Рецензия на книгу «Трава забвенья»

Валентин Петрович Катаев давно признан классиком русской литературы XX века. Его автобиографическая проза "Алмазный мой венец" и "Трава забвенья" в 1970-е годы буквально потрясла и читателей, и критиков. Было ясно: в мемуарной литературе сказано новое слово. Необычная форма изложения, яркий образный язык, "зашифрованность" многих персонажей, флер тайны, окутывающий дилогию, придают произведениям В.П.Катаева неповторимое очарование. Показать

«Трава забвенья» Валентин Катаев

Читать мемуары, это как разговаривать со стариками. С одной стороны, интересно послушать свидетеля эпохи, очевидца событий, а с другой стороны, старики как начнут заговариваться, растекаться мыслью и повторять одно и тоже разными словами, то и загрустишь от таких рассказов. А еще старички любят приукрасить свои воспоминания, умолчать о чем-то не очень красивом или просто приврать.

«Трава забвения» - это такой поток воспоминаний, написанный красивым, правильным русским языком. Большая часть книги – это рассказы о Бунине, немного меньше о Маяковском и небольшая история Рюрика Пчелкина, который, как мне кажется, альтер эго самого Катаева. Через все эти воспоминания тонкой нитью проходит история Клавдии Зарембы, то ли придуманного персонажа, то ли реально существовавшего, но получившего в книге другое имя. События идут вперемешку, то про Бунина пишет Катаев, то переходит к Маяковскому, то вспоминает Зарембу и снова по кругу.

От книги у меня остались очень неоднозначные впечатления.

Язык. Красивый, правильный, звучащий. Но вместе с тем, настолько нарочито витиеватый, настолько много затянутых, переходящих одно в другое описаний, что он начинает не столько доставлять удовольствие, сколько раздражать. Автор отпускает мысли, начинает про одно, плавно переходит на другое, цепляется за третье. Следя за описаниями, стараясь их почувствовать, теряешь смысл, и к концу предложения его начало уже стерто и затянуто паутиной красивостей.

Примерно на такой же веранде я впервые увидел жену Бунина – Веру Николаевну Муромцеву, молодую красивую женщину – не даму, а именно женщину, – высокую, с лицом камеи, гладко причесанную блондинку с узлом волос, сползающих на шею, голубоглазую, даже, вернее, голубоокую, одетую, как курсистка, московскую, неяркую красавицу из той интеллигентной профессорской среды, которая казалась мне всегда еще более недосягаемой, чем, например, толстый журнал в кирпичной обложке со славянской вязью названия – «Вестник Европы», выходивший под редакцией профессора с многозначительной, как бы чрезвычайно научной фамилией Овсянико-Куликовский.

Повторения. Некие понравившиеся автору эпитеты будут преследовать читателя на протяжении всего романа. В конце концов они просто надоедают. Набивают оскомину. «Крылья Азраила», «Девушка из совпартшколы», «цветы бигнонии» и другие повторяются слишком часто и навязчиво.

Поэзия. Здесь очень много поэзии. Катаев очень интересно рассказывает, как Бунин учил его писать, как он мог легко подобрать такой эпитет к предмету или явлению, что уже невозможно было представить себе более точное описание. Но в тоже время автор начинает упиваться какими-то своими стихами, цитируя несколько раз одни и те же строки, что просто утомляет. Стихов он цитирует очень много, и своих, и чужих. Для меня это был перебор, так как я небольшой любитель поэзии, особенно лирических размышлений о тщете всего сущего.

Что для меня действительно ценно, так это дух эпохи, который, несмотря на все словесные кружева, передал Катаев. Получилось что-то эфемерное, ускользающее, как во сне. Словно вот проснулся и помнишь сон, помнишь ощущения, что-то зыбкое, а вот ясности и четкости нет.

Маяковский у Катаева совсем не такой, как обычно его представляют – громогласный певец революции. Он получился талантливый, остроумный, ранимый, неприкаянный, несчастный и одинокий.

Я хочу быть понят родной страной,
а не буду понят —
что ж?!
По родной стране
пройду стороной,
как проходит
косой дождь.

Через всю книгу проходит красной нитью история Клавдии Зарембы. Катаев вспоминает про первую встречу с ней, еще в детстве, влюбленность в нее в юности и встречи в старости. Подробно рассказывает о любви Клавдии, искренней революционерки, к молодому человеку, оказавшемуся руководителем контрреволюционной сети в городе. Любовь или долг? Любовь или дело всей жизни? Любовь или друзья? Любовь или жизнь? Клавдия сделала свой выбор.

Я подумала, что будь мне лет 17, то я, наверное, осудила бы Клавдию. Как? Ты же любишь его! Ну хотят бы предупредить-то можно было! А ведь он бы спасся, бежал из города и … бросил бы Клавдию, оставил бы ее разбираться с ЧК. Она всю жизнь помнила эту историю, и хоть и говорила, что считает свой выбор правильным, хоть и была счастливой женой, матерью и бабушкой, червячок сомнения грыз ее сердце. А вот у ее молодого человека – не грыз. Он бежал из-под ареста, уехал во Францию и ни разу не вспомнил о «девушке из совпартшколы». Когда Катаев встретил его в послевоенной Франции и спросил о Зарембе, тот сказал, что много их таких было, всех не упомнишь. И он бы ее точно не стал спасать, перейди власть в руки белых.

Очень показательна история Рюрика Пчелкина. Символична даже. Меня несколько покоробило поведение Рюрика на похоронах отца. Он стоя у могилы отца, виновником смерти которого невольно стал, чувствует свободу. Он тут же продает все вещи, включая альбом с семейными фото и портрет матери, и уезжает в Москву. Мне вообще было неприятно читать то, что и как пишет Катаев об отце. Он стесняется отца, особенно это проявилось в сцене визита Бунина к Катаевым. Ему стыдно за потертые отцовские брюки, за кулеш на окне, за квартиру, недостаточно шикарную для того, чтобы в ней мог квартировать Алексей Толстой. Хотя мне не очень было понятно, чем не угодил отец. Образованный человек. вырастивший один двух сыновей, давший им образование и любивший их так, что прочитав в газете о смерти одного из них, умер от сердечного приступа. Может это сыновний эгоизм, избалованность, неспособность понять? Не знаю. Пепельницу Бунина Рюрик-Валентин всю жизнь помнил, а портрет матери продал старьевщику. Мне этого не понять.

В общем, осталось у меня от книги не очень приятное впечатление. Вот словно спелое сладкое яблоко откусила, а там внутри что-то слегка подгнивать начало. Совсем чуть-чуть, неуловимо, в самой сердцевине.

Знания, информацию я получила, удовольствие – нет.

Рецензия написана в рамках участия в «Книжном Марафоне». Присоединяйтесь!

Пункт марафона: Книга о любви*

Nаtалка

Не читала

Хорошая рецензия, Инна.
Что-то мне совсем-совсем не захотелось читать эту книгу. А так как я не люблю биографии, да ещё и такие, думаю, ничего не потеряю, если пройду мимо!
Я как-то поймала себя на том, что у Катаева знаю только "Сын полка" да "Цветик-семицветик". Вот и решила ознакомиться с творчеством.
Nаtалка

Не читала

Ну, правду сказать, я что-то тоже не многое могу вспомнить из его творчества... Однако, книгу всё равно читать не потянуло)
На слуху кроме "Сына" и "Цветика" еще "Время вперед" и "Белеет парус", а все остальное это мемуары, воспоминания и тому подобное.
Aнжелика

Не читала

Я вообще ничего не помню про Катаева, поэтому удивилась, что они с Буниным пересекались. Буду знать.
Вот и я тоже ничего про него не помнила, кроме того, что это знаменитый советский писатель. А он был ученик Бунина, много с ним общался, ездил к нему во Францию. Про Бунина Катаев пишет "с придыханием".
Aнжелика

Не читала

Век живи, век учись! Просто люблю прозу Бунина, поэтому заинтересовалась.
Елена Р.

Не читала

Мне захотелось почитать книгу. Кстати, для меня Маяковский именно такой)
У Катаева я в детстве читала "Белеет парус одинокий" про времена дореволюционные, отрывок из неё был когда-то в школе... Там два друга из разных миров, мальчишки, о которых в детстве читать было очень интересно.
Тебе должно понравиться, мне кажется.
У Катаева мне очень нравится "Сын полка", проходили его в школе. Очень хорошая повесть.
А мне захотелось после "Травы забвения" почитать Маяковского. В школе я просто мучилась заучивая наизусть "Нетте - пароход и человек" А вот "косой дождь" меня зацепил.
Елена Р.

Не читала

С Ваней Солнцевым я тоже знакома)
А у Маяковского стихи о любви прекрасны.
И по-моему, в "Хорошо" у него есть
Не домой и не на суп,
А к любимой в гости
Две морковинки несу за зелёный хвостик...

О голодных годах. Меня очень трогает.

Есть ещё, как герой несёт щепотку соли:
Принёс,
А соль не валится -
Примёрзла к пальцам.
VladimirB

Не читал

Рецензии плюс.

Ваше сообщение по теме:

Интересные посты

Лучший отзыв с Чёрной меткой. Сезон № 5

Привет всем! Нам пора выбирать лучшие отзывы. К сожалению, и в этом Сезоне у нас есть... Читать далее

Французская революция XVIII века в произведениях классиков и современников

Моя тематическая подборка книг посвящена Французской революции XVIII века. Современные историки... Читать далее

Автор ноября Карлос Руис Сафон

Автором ноября выбран Карлос Руис Сафон. Готовьте ваши книжки, подбирайте, что почитать. Мне... Читать далее

Тот самый случай: 10 книг, экранизации которых оказались лучше оригинала

Я люблю читать книги, как вы уже догадались :) А ещё люблю смотреть фильмы. Если книга... Читать далее

Прямой эфир

Реклама на проекте

Рецензия недели

Правда о деле Гарри Квеберта

«Правда о деле Гарри Квеберта» Жоэль Диккер

Просматриваю в основном положительные рецензии на книгу и у меня вскипает. Дорогой читатель, не верь похвалам, никакие мнимые достоинства не перевешивают явных недостатков этого... Читать далее

Аппиан Аппиан6 дней 12 часов 10 минут назад

Все рецензии

Реклама на проекте