Рецензия на книгу Неуклюжая Анна

Канадская писательница Джин Литтл, как и героиня ее книги, несмотря на очень слабое зрение, училась в обычной школе. Сначала стала учительницей, а потом и писательницей. У нее есть собака-поводырь, и, чтобы писать, ей нужен особый «говорящий» компьютер.

Главная героиня книги Анна - неловкий, неуклюжий ребенок, посмешище дома и в школе. Свой особый, полный глубоких переживаний и серьезных размышлений мир она прячет глубоко внутри и от родителей, и от братьев с сестрами.

Отец не раз называет младшую дочку особенной. Она и впрямь особенная - её сердце полно любви, которую не замечает никто. Однажды эта любовь выплёскивается наружу: своими неловкими, как все привыкли считать, пальцами Анна сплела чудесную корзину в подарок родителям. Нет, не родителям, маме - ведь папа и так её любит, а мамину любовь, как ей кажется, ещё надо завоевать. Всё это происходит на Рождество, и корзинка Анны неожиданно объединяет всю семью и раскрывает сердца близких навстречу друг другу.

  • История одного рождественского чуда

    7
    +
    Кто знает, сколько бы ещё эта книга лежала в моих хотелках, и ждала, когда же я рискну её прочитать. Рискну, потому что когда-то читала вторую, «Слышишь пение?» и боялась, что первая мне понравится меньше, боялась, что первая не произведёт на меня такого же сильного впечатления. Всё решил один случай, за что я ему благодарна.

    Книга прочитана и я поняла, что зря избегала эти годы, зря тянула и боялась неизвестно чего, — ведь оказалось, что первая книга ни в чём не уступает второй.

    Зря пыталась убежать от той откровенности и честности, с которыми автор рассказывает историю маленькой Анны. «Неловкий, неуклюжий ребёнок, посмешище дома и в школе. Свой особый, полный глубоких переживаний и серьёзных размышлений мир она прячет глубоко внутри от родителей, и от братьев с сёстрами». Особенная, не такая, иная — её можно назвать как угодно, даже странная, но всё это скажет об Анне ровным счётом ничего. Она стесняется, прячется и не понимает, почему же буквы не складываются в слова, почему читать или считать такая мýка. Почему у неё не получается то, что так легко удаётся её старшим братьям и сёстрам. Этими «почему» пронизан мир маленькой девочки, и, когда читаешь историю, то проникаешься состраданием и на глаза наворачиваются слёзы, и пережитое Анной, перечувствованное ею, становится твоим.

    Словно шёпот буквы складываются в слова, а слова в предложения, предложения в текст, и из тихой речи наедине с самой собой, из этой вот молчаливой непохожести и сложена книга.

    Признаюсь, не ожидала, что можно так написать о том, что у кого-то очень и очень слабое зрение, написать так, что ощущаешь себя на месте Анны и пытаешься понять, каково же это — практически не видеть того, что лежит у тебя на ладони? Будучи сама со слабым зрением (я плохо вижу в даль), я примерно могу понять, что чувствовала Анна, когда впервые посмотрела на мир через стёкла очков.

    Ну вот как, как Джин Литтл удалось достучаться до моего сердца? И не одного моего? Как ей удалось так подобрать слова, которые мягкими, кошачьими шагами ложатся на душу и остаются в сердце? Не знаю.

    Такие детские книги, мягко и просто говорящие с читателями о важном, остаются в памяти надолго (хотела написать навсегда, но нет, памяти свойственно забывать), и именно через них читатель, пускай даже взрослый, черпает уроки нравственности, понимает, каково это: стоять перед выбором, делать этот выбор, как жить, когда ты не такая, как другие, как найти своё место в жизни.

    «Анне нелегко живётся в этом мире. Всё, что так просто для её братьев и сестёр, для неё оказывается почти неразрешимой задачей. Однако Анна постепенно входит во вкус "нелёгких задачек". Через собственную боль Анна, чуткий и чувствительный ребенок, учится сочувствию к страданиям других людей. В классе, где у остальных детей те же проблемы со зрением, что и у неё, Анна мало-помалу избавляется от страха и обидчивости, в ней просыпается чувство юмора, а от него недалеко и до прощения — ведь прощение невозможно без чувства юмора, без умения подшутить над самой собой, поглядеть на себя со стороны, понять, что в дружеской шутке нет ничего обидного. Даже если эта шутка и обижает, даже если это и не шутка вовсе, прощение всё равно возможно — в весёлом сердце царит любовь, которая покрывает все. Не беда, что глаза у девочки видят плохо, зато сердце её открыто — слепота в книге обозначает слепоту духовную, которая мешает видеть ясно куда больше, чем слепота физическая. Недаром мама Анны говорит, что доктор должен был прописать очке ей, а не дочке. У неё, мамы, проблемы с духовным зрением.

    Эта книга об исцелении Анны, которое происходит благодаря очень простым средствам — визиту к доктору, очкам, доброй и внимательной учительнице, новым друзьям. Вместе с тем исцеляется и её семья, потому что приходит время, когда уже больше нельзя не замечать потока любви, изливающегося из Анниного сердечка, любви, принесённой на землю светом Рождества».

    Мне близки именно такие, «цепляющие» с первых слов историй, ненавязчиво говорящие с читателями о важных вещах; да, может быть они переворачивают душу и, когда их читаешь, тебе хочется плакать. Но слёзы облегчения, слёзы сострадания и понимания, что чудеса случаются и делаем их мы сами, своими собственными руками.

    Для Анны таким чудом сначала стали очки, она смогла увидеть шерстинки на одеяле, шерстинки, друзья. Нам это кажется так просто, подумаешь, какие-то шерстинки, а если ты их никогда не видела? И таких чудес в книге много.

    Слабое зрение — это не повод ставить на свой жизни крест, и говорить, что всё, я ни на что не гожусь. Наоборот, это понимаешь благодаря этой книге, это повод жить, и жить счастливо и полноценно.






    • Возможно, книга нашла такой отклик в твоей душе, потому что ты и сама плохо видишь, а значит лучше понимаешь Анну.

      А почему рождественского чуда? Действие происходит на Рождество?
      ответить   пожаловаться
    • Возможно.
      Да, но не только это (что действие происходит на Рождество) важно.
      ответить   пожаловаться
    • Понимаю, что не только это. Просто у тебя в названии есть про Рождество, а в самой рецензии нет. Вот я и решила уточнить. Может ты просто так сравнила - что это чудо, как на Рождество.
      ответить   пожаловаться
    • Нет, всё верно, я просто не стала раскрывать все карты, я и так многое открыла.
      ответить   пожаловаться



Интересные посты

Заметка в блоге

Немарафонное настроение

Мне еще 11 книг надо одолеть до завершения марафонной дистанции, а я и читаю вообще не то, и в...

Интересная рецензия

Прихватите словарик Даля

Посолонь – это по часовой стрелке. Óхлупень – это конёк на крыше избы. Дымогон – это, видимо...

Заметка в блоге

Сюрпризы продолжаются

Какой-то суматошной выдалась прошлая неделя, посылку с сюрпризом от Юленьки Деевой я получила еще в...

Новости книжного мира

Сегодня, 17 сентября, в истории

В этот день родились: 1841 — Фёдор Решетников (ум. 1871), русский писатель («Подлиповцы»). ...