Рецензия на книгу «Выбор Софи» — Софи делает выбор

«Выбор Софи» Уильям Стайрон

Уильям Стайрон, американский писатель, творчество которого, не оставляет равнодушным многих людей, вызывает неоднозначные эмоции у желающих понять, что писатель имел ввиду. Стайрон – лауреат Пулитцеровской премии 1968 года. Премию он получил за роман «Признания Ната Тернера». Премия эта,можно сказать спасла ему жизнь. За роман «Признания Ната Тернера» писателя пытались сгноить в психушке, врывались в квартиру и перерывали там все вверх дном, разве что не судили как экстремиста. Тогда в Америке были такие времена: или ты участвуешь с черными братьями в митингах в поддержку Мартина Лютера Кинга, либо жжешь костры в белом балахоне Ку-Клукс-Клана. В это время Стайрон выпускает свой роман о чернокожем религиозном фанатике Тернере, преследуемым бредовыми фантазиями о сексуальном насилии над белой девушкой. За этот роман на Стайрона накинулись все кому не лень. Собратья по перу решили дать ему шанс, намекнув всем, что все написанное Стайроном – это «просто литература».
Второй, более известный роман Стайрона - «Выбор Софи». Обычно, в романе почти все читатели выделяют один эпизод из жизни Софи-на платформе Освенцима. Этот жестокий выбор-кого из двоих детей немедленно отправить в печь крематория, а кого оставить с мнимой надеждой выжить в этом аду. Думать, что Софи именно в этот момент делает выбор, на мой взгляд неправильно и безнравственно. У Софи и её детей не было выбора с момента, когда их затолкали в вагон, идущий к платформе Освенцима.
Софи, очень красивая женщина «будто вся из тех материй, их которых хлопья шьют», выжила в Освенциме-делает выбор в настоящем времени, в процессе повествования. Стайрон-настоящий провокатор. Он намеренно выстраивает условия «мнимого» выбора Софи. Вся сцена выбора очень противоречива. Поезд с Софии её детьми прибывает в Освенцим прекрасной весенней ночью. Воздух этой ночью упоительно хорош. Софи через много лет вспоминает красоту этой ночи как очень важную деталь своей жизни. Людей высаживают на прекрасно оборудованную платформу. В темноте, окруженные такой невероятной красотой весенней ночи, медленно бредут измученные заключенные. На платформе людей делят на тех, кто пойдет в колонне к печи, а кто проследует дальше в лагерь. Не следует надеяться на то, что у Софи есть хоть какой-то выбор, в тот момент, когда она ступила на эту платформу. Но даже в эти минуты она отчаянно пытается спасти детей, крича вслед пьяному эсэсовцу с крупинками жирного риса на мундире, напомнивших ей трупных червей. Но после заключения Софи со всей безысходностью понимает, что у нее не было выбора. Так же у неё не было выбора - покупать ли умирающей от туберкулеза матери мясо, понимая, что за такой поступок полякам грозит смерть.
Софи делает свой выбор не на платформе Освенцима. Софи делает выбор между жизнью и смертью. Он делает этот выбор в тот момент, когда судьба преподносит ей выбор - уехать с полюбившим её молодым писателем Стинго и начать новую жизнь или закончить своё существование с Натаном, её любовником. Натан, шизофреник и наркоман. Он еврей и этим частично объясняется его отношение к Софи. Он очень любит Софи, но при этом набрасывается на нее, избивает. Он не может простить ей, что миллионы евреев сгинули в печах Освенцима, а она выжила. Он считает Софи шлюхой и проституткой, иначе как бы она уцелела в концлагере. Для Софи не стоит никакого выбора. Она винит себя за выбор на платформе, за выбор купить мясо. Софи постоянно мучает себя, за то, что сделала неправильный выбор.
Что Сердцу? — Радость дай –
Потом — уйти от Мук –
Потом — лекарство проглотить –
Чтоб утолило боль –
А там — уснуть скорей
А там — когда исход
Сам Инквизитор утвердит –
Свободу умереть.
Как жаль, что не существует лекарства от мук…Софи понимает, что не может жить обычной жизнью. Её жизнь проходит в буйном веселье, скандалах. Для Софи - это средство забыться.
Натан вместе с Софи проходит эту платформу, это разрушает его психическое здоровье, и без того шаткое, вдобавок разрушенное наркотиками. До последней минуты Софи бережет от этой платформы их друга, молодого писателя. Только в конце книги она рассказывает Стинго, почему она не может быть матерью для его детей и почему она выбирает Натана.
«Когда-нибудь я пойму, что такое Аушвиц. Это было смелое, но нелепое по своей наивности заявление. Никто никогда не поймет, что такое Аушвиц.
Я выразился бы точнее, если бы написал: «Когда-нибудь я напишу о жизни и смерти Софи и тем самым попытаюсь показать, что абсолютное зло неистребимо в мире». Феномен Аушвица так и остался необъяснимым. Самая глубокая мысль, высказанная пока об Аушвице, – не столько утверждение, сколько ответ вопросом на вопрос.
Вопрос: «Скажи мне, где в Аушвице был бог?»
И ответ: «А где был человек?»
Стайрон утверждал, что изучал абсолютное зло. Как только человек перестает сочувствовать, зло наступает.