Рецензия на книгу Мы

"Мы" - самое известное произведение Евгения Замятина. По форме, языку и содержанию "Мы" получилось сочинением необычным, авангардным и не укладывающимся в сложившиеся литературные рамки. Книга породила целый жанр, повлияв на все последующие антиутопии - "О дивный новый мир" О. Хаксли, "1984" Дж. Оруэлла, "451 градус по Фаренгейту" Р. Брэдбери. "Мы" - это и философский трактат, и любовно-психологический роман, и авантюрная история, и научная фантастика в форме дневника.Евгений Иванович Замятин всегда и везде шел своим собственным путем. "Мы" - самое известное его произведение. "Мы" - это и философский трактат, и политический памфлет, и любовно-психологический роман, и авантюрная история, и научная фантастика, и все это - в форме дневника. В Советской России из-за идеологических разногласий роман не был напечатан. Поэтому роман был издан прежде всего на английском языке в 1924 году. За этим последовали чешский и французский переводы - роман стал важной частью мировой литературы прежде, чем добрался до русского читателя. Английский перевод стал своего рода вторым оригиналом. Книгу сразу вписали в мировую литературу того времени. На русском языке роман был опубликован за границей лишь в 1952 году, а на родине писателя в 1988 году. Роман о невозможности принудительного счастья повлиял на такие антиутопии как "Дивный новый мир" Хаксли, "1984" Оруэлла и "451 градус по Фаренгейту" Рэя Брэдбери.Вера Дубровская - современная художница; она создала необычные графические ил-люстрации к роману, хорошо соответствующие и авангардному духу этого произведения, и нервной "рубленной" стилистике его автора, и резким изломам сюжета этой антиутопии. В них чувствуется и стилистика агитационных "Окон РОСТА", и неестественность жизни в созданном Замятиным мире будущего.

  • Разум когда-нибудь победит

    23
    +
    Кажется, я признавалась уже, что не люблю литературу начала прошлого века. Даже не начала прошлого века, а двадцатых годов именно. Но вот удивительное дело, когда я бралась за этот роман, никакого сомнения в том, что он может мне не понравиться мне не закралось. Да даже когда я дату написания увидела – 1920 год – у меня ничего внутри не ёкнуло. Настолько сильна была вокруг него аура первой антиутопии. И, однако, стоило только начать читать, как всё, что я не люблю обрушилось на меня своей суровой неотвратимостью. Всё-таки они ставили эксперименты эти писатели нового времени. Эксперименты с формой и на своих читателях. И до сих пор ставят. Из каждой строчки прёт это неуспокоенное, изувеченное, покалеченное потрясениями время перемен: «… иррациональные величины прорастают сквозь все прочное, привычное, трехмерное, и вместо твердых шлифованных плоскостей — кругом что-то корявое, лохматое...»

    Оборванные предложения с недосказанной мыслью, многоточия и двойные тире. Рвано и изломано. Из каждой строчки паника. Описания бреда. Бреда именно, пробуждающего у меня головную боль в височной части головного мозга. Ну вот да, я просто на физическом уровне испытываю дискомфорт от чтения текстов, написанных в такой форме. Впрочем, нельзя не оценить насколько хорошо у Замятина получилось этот бред и эту панику времени передать. Просто встаёт перед глазами картина качающегося и переворачивающегося вверх ногами мира, видны брызги и осколки всего, казавшегося стабильным и прочным. И даже сомнений никаких не возникает, что всё это описание собственных чувств и ощущений автора, свидетеля и участника масштабных и тяжёлых событий. «Весь Мир насилья мы разрушим/ До основанья, а затем/ Мы наш, мы новый Мир построим…». Да. Автор был свидетелем разрушения, поэтому ему и удалось так прекрасно это разрушение, вернее ощущение разрушения, передать. Но хотелось же ещё взглянуть на то, что будет построено на руинах. И он взглянул.

    Нельзя не отметить насколько у автора развита интуиция. Собственно, в той или иной форме в истории присутствовали признаки тоталитарного общества, описанные в книге, то есть не на пустом месте он мир свой строил, удивительно, что он смог предвидеть их от истоков. Когда на руках были только первые идеи. Вот, кстати, с Ефремовым очень сильно перекликается эта часть повествования. Сразу понятно, что оба одну и ту же идею под свои книги подводили, только я, к сожалению, не могу её сформулировать, потому что политэкономию уже не застала. Но суть в том, что все люди должны отказаться от личного. Только у Ефремова – для общего, а у Замятина – для Государства.

    Впрочем, не буду углубляться в такие высокие материи, остановлюсь на частном. Собственно, на том, что Замятину удалось предсказать и что исполнилось довольно скоро. Взять хотя бы стену, отгородившую прекрасное новое Государство от окружающего мира. Ну просто описание «Железного занавеса»: «Если люди метались по земле из конца в конец, так это только во времена доисторические, когда были нации, войны, торговли, открытия разных америк. Но зачем, кому это теперь нужно?». Поэзия, как и любой другой вид творчества, на службе государства; поощрение доносов; отсутствие ценности человеческой жизни; пытки, как необходимый инструмент обеспечения безопасности общества; стремление пойти и осчастливить всех ещё не осчастливленных, даже если они на других планетах обитают; ежегодный выбор Благодетеля с заранее известным результатом. Наводит на мысли не столько о коммунистическом строе, сколько о прокатившемся по миру фашизме.

    Хотя и мысли гораздо более глубокие в романе есть. Извечный спор лириков и физиков как будто выходит на первый план, и уж кто-кто, а автор в этом вопросе разбирается. Ведь он, являясь писателем был и инженером тоже, и это вопрос, надо думать не мало его занимал:

    « - Я служил и буду служить знанию, — нахмурился я

    - Ну что там: знание! Знание ваше это самое — трусость. Да уж чего там: верно. Просто вы хотите стенкой обгородить бесконечное, а за стенку-то и боитесь заглянуть. Да! Выгляните и глаза зажмурите. Да!».

    Собственно, именно это и главное в его рассуждениях – нужна ли человеку фантазия в новом мире, ведь это именно то, что выделяет одного человека из общей массы и делает его индивидуальностью, а Единому Государству индивидуальности не нужны. Все должны быть уравнены, и Благодетеля не заботит, кажется, что без фантазии, этой вредительницы порядку, остановится всякий и всяческий прогресс, потому что люди перестанут мечтать, а если нет мечт, то не будет уже и новых Интегралов. И этот вопрос, он всё-таки в романе основной. Кстати и объяснение души очень красивое в книге имеется. Ну и не мог автор не акцентировать внимание на том, что занимало его больше всего, я думаю. Какими будут эти люди будущего, лишённые индивидуальности - «Мы – счастливейшее среднее арифметическое…»; «…homo sapiens — только тогда человек в полном смысле этого слова, когда в его грамматике совершенно нет вопросительных знаков, но лишь одни восклицательные, запятые и точки».

    А вот сюжет какой-то… не логичный. Вот сразу же возникает вопрос – зачем он ей? И почти сразу становится понятно, что не он, а Интеграл, который он строит, но на кой хрен им этот Интеграл понять всё-таки трудно. Надуманно как-то. Так и хотелось спросить: Куда вы лететь-то собрались? К звёздам? За стену? Ну идите вы пешком, зачем затевать всю эту сомнительную операцию, подвергая опасности такое количество народа? У вас же есть уже ход к прекрасным мохнатым людям, которые судя по всему едят бананы, ну, я думаю, что жёлтый плод – это банан… не репа же. Хотя, откуда там бананы. А собственно, где там? Не известно же на каком градусе какой широты распрекрасный этот город располагается.

    Любовная линия какая-то истеричная. Вот так и вспоминаются все эти многоугольники взаимоотношений собратьев автора по цеху того времени. Это ненормальное просто-таки поклонение, сносящее крышу. Нет, ну, конечно, можно представить, что это автор так вывел в книге два начала – эмоциональное (лишнее) и рациональное (нужное) и через любовную линию показал, как второе подчинено первому вопреки всякому здравому смыслу и через это подвёл к необходимости уничтожения иррациональной составляющей… но она истеричная. Она прям из 20-х годов. Она же жутко раздражает же.

    Размышлений о женщине много тоже: «Я молча смотрел на губы. Все женщины — губы, одни губы. Чьи-то розовые, упруго-круглые: кольцо, нежная ограда от всего мира. И эти: секунду назад их не было, и только вот сейчас — ножом, — и еще каплет сладкая кровь».

    И тут немного повеселила линия с пожилым нумером, которая всё собиралась записаться на героя – это-то для каждого времени актуально, но в романе автора возведено на новые высоты, потому что бескорыстно: (Я) «… понимал, должен быть счастлив и что нет большей чести, чем увенчать собою чьи-нибудь вечерние годы» и сразу после этого сон главного героя о том, как он любит (физически) деревянный стул и как ему от этого неудобно и больно.

    А вообще, с этим вот как теперь жить?

    «Но ведь чувствуют себя, сознают свою индивидуальность - только засоренный глаз, нарывающий палец, больной зуб: здоровый глаз, палец, зуб - их будто и нет. Разве не ясно, что личное сознание - это только болезнь».

    Тяжело, в общем, далась мне эта антиутопия. И не только из-за формы изложения, но и из-за некоторой нелогичности происходящего. И всё-таки, с этой книгой стоило познакомиться. Потому что первая антиутопия. Посмотрим теперь что приготовили мне остальные.








    • Мне больше нравится "О дивный..." и "1984", ещё Слепая вера у Элтона ну огонь!
      ответить   пожаловаться
    • Буду знакомиться)) Какую следующую-то планировать? Я хотела "1984" взять. Ты как считаешь?
      ответить   пожаловаться
    • Мне кажется, что Хаксли лучше до Оруэлла заходит, хотя я сама с 1984 начинала))
      ответить   пожаловаться
    • Хаксли, значит. Что ж, попробую продолжить с ним) Спасибо))
      ответить   пожаловаться
    • Эта книга ценна философичностью, а вот с художественной точки зрения не совсем всё складно в ней. Особенно к концу.
      ответить   пожаловаться
    • Мне показалось что там везде с художественностью не очень. Можно даже сказать, что к концу меня как раз немножко захватило) Ну и при моём тяжёлом восприятии стиля написания вся философичность через муки мне развиднелась))
      ответить   пожаловаться
    • Наташа, мне эта вещь не сразу далась. Я её раза с третьего целиком и полностью прочла. Так что понимаю тебя, понимаю. Но зерно в книге очень хорошее. И очень она всевременная, потому что социальные проблемы будут всегда.
      ответить   пожаловаться
    • Да, согласна, всевременная )
      ответить   пожаловаться
    • Я тоже не фанат антиутопий. Хотя некоторые книги и приходятся по душе. "Мы" читала в рамках школьной программы, далась она мне крайне не легко. Может быть поэтому появилось неприятие данного жанра... У Вас отлично получидась рецензия!
      ответить   пожаловаться
    • Спасибо, Вика.
      Не знаю почему мы её в школе не проходили. То ли её позднее в программу ввели, то ли мы просто не успевали с ней ознакомиться. Мы по литературе всё время ничего не успевали. Ну, зато сейчас познакомилась. )
      ответить   пожаловаться
    • Я очень люблю эту книгу. Когда-то меня потряс язык и не отпускул до конца. Мне кажется, он у Замятина вообще соверщенно особенный, как у Маяковского, только в прозе. Я настолько очарована, что никаких недостатков не вижу в ней.
      ответить   пожаловаться
    • и я! мне тоже язык нравится, именно своей "изломанностью"
      ответить   пожаловаться
    • Вот есть же люди)) А у меня от него голова болит ((
      ответить   пожаловаться
    • И это хорошо. Это говорит о том, что все мы разные и все индивидуальности )) И что книга, к которой такое разное отношение у читателей, действительно хорошая. Потому что неоднозначная.
      Не знаю почему у меня так сложилось, но от книг, написанных таким языком, реально начинает болеть голова (
      ответить   пожаловаться
    • Читала "Мы" будучи студенткой. Очень понравилось. Потом прочла "Скотный двор", "451 по Фаренгейту" и "!984". Вещи сильные, но... Но очень они однотипные. Везде тоталитаризм, подчинение общему индивидуального и все такое.
      Понимаю дискомфорт на физическом уровне от чтения, у меня так с Платоновым. Вот не могу его читать, мне физически нехорошо становится. Крупные вещи так у него и не прочла, а от сборника рассказов очень долго отходила.
      ответить   пожаловаться
    • Вот, у тебя так от одного автора, а у меня от всех почти книг в 20-х годах написанных ((
      Надо будет побольше перерыв делать, между другими антиутопиями. Думаю, это естественно, что тоталитаризм занимал столько умов в 20 веке. Слишком уж яркий пример перед глазами был, слишком пугающий, это я про фашизм, поэтому и представляли, как бы это было, чтобы ещё больше напугать тех, кто был не против равенства. Но вопрос, тем не менее, актуальный. Ведь к тому, чтобы достигнуть равенства в ущерб индивидуальному человечество ещё не готово морально и эмоционально. Об этом Ефремов в "Часе быка" хорошо написал. Нужны тысячелетия, чтобы человек изменился настолько сильно, чтобы ставить общее во главу угла. Причём тысячелетие правильного воспитания. По моему, это трудно достижимо в принципе.
      ответить   пожаловаться
    • Я тебя понимаю))), для меня , когда я начинала читать 100 лет назад -это был сплошной кошмар, так и не дочитала.Когда нибудь повторю попытку, хотя бы для того, чтобы понять, что во мне самой изменилось, как я восприму этот текст сейчас
      ответить   пожаловаться
    • Попробуй, Ира ) Со временем наше восприятие действительно меняется. Тут, главное, через рваный этот стиль прорваться. Вопросы-то в книге актуальные поднимаются ))
      ответить   пожаловаться
    • Это (вопросы))) я прекрасно помню и понимаю, мы должны были это произведение обязательно прочитать в институте
      ответить   пожаловаться
    • А у нас его не было ни в школьной, ни в училищной программе. Поэтому оно прошло мимо меня. Хорошо я на БМ зарегистрировалась, узнала хоть, что оно есть )))
      ответить   пожаловаться
    • Да,когда читал ,тоже обратил внимание на нелогичность ,какую-то не цельность и разорванность повествования.
      С художественной точки зрения я роман оценил не очень высоко .Единственно -порадовало,что в книге дана довольно реалистичная картина прекрасного далёка ,к которому МЫ ,скорей всего,придём и будет нам тогда счастье))).
      ответить   пожаловаться
    • Ой, не знаю, придём ли )) Только всё наладится, как какие-нибудь бунтари устроят очередную революцию и придётся идти заново ;-))
      ответить   пожаловаться
    • Мы" когда-то читала в рамках школьной программы. Оставила книжка очень хорошие впечатления.
      ответить   пожаловаться
    • Это хорошо) Книги должны доставлять удовольствие, а не головную боль. Хотя без боли иногда тоже не обойтись )
      ответить   пожаловаться



Интересные посты

Новости книжного мира

Новый раздел о писателях-юбилярах появится на портале "Онлайн.Библиогород"

На портале "Онлайн.Библиогород" 4 июля заработает раздел, посвященный отечественным и...

Заметка в блоге

Что читает Дарья Моргендорффер

4 июля 1804 года родился Натаниель Готорн – один из первых американских классиков, автор...

Обсуждение в группах

Голосование по итогам дискуссии по пьесе июня "Чайная" Лао Шэ

Июньское занятие Драмкружка прошло в распитии китайского чая в «Чайной» Лао Шэ. Шесть активных...

Новости книжного мира

Анна Каренина вошла в список персонажей, одетых лучше всех

Вместе с ней в него попали Фродо и Джейн Эйр Британская писательница, критик и журналист Аманда...