Рецензия на книгу Угрюм-река

[Угрюм-рекаk первое историческое полотно жизни дореволюционной Сибири. Это роман о трех поколениях русских купцов, рассказывающий историю семьи Громовых. Действие романа разворачивается в конце XIX начале XX века.br /В данное издание вошли заключительные части произведения.br /Автор произведения писатель Вячеслав Яковлевич Шишков (18731945 гг.).

  • Трижды в одну реку

    19
    +
    Книгу читал, наверно, даже не стереоскопическим, а трископическим зрением – с трех ракурсов: с позиции себя современного – читателя XXI века, себя прошлого – читателя советской эпохи (на которого, собственно, и был рассчитан роман) и себя абстрактного – стороннего литературного критика, высматривающего в произведении его структуру, сюжетные ходы, стилистику и т.д. Восприятие с каждой точки разнится существенно.

    С позиции литературного критика композиция произведения почти идеальна – на широкую панораму Сибири царской эпохи практически сразу накладываются яркие события, в действие вступают харАктерные главные герои и сопутствующие им персонажи местного тунгусского колорита, намечаются основные конфликты. По ходу объемного романа читатель, стоя на распутье с главными героями, встречает не одну интригующую кульминационную точку надлома сюжета, ожидая, куда повернет ход событий и как характер понесет каждого из персонажей по руслу личного выбора или бесстрастной судьбы. На фоне «мужских» социальных проблем ярко пестреет «женская» практически «сериальная» сюжетная линия острых личных взаимоотношений героев. С этой точки зрения роман – сильное яркое произведение, на всем протяжении читаемое на одном дыхании без утери общего плана восприятия.

    С позиции меня современного – читателя, пережившего смену далеко не одной эпохи, идейность романа уже не воспринимается как единственно верная и художественно правдивая. Соцреализм, в рамках которого написан роман, уже не является неотъемлемой «окружающей средой», которую не ощущаешь, как воздух, которым просто дышишь. Идеологическая составляющая романа, органичная в былую эпоху, сегодня уже заметно выпячивается, контрастно воспринимаясь на фоне других современных произведений.

    С «идейного» ракурса интрига произведения уже не кажется столь яркой, как это видится с чисто литературных позиций. Логику развития конфликтов в романе автор четко и предсказуемо укладывает в рамки исторически объективного развития социальных отношений. Согласно этой объективной необходимости писатель «перемалывает» своих персонажей, бросая их в жернова истории: для одних открывая горизонты будущего, а других утыкая в социальные, а, значит, следом и личные убийственные тупики.

    С позиций себя прошлого, жившего в условиях победившего социалистического строя, рассвет которого только намечен Шишковым в своем произведении, роман воспринимался бы совершенно без особой рефлексии. Возможно, социальная сторона книги о развитии и последующем крахе дикого капитализма и его «носителей» в условиях богатейшего ресурсного региона была бы по умолчанию даже не замечена как рядовая, уже практически шаблонная для «партийной литературы» составляющая.

    Но совершенно иначе эта же составляющая романа воспринимается сегодня, в эпоху социальной деградации и реванша того самого дикого капитализма, только еще более усугубленного возможностями современных технологий добычи ресурсов и эффективностью манипулятивных методов эксплуатации рабочих. В этом отношении книга довольно сильно резонирует с нынешней реальностью. Разве что судьбы книжных героев уже не воспринимаются «сегодняшними» - пройдя столетний эволюционный путь, многие сегодняшние «покорители» закалились в погоне за «золотым тельцом» и больше не обременены таким рудиментом, как нравственные ценности. Они больше не раздираемы внутренними конфликтами, столь роковыми для былых эпох. И возникни такая необходимость сделать сегодня римейк фильма, снятого по данной книге, финал в духе современности пришлось бы делать совершенно иной.

    Традиционно отмечу, с какими книгами перекликается или ассоциируется у меня данное произведение. Чисто по территориально-культурному колориту «Угрюм-река» перекликается с «Сердцем Пармы» Алексея Иванова и «Сопкой голубого сна» Игоря Неверли. Книга Иванова отсылает нас к столкновению российского менталитета и образа жизни покоряемых малых народов Севера, а роман Неверли не менее красочно рисует картину щедрой на богатства Сибирской земли, искушающей нестойкую душу покорителя грехом жадности и стяжательства.

    И, возможно, это прозвучит странно, но «Угрюм-река» откликнулась во мне также и совсем недавно прочитанным романом Николая Смирнова «Джек Восьмеркин – американец» - такой же современный своей эпохе замысел произведения; аналогичный исторический приговор классовой сущности главных героев в конфликтах становления новой эпохи.

    Столь обширное произведение было прочитано мной в рамках личного «летнего» отпускного марафона крупных литературных форм. В прошлом году это были «Тихий Дон» и «Хождение по мукам». Это же лето я начал с «Угрюм-реки». Надеюсь, что до конца отпуска успею перевернуть еще хоть одну литературную «глыбу».






    • Успехов. Какие "глыбы" в хотелках?
      ответить   пожаловаться
    • Спасибо. Подбираю очередную глыбу каждый раз с нуля. Не люблю планировать вперед слишком надолго. Вот сейчас читаю Федора Абрамова - тетралогия "Пряслины". Не то, чтобы очень уж классическая глыба. Но достаточно объемное произведение-эпопея. Дальше, возможно, из Максима Горького что-то прочитаю. Друг сейчас читает его "Дело Артамоновых". Хотя читать что-то объемное подряд со схожими обстоятельствами немного утомляет. В общем, каждый новый выбор требует импульса, который заставит остановиться на переборе.
      ответить   пожаловаться
    • А , скажем, если читатель - человек не искушённый, молодой, как правило отождествляет себя при чтении с одним из героев, тем же Прохором Громовым, сопереживает ему, в этом случае, как воспринимается роман? Впрочем, это наверно ближе к первой точке зрения.
      Кажется, вы упустили точку зрения читателя- современника писателя, для которого собственно и писался роман, для которого все реалии романа были не далёким прошлым, а оглушительным и пусть недавним, но настоящим. Советский читатель конца 80х и читатель начала 30х все таки несколько разнятся? Или читатель, современник автора, переживший слом эпох, и вы, нынешний, неожиданно близки именно по опыту жизни в эпоху перемен?
      ответить   пожаловаться
    • Большое сложное произведение на то, можно сказать, - и классика, что воспринимается не плоско, а дает возможность взглянуть на себя объемно, с самых разных ракурсов. Можно и с позиции современника писателя. Впрочем, как Вы верно заметили, я примерно так и пытался отобразить роман с точки зрения себя - "советского читателя". Потому как под "советским" я подразумевал не столько именно себя подростка конца 80-х с ощущением уже весьма заметного "ветра перемен", а именно советского читателя - как классово сознательного гражданина, для которого понятия классовой борьбы еще не выродились в формализм с высоких трибун, для которого действительно нужен был какой-то живой пример, живая иллюстрация человеческого выбора и его последствий. Тенденция советской литературы начала 30-х (а это у меня как раз еще и с "Джеком Восьмеркиным" перекликается), как я понял, была направлена на пример того, как коллективизация, отказ от индивидуалистических, хищнических ценностей оздоравливает человека, гармонизирует его с обществом. А вот, обратное - приводит к душевному краху и смерти, как духовной, так и физической. Я так думаю, что все эти посылы предназначались прежде всего как раз современникам писателя, для которых сделать свой личный выбор было актуальным, а не для поздних читателей, которые уже родились в советской системе и для которых все эти коммунистические ценности давались с детства почти аксиоматически.
      А вот что касается понимания и сочувствия героям в их терзаниях и метаниях, то тут да.. как раз легче понять их нам, тоже пережившим слом целой эпохи.
      Я когда-то в раннем детстве читал рассказы о гражданской войне и думал, ну как люди могли помогать "белым", как могли не поддерживать "красных"? Ведь "красные" же хорошие - они "наши".. Хорошо мне было так рассуждать, будучи рожденным в этой системе. А как разобраться в новых веяниях человеку, рожденному в царской России с почитанием Царя-Батюшки, с патриархальными устоями? Как такому человеку понять, что вот эти смутьяны будут отстаивать его интересы - рабочего, крестьянина?
      Помню по прошлогоднему чтению "Тихого Дона" и "Хождения по мукам" - как люди по несколько раз меняли "сторону баррикад" пока окончательно прибивались к какому-то берегу.
      А что касается МОЛОДОГО НЕИСКУШЕННОГО читателя. Вполне можно прочитать роман исключительно с ракурса общечеловеческих ценностей. Пожалуй, именно для этого в романе проведена "женская" линия. Взаимоотношения героев с женщинами как раз и раскрывают их с позиций чисто такого психологизма (конечно, тоже не без отображения нового места женщины в обществе).
      Так что смело читайте роман - даже без искушенности в реалиях эпохи воздействие будет существенным (хотя, конечно, учет идеологической составляющей того времени сделает восприятие еще более объемным).. ))
      ответить   пожаловаться



Интересные посты

Интересная рецензия

Первое знакомство с творчеством Артура Хейли и мой страх полетов

О производственных романах Артура Хейли я была наслышана очень давно, но до чтения его книг у меня...

Заметка в блоге

Факты о книгах. А чего боитесь вы?

Вместе с Инстаграм каналом @bookmix продолжаю рассказывать об интересных фактах из жизни книг. Все...

Заметка в блоге

Пляжное чтиво, или отпуск книголюба :)

Давненько я ничего не писала (зимой была последняя заметка, а потом "прогулы"))) Вот уже...

Обсуждение в группах

Новичок месяца. Август 2019

Новичок месяца. Август 2019В первых числах сентября будут подведены итоги и вручены призы по итогам...