Рецензия на книгу Когда я умирала

Роман, оказавший серьезное влияние на всю американскую литературу. Классика XX века. Глубокий Юг, каким видел, знал, любил и ненавидел его Фолкнер. Земля, где за тщательно побеленными фасадами старинных фермерских усадеб скрываются семейные тайны, кипят разрушительные страсти, ломаются судьбы и совершаются преступления… «Когда я умирала» — роман-одиссея о десяти днях жизни фермеров Бандренов, которые собрались на похороны матери семейства Адди. Уникальность произведения заключается в том, что в нем нет ни слова авторской речи. Весь сюжет представляет собой цепь монологов четырнадцати персонажей, среди которых и незабываемый монолог самой Адди…

  • Когда она умирала

    16
    +
    Интересно, когда нужно разгромить не понравившуюся книгу, слова льются легко, но, когда требуется объяснить, что книга не просто, а очень хороша - приходится собирать их, как расползающихся в разные стороны жуков из перевернутой банки. Может, причина та, что полуосознанно сравниваешь свои слова со слогом и мыслью автора, и понимаешь, насколько они блеклы и невыразительны.

    И, все же, do my best, как говорят англоязычные. Роман-притча Фолкнера, небольшой по объему, представляет практически совершенное сочетание сути и формы.

    Если говорить о сути - то в нем несколько слоев. Слой первый, событийная канва - путешествие семьи фермера с телом умершей матери семейства на кладбище, где та хотела быть похоронена. И это путешествие показано глазами всех, кто в нем участвовал.

    И так появляется второй слой. Телега с гробом едет, ее трясет, и из гроба, как из шкафа, начинают высыпаться скелеты. Слов дано даже умершей. И медленно, мазок за мазком перед глазами внимательного читателя начинает возникать картина.

    Она не любила своего мужа, хотя жила с ним, и дарила ему детей. Но о чем она думала, лежа рядом с ним в постели? Мучилась ли одиночеством и тоской? Или мечтала о другом? Или вспоминала о встречах с другим? И да, слово будет дано и другому, и станет ясно - и почему так отличаются ее дети, и почему мать любит их по разному.

    И они едут к ее последнему приюту, а мы заглядываем в душу каждому, и видим страх, скрытый грех, растерянность и растущее безумие.

    Как я писал выше, форма романа находится в практически совершенном единстве с его содержанием. Фолкнер осуществил смелый литературный эксперимент, сделав роман, состоящий исключительно из монологов и диалогов, либо потока озвученных мыслей. Авторского "я" там нет, как нет и фокального персонажа. Каждый из участников путешествия - главный персонаж своей главы, даже если она состоит из нескольких предложений.

    И, отдельно, язык. Фолкнер проделал колоссальную работу со словом (а неизвестный мне переводчик проделал свою, передавая все это на русском), с первых строк создавая особое настроение - строгое, торжественно-возвышенное, но при этом, каким-то образом лишенное высокопарности. И этот язык убедителен настолько, что, понимаешь - эту историю греха и раскаяния, верности и обмана, просто нельзя было рассказать иначе.

    Хорошая литература, как она есть. Настоящая.











Интересные посты

Заметка в блоге

Гордое звание "Призер конкурса "Новичок месяца. Июнь""

Это вышло так неожиданно и мило, прям вообще очень-очень мило :3 Сегодня же и воспользовалась...

Заметка в блоге

Что читает Дарья Моргендорффер

4 июля 1804 года родился Натаниель Готорн – один из первых американских классиков, автор...

Обсуждение в группах

Голосование по итогам дискуссии по пьесе июня "Чайная" Лао Шэ

Июньское занятие Драмкружка прошло в распитии китайского чая в «Чайной» Лао Шэ. Шесть активных...

Интересная рецензия

Принцессы повсюду, оглянись!

Думаю, в детстве почти все девочки в тот или иной период жизни хотели быть принцессами. Иногда ...