Рецензия на книгу «Человек ли это?» — Зато точно знаем, кто был зверем

«Человек ли это?» Примо Леви

И опять я сталкиваюсь с проблемой: как давать оценку книге, что основанна на реальных событиях. Это не сочинение в школе, чтобы изливать ощущения от прочитанного.
Для незнающих: эта книга является реальным рассказом о жизни итальянца еврейского происхождения в условиях концлагеря.
Должен сказать, что название книги подобрано отлично, потому что всю книгу именно над этим вопросом бьется автор и пытается задать его людям: фашистам, что устроили этот ужас; людям, что пережили подобное; читателям, которым надо понимать, что этого нельзя больше допускать.
Трагедия человечества. Я мог бы написать десяток страниц, в которых анализирую книгу, поступки, описываю зачем именно и что именно делали фашисты, говорить о том, что с их стороны было жестоко не просто убивать человека как человека, а забивать как животное, предварительно сделав человека таковым. Думаю, что и без моего мнения все справятся.
Во время прочтения я удивлялся сухому написанию. Никакой ненависти, жалости, ничего вообще не прослеживается. Да, там есть моменты и очень частые, где автор пишет, что ненавидел то или иное, ненавидел фашистов, свою судьбу, вообще все, но через годы вся эта ненависть не пробилась. Он именно пишет, для полноты картины, для понимания и для себя самого, но открытых эмоций нет. Читая, ужасаешься именно событиям, жестокости, а не страданиям. Есть факты по именам и датам, но нет красочного описания ощущений. Не подумайте, что автор был совершенно безжизненнен в ходе написания книги, она оставляет осадок, как и должно быть.
Я так понимаю, что фашистам хоть немного, но удалось вытравить человечность из автора, то есть сделать то, чего он боялся, ненавидел и не понимал. После возвращения в мир, он не смог оправиться полностью и это неудивительно. Оттуда и сухость языка. Да и вспоминать больно, думаю. Поэтому, не считаю это минусом. Так вышло.
"Человек ли это?" сильно напоминает Ремарка и его "Искру жизни". Конечно напоминает, тема одна, скажите Вы. Да, только они похожи между собой и отличаются от обычного восприятия. Может, это я такой темный, но концлагерь для меня представлялся беспросветным и страшным, потому, прочитав Ремарка я вдруг решил, что это не сильно похоже на правду. Ведь в концлагерях нет сил и воли на какие-то там махинации, да и возможностей, хоть и знал о том, что сами узники и работают на кухнях, на печах и остальном. Я считал, что это как у Дюма, люди и декорации взяты из реального мира, а все остальное из головы. Ошибся. "Мусульмане" были, а так же обмен вещей, продажа своего тела за кусок хлеба и шепот о том, что русские вот-вот придут. Век живи- век учись.
Между прочим, если сравните написание Ремарка и Леви, то поймете о какой сухости я говорю.
По-мимо этого меня удивил конец книги, хотелось продолжения. Леви не рассказывает о том, что было после того, как русские пришли. Как он вернулся домой, как он пытался влиться в нормальную жизнь, что он переживал, как встречался с другими бывшими узниками, что он чувствовал, когда начались бесконечные суда над фашистами. Я понимаю, что это не очень красиво, ждать, что человек раскроется настолько сильно и желать знать как он страдал там, "на воле". Может, автору хотелось закончить книгу на относительно радостной ноте?
Да, книга страшная, над ней сидишь и думаешь какого черта вообще это все делалось и не дай Бог еще, не надо больше, люди в шоке и без того уже семьдесят с лишним лет, но. Если сравнивать с "У войны не женское лицо" то все не так плохо, для меня именно эта книга оказалась самой страшной. Я не о страданиях, а о восприятии. К чему я это веду. Если Вы не хотите читать нечто подобное в виду своей тонкой натуры, то здесь нечего бояться. Она не так ужасна, она стремится не пугать людей, а дать пищу для размышления. Потому, читайте, обязательно.
Написал как думал, перечитал и подумал, что теперь у людей точно есть повод бросать в меня камни, мол, давайте пропишем этому ханже. Потому что не писал так, как сделали бы многие: книга страшная, мне больно, страдания- слезы. Я стараюсь быть объективным, товарищи.