Рецензия на книгу Петровы в гриппе и вокруг него

Алексей Сальников родился в 1978 году в Тарту. Публиковался в альманахе "Вавилон", журналах "Воздух", "Урал", "Волга". Автор трех поэтических сборников. Лауреат премии "ЛитератуРРентген" (2005), финалист "Большой книги" и "НОС". Живет в Екатеринбурге.

"Пишет Сальников как, пожалуй, никто другой сегодня, а именно свежо, как первый день творения. На каждом шагу он выбивает у читателя почву из-под ног, расшатывает натренированный многолетним чтением нормальных книг вестибулярный аппарат.
Все случайные знаки, встреченные гриппующими Петровыми в их болезненном полубреду, собираются в стройную конструкцию без единой лишней детали. Из всех щелей начинает сочиться такая развеселая хтонь и инфернальная жуть, что Мамлеев с Горчевым дружно пускаются в пляс, а Гоголь с Булгаковым аплодируют.
Поразительный, единственный в своем роде язык, заземленный и осязаемый материальный мир и по-настоящему волшебная мерцающая неоднозначность (то ли все происходящее в романе гриппозные галлюцинации трех Петровых, то ли и правда обнажилась на мгновение колдовская изнанка мира) как ни посмотри, выдающийся текст и настоящий читательский праздник".
Галина Юзефович

  • Рецензия недели

    О Петровых начистоту

    26
    +
    Осторожно! Рецензия насыщенна спойлерами, как дыхание больного ОРВИ – бациллами.

    Честно признаюсь, в романе я ни Аида не поняла. Не поняла даже, закончился ли роман на том месте, где прервалась моя электронная книжка, или мне попалась какая-то неполная версия и должно быть еще главы две-три, которые все объяснят. Почитав другие отзывы, я узнала, что версия все же полная, но в своих сомнениях я не одинока.

    Это очень индивидуальная ассоциация, но мне роман напомнил «В лабиринте» Роба-Грийе, в котором герой, куда бы ни шел, оказывается у одного и того же фонарного столба. Только в «Петровых» столб не реальный, а внутритекстовый. И возвращается к нему не герой, а ведомый автором читатель. Текст вертится вокруг нескольких «сюжетных якорей», от которых то и дело отходит в разные стороны, но неизменно возвращается. Роднит их и ощущение болезненно-измененного сознания, в котором не поймешь, что же реально, а что вымысел (или может, это вымысел, который уже воплотился в действительность). Только если у Роба-Грийе это дурной сон, то в «Петровых» – гриппозно-температурная реальность.

    Поскольку, как я уже сказала, в романе я ничего не поняла, единой трактовки составить не получилось, да и текст ее не предполагает. Но хочу поделиться несколькими разрозненными мыслями разной степени фантастичности, которые появились в процессе и после чтения. Дальше будет очень много «допустим», «возможно» и вопросиков в скобочках. Их очень хотелось добавить к каждому слову, но я пыталась сдерживаться. Уж очень все зыбко у этих гриппозных Петровых.

    Мысль №1 «Все, что происходит – больной бред, рожденный под воздействием высокой температуры» разрабатывать не буду, так как она прямым текстом прописана в названии и идет красной нитью через весь роман.

    Мысль №2. Дар Аида. Тут мы уходим в какой-то архаически-мифологический сюжет (правда, перебрав в голове греческие и не только мифы, ничего подобного я не вспомнила). Допустим, за услугу, которую маленький мальчик, хоть и ненамеренно, оказал богу подземного мира, тот подарил ему и его близким возможность распоряжаться жизнью и смертью, своей и окружающих. Обставляя, это так, будто никакого нарушения жизненно-смертного течения и не было: в скучной бытовухе среднестатистической семьи чудесным воскрешениям не место. Этой возможностью, если я не обсчиталась, по типично сказочному канону, пользуются они трижды: убив, не убивая; вставая из (своего ли?) катафалка; воскрешая умершего ребенка. Эпизод со спящим Петровым-младшим – вообще отличный пример игры с трактовками. С одной стороны, здесь такое естественное переживание родителей за жизнь пусть и нетяжело больного сына, и так просто перепутать глубокий сон со смертью (не скажу за детей, но то, что делал главный герой, я пару раз проделывала со спящим котом). С другой – а вдруг смерть была настоящей: и нагнетание тревожности, и описание холодного, недышащего ребенка заставляют в это верить.

    Мысль №3. Немного солипсизма. А вдруг не существует ничего, кроме Петрова-творца. Сын и жена – персонажи вымышленной им вселенной (тут, кстати, вопрос, а какая вселенная первична: Свердловска-Екатеринбурга конца XX-начала XIX века или все же комиксов). Непризнанный гений Сергей – альтер-эго Петрова (который, кстати, ведь тоже Сережа). Тогда текст идет вообще куда-то в сторону бартовской смерти автора, которая тут не метафорическая, а вполне реальная, когда важно все, кроме пресловутого «хотел сказать автор»: внутренняя логика повествования, контекст, читатель; когда текст начинает жить своей жизнью. Сальников очень четко представляет своего читателя как человека, который любит вгрызаться в текст, копать и перекапывать. Иначе к чему столько случайно брошенных неслучайных деталей. Иначе зачем подбрасывать разные варианты контекста. Сиди себе, читатель, и трактуй, как вздумается.

    Мысль №4. Всех задолбал быт. Настолько безнадежны все эти ежедневные сидения в автослесарных ямах, библиотеках, долгие переезды в холодных троллейбусах, облупленные подъезды с никогда не закрывающимися дверями, ежевечерняя чистка картошки, что хочется сбежать в комикс с супер-героем или супер-злодеем, прирезать малознакомого мужика в подворотне или спуститься в ад, в конце концов.

    Мысль №5. Город как действующее лицо. Я неслучайно выбрала под книгу марафонский пункт «Книга, действие которой происходит в большом городе». Свердловск-Екатеринбург здесь занимает одно из центральных мест. Очень живой и узнаваемый прямо с первой страницы, хоть и называется на протяжении романа всего пару раз. Безымянность, наверное, должна была создать образ типичной провинции, но за любой типичностью рано или поздно проступают индивидуальные черты. Меня даже резануло чем-то, похожим на ностальгию. Город получился практически осязаемый, с очень точной топографией. Можно пройти маршрутами героев: съездить на Эльмаш, постоять на остановке на Юго-Западе, сесть на метро на Площади. В реальности или воображении – неважно. Этой топографичностью он напомнил другой Город, правда с большой буквы и столетней давности.

    P.S. Не смогла придумать для рецензии другого заголовка кроме слогана из дурацкой рекламы, но мне кажется, он даже подходит роману: и в плане внешней (стерео)типичности семьи, и в плане примет уже прошедшего времени.









    • Мне понравилась Ваша рецензия. Всё, что Вы сказали во мне отозвалось. И вспомнилась 2 месяца назад прочитанная книга и наши дискуссии по ней. Спасибо.
      ответить   пожаловаться
    • Спасибо! Я, к сожалению, к обсуждению не успела.
      ответить   пожаловаться
    • Браво за название рецензии.
      И мысль 2 и мысль 3 тоже отмечу.
      ответить   пожаловаться
    • По поводу названия. Вот же сила промывания мозгов. Несколько лет живу без телевизора, а фраза как всплыла, так из головы выходить отказалась.
      ответить   пожаловаться
    • Мы без телевизора живём очень долго, и название оценить не смогла: никогда не слышала. ))
      Несмотря на в целом позитивный лад рецензии, желание читать книгу уменьшилось.
      Зато узнала о Роб-Грийе: беру себе.
      ответить   пожаловаться
    • Я бы сказала, что роман очень дискуссионный, но прочитать его все же стоит.
      Роб-Грийе крутой, но очень специфический.
      ответить   пожаловаться
    • Мы в литинституте в ноябре обсуждали эту книгу. Все пришли к твоей мысли номер один:)
      Не поняли ни тренда в литературном труде, ни за что собственно столько шума из ничего, столько похвал и премия.
      Я бы смелую троечку поставила.
      Рецензии плюс.
      ответить   пожаловаться
    • Но ведь и "Москва-Петушки" - алкогольный бред, но это не исключает достоинств поэмы.
      Для меня всегда плюс, когда текст оставляет после себя вопросы и заставляет размышлять еще какое-то время после прочтения. Здесь этот эффект есть.
      И хоть вряд ли роман станет для меня любимым или знаковым и вряд ли я его захочу когда-нибудь перечитать, но Сальников как автор пока мне интересен и интересно, куда он пойдет дальше.
      ответить   пожаловаться
    • Я на троечку и оценила:)

      Рецензия хорошая, правда, первая мысль - отличный спойлер самой рецензии:))))))
      ответить   пожаловаться
    • Это та, которая пронумерована №1? Этот спойлер и в названии книги есть:)
      ответить   пожаловаться
    • Мне тоже приходила мысль про альтер-эго Сережу. И вообще именно этот сюжетный эпизод произвел на меня наибольшее впечатление в романе, как ни странно.
      Сравнение с Роб-Грийе интересное, мне бы и в голову не пришло) Но что-то в этом есть)
      ответить   пожаловаться
    • Мне кажется, тут вообще работает эффект превращения типичной "чернухи-бытовухи" во что-то более сложное и неоднозначное. Я такого перехода не ожидала и даже не заметила, как он произошел.
      ответить   пожаловаться
    • Продолжаю удивляться, насколько по-разному воспринимается текст "Петровых", особенно финал. Я была в восторге именно от законченности книги, от такого аккуратного завершения-склеивания сюжета.
      Мысль№1, кажется, одна из самых популярных трактовок, наверное, потому что освобождает читателя от необходимости разбираться - проще всего объявить все бредом. Но так неинтересно же)
      (*ниже спойлер и банальность*)
      Мне самой нравится версия о Петрове, наделенном (Аидом) могуществом творца, который сочиняет истории, а персонажей пишет с себя и родных, который вдруг понимает, что его творчество оказывает непосредственное влияние на реальность и в итоге решает больше не придумывать _таких_ историй. Получается своеобразное сочетание красивого "писатель-художник-творец" и мрачненько-бытового антуража.
      Но полностью согласна, что версий "о чем книга" может быть сильно больше, чем одна))
      ответить   пожаловаться
    • Интересно и совсем не банально.
      Я до этой версии недокрутила, хотя она как раз органично соединяет идеи про дар Аида и про творца, создающего реальность.
      ответить   пожаловаться
    • Очень понравилось название рецензии) Сразу вспомнилась реклама про бедных Петровых и их горы немытой посуды))
      Сама рецензия прекрасно написана. К сожалению, пока не могу согласиться с мнением или опровергнуть его, т.к. не читала книгу. Но много о ней слышала, в основном, восторженные отзывы каких-то там критиков. Поэтому вдвойне интересно было читать отзыв, лишенный таких восторгов. Спасибо)
      ответить   пожаловаться
    • Спасибо!
      Книгу по крайней мере интересно обсуждать и о ней думать. Это уже само по себе очень здорово.
      ответить   пожаловаться



Интересные посты

Интересная рецензия

Всё не так, как кажется

Очень сложно определить жанр этого захватывающего повествования. Итак, Англия, 1663 год. Основное...

Интересная рецензия

Обойтись без чернухи

Гарриет Бичер-Стоу написала книгу таким языком, который больше подходит для женских романов...

Заметка в блоге

Семь лет? Уже семь?!

Семь лет – это много или мало? Не раз сравнивали с поступлением в первый класс, а ещё это с...

Новости книжного мира

Сегодня, 17 февраля, в истории

В этот день родились: 1853 — Ярослав Врхлицкий, чешский поэт, драматург, переводчик (ум. 1912). ...