Рецензия на книгу Три девочки

Трогательная история трёх девочек, переживших блокаду Ленинграда и вынужденных столкнуться с недетскими трудностями, правдиво поведает о настоящей дружбе, мужестве и искренней преданности, о нежданных потерях и приобретениях. А графические и необыкновенно эмоциональные рисунки Нины Носкович, дополняя повествование, проведут читателей рядом с главными героями от первой и до последней страницы книги.

  • «История одной квартиры» в Ленинграде

    14
    +
    Исследователь всегда постарается найти для себя что-то новое и неожиданное, всегда попробует свои силы в расширении горизонтов, в особенности книжных, и не важно ему будет, что эти книжные горизонты могут завести в прозу для школьников. Ведь даже там наш исследователь-испытатель найдёт что-то новое и неожиданное для себя, а давно знакомое (ну вдруг) покажется ему совсем другим.

    Исследователь поизучал книгу Елены Верейской и нашёл в ней (он попробует быть краток):

    1. Петербург, тогда Ленинград, с его улицами, домами и жителями. Он нашёл даже примерное место действия книги, недаром у книги есть второе название «История одной квартиры». Вот эту-то квартиру наш исследователь и искал, и нашёл, кажется. Это где-то на Васильевском острове, может быть на Среднем проспекте, возле 2-3 линий, у церкви Святого Михаила. Исследователь может и ошибаться, но раз дошли до Гавани три девочки, значит, они жили где-то в тех края.

    Тенистый бульвар, огни трамвая, старая церковь, балкон в комнате у Наташи, море зелени. Узнаваемо и сейчас, правда, с тех пор зелени стало меньше, но трамваи всё так же ходят по Васильевскому, и церкви стоят.

    2. Он нашёл трёх девочек разного социального положения, и одного возраста: Наташу, из полной семьи — папа, Леонтий Фёдорович, мама Софья Михайловна; есть ещё бабушка и братик («ему скоро три года будет»), они, на момент начала действия книги, живут в Луге, но к зиме приедут в Ленинград (почему-то, что исследователя удивило, появился один только братик, без бабушки). Катю-сироту, у неё умерли родители, есть дедушка, который работает мастером на Балтийском заводе (вот и ещё один плюс к первому пункту — с работы дедушка Кати приходит, а не приезжает) и старший брат, Вася, «он тоже будет художником, в Академии художеств учится. Только он живёт не с нами, а в общежитии». И, наконец, Люсю, которая живёт с мамой, Анной Николаевной. Разница в социальном положении и отношении к учёбе ничуть не мешает девочкам общаться и стать подругами.

    Счастливое, беззаботное детство, и не важно, что Люся и Наташа экстраверты, а Катя интроверт (исследователь выяснил это по описаниям и по поведению девочек), они общаются, играют, ходят в школу, «интересно и весело живут подружки в «Солёной Католюандо». Обычное детство, в общем-то.

    Исследователь остался доволен этими девочками и думает после прочтения книги, как сложились их судьбы дальше, сбылись ли их мечты, стали ли они теми, кем хотели. Не сомневается даже, что стали.

    «—… И еще, знаете, — что мне вдруг вспомнилось?! Помните "Вихрашку"? Помните, как ее отец говорил своим воспитанникам: "Будьте такими, чтобы людям всегда было около вас тепло и весело!" Помните?

    — Ой, верно! Давайте, девочки, и будемте такими! — так и просияла Люся…»

    И в это верится исследователю, что всегда будет около девочек тепло и весело.

    3. Он, наш исследователь, нашёл и взрослых, родителей Наташи, маму Люси, дедушку Кати и старенького, одинокого доктора.

    Он нашёл их в трудах, в работе и домашних заботах и понял, что судьбы, переживания и рассуждения взрослых интересуют его не меньше, чем судьбы и размышления детей. Может быть, даже больше, потому как он считал (и считает) себя взрослым, кое-что повидавшим в жизни, человеком. Он вспоминал, что знает или слышал про жизнь в коммуналках, и понимал, как это непросто так хорошо наладить свой быт, чтобы не было конфликтов и ссор, чтобы все соседи стали друзьями и единой дружной семьёй. Чтобы каждый из жителей этой квартиры был «один за всех и все за одного». Праздники вместе, будни вместе, и горе, когда оно придёт, вместе. Всё вместе, единым целым, единой большой семьёй.

    4. Он нашёл и блокаду Ленинграда, то страшное время, разделившее жизнь на мирную и привычную, и жизнь под обстрелами.

    «…С детством нас разлучив навсегда…» Он видел и это, когда вчерашние беззаботные школьницы, Наташа, Катя и Люся, вдруг разом стали старше, «…стали собственной памяти старше мы…», они уже не дети, им почти 14 в начале второй части книги. Взрослые, наравне с родителями переносящие тяготы блокады. Терпящие холод и голод, и смотрящие в глаза смерти.

    Он нашёл заметённые снегом улицы, сугробы, протоптанные тропинки, Неву, прорубь у 8-ой линии, и людей, набирающих в ней воду. Мороз, трамваи и троллейбусы, стоящие на улицах с опущенными проводами. Дома, с выбитыми стёклами, дома, горящие в огне. Он нашёл разбомбленный завод, в котором, при свете костров, продолжали работать люди. Он нашёл мост лейтенанта Шмидта (ныне Благовещенский), и на нём коней с хвостиками.

    Он видел санки, которые везли мёртвых, он видел горе людей, он побывал под бомбёжками. Он видел карточки на еду, блокадные 125 гр. хлеба в день. Горевал, что пришлось продать книги, лишь бы выжить. Смотрел, как горит в печурке комод, стол и стулья. Видел, как Наташа, при свете коптилки, пишет письмо отцу на фронт, и думает о том, что писать о грустном не стоит, надо писать о хорошем.

    Исследователь видел, и сердце у него сжималось и болело. Он думал, почему же так? И понял потом, почему: «…В годы Великой Отечественной войны Елена Николаевна работает в военном госпитале и не только выполняет обязанности дружинницы, но и пишет рассказы, читает их раненым бойцам и офицерам…» Он всё это видел, автор, Елена Верейская, и от того всё в её книге так… реалистично, и понятно, пронзительно и больно, красиво и страшно.

    Открытия не напугали исследователя. Он вытер скупую слезу с души, оглянулся, призадумался на миг, вспомнил, что пережила его семья в годы войны, и отвесил низкий поклон автору книги.











Интересные посты

Новости книжного мира

Поколение бесконечности: одиссея во времени

В социуме и в литературе довольно давно вошло в моду использовать английское слово generation с...

Обсуждение в группах

Статистика Книжного кросса

Дорогие участники Книжного кросса! Сегодня Книжному кроссу исполняется 3 года 8 месяцев и 25...

Интересная рецензия

Дитя ошибки, сын каприза; наследник порока, помазанник дьявола

Не читала Дюма еще со школы. Наткнулась на его роман совершенно случайно, не имея изначально...

Обсуждение в группах

Как перестать придираться к каждому моменту в фильме, если уже читал до этого книгу?

Отличный вопрос, думается, что актуальный для всех :slight_smile: Ждём Ваших размышлений, примеров...