! Пусть буду я так богат, как оно свинья! Ваше…

    – Что ты врешь! Обалдел! С кем говоришь?! Кому врешь? Мерзавец! Ворон костей не соберет!… Отворяй пуню. Я хочу у тебя свинью купить.

    – Ваше высокое превосходительство! Я не врал. Видит Бог! Оно не свинья! Оно кабан…

    – Б-болван! Скажи Терентию, пусть веревкой окрутит. Можно сзади привязать. И кабан-то какой тощий. Подлецы! Скотину держат, а пойло сами жрут. Ну ладно, не скули! Я ведь не сержусь… Деньги за мной.

    * * *

    Два дня Евеля трясла лихорадка.

    На третий день вылез погреться на солнышке. Подошла Гинда. Стали говорить про кабана, вспоминать, какой он был.

    – Он, может, пудов восемь весил… – вздыхал Евелъ.

    – А может, и девять – и девять с половиной. Все может быть. Почему нет?

    – Я бы его продал в городе за десять рублей, так у нас на каждый шабаш селедка бы была и деньги бы спрятаны были.

    – А я бы его зарезала, тай посолила бы. Господину уряднику по шматочку надолго бы хватило. А теперь что я дам? Огурцов они не любят…

    – А я бы продал, аренду заплатил. Жалко кабана. Хороший был. И резать жалко.

    – Жалко! – согласилась Гинда. – Хороший.

    Но Евель уже не слушал ее. Он весь насторожился, и волосы у него стали дыбом.

    – Звонки…

    – Звонки… – стонущим шепотом вторила Гинда.

    – Это сам…

    – Сам…

    Евель на этот раз не поднимал глаз к небу. Чего там спрашивать, раз уже знаешь.

    Тройка неслась прямо на них.

    Не успели лошади остановиться, как в коляске что-то загудело, зарычало… Евель ринулся вперед.

    – Кррамольники! Да я тебя в порошок изотру, мерррз… Циркуляр понимаешь?

    – Ой, понимаю, – взвыл Евель. – Господин урядник объясняли, господин его превосходительство пристав объясняли… Понимаю! Ваше сиятельство! Хотел бы я так не понимать, как я понимаю!

    – Молчать! Циркуляр разъяснили?

    – Ой, как разъяснили! Все до последнего кабана разъяснили…

    – Что-о? Ты что себе позволяешь? Да ты знаешь ли, что, если я захочу, так от тебя мокрого места не останется. Пойди разменяй мне двадцать рублей. Живо! Бумажка за мной.

    – Ваше высокое сият…

    Исправник рявкнул. Евель подогнул колени и, шатаясь, поплелся в хату.

    Там уже сидела Гинда и распарывала подкладку у подола своего платья.

    Евель сел рядом и ждал.

    Из подкладки вылез комок грязных тряпок. Дрожащие пальцы развернули его, высыпали содержимое на колени.

    – Только семнадцать рублей и восемьдесят семь копеек… Убьет!

    – Еще капуста осталась… Может, они капусту кушают…

    Евель поднял глаза к потолку и тихо заговорил.

    – Боже праведный! Боже добрый и справедливый! Сделай так, чтобы они кушали капусту!…

    (Похоже немного на Чехова. Книгу оставлю пока в библиотеке, но перечитывать ее пока желания нет.)







    • Ох, юмора даже не почувствовал, горькая ирония.
      Спасибо за отрывок!
      ответить
    • Пожалуйста! Изучайте!
      ответить
    • А мне не хватило впечатлений для формата рецензии...отрывки отрывками, но не хватило.
      ответить



Интересные посты

Интересная рецензия

Отпуск у моря

Разве не прекрасно провести отпуск в пансионате на маленьком островке, где ласково светит...

Заметка в блоге

Все мы любим списки...

Все мы любим списки для чтения... А такое у кого-нибудь было?:) Или просто...

Заметка в блоге

Самый злодейский злодей

Здравствуйте! Я злодей-интеллектуал - профессор Джеймс Мориарти. Блестяще образован и от природы...

Заметка в блоге

Киберпанк: фантастика постиндуистриальной эпохи

16 декабря 1928 года родился Филип Киндред Дик – один из самых известных фантастов мировой...