Рецензия на книгу «Свет в августе» — Луна Лавгуд округа Йокнапатофы

«Свет в августе» Уильям Фолкнер

Для меня отсутствовал "порог вхождения". Никакой моральной подготовки, особого настроения, специально заваренного чаечка - с первых строк я погрузилась в историю и до последних не утратила интереса.

"Свет в августе". Говорят, что эту книгу можно перевести и как "Роды в августе", но если учесть развитие сюжета, второй вариант не вполне раскрывает тему. Да и с точки зрения привлечения читательского внимания не так хорош. А еще книга могла называться "Темный дом", но спасибо жене автора, что все-таки не называется.

Из книжной рецензии-послесловия я неожиданно узнала, что первым главным героем был пастор Гейл Хайтауэр, которого заела собственная паства (те еще козлища, на самом-то деле). Он сидел в своем темном доме и смотрел в окно. Потом, из-за оброненных женой Фолкнера слов про особенный августовский свет, появилась Лина Гроув - живое воплощение этого света. Луна Лавгуд округа Йокнапатофы, если вы понимаете, о чем я. Персонаж пастора, несомненно, очень интересен, но так же очевидно, что на первых ролях ему некомфортно, неприятно и непривычно. Хорошо, что в итоге его не стали выталкивать под софиты.

Лина стала для меня особенным персонажем. Воплощение итальянской забастовки, молчаливое – и результативное – противодействие внешним обстоятельствам. Вроде бы, она не делает ничего сверхъестественного, просто идет вперед. Даже с несколько жертвеннобараньей тупостью, прямо скажем. Идет, излучает душой своей тот самый неотмирный свет и слегка улыбается. И, верю, если бы дошла она до Чермного моря, то воды непременно расступились перед ней. По счастью, так далеко идти не пришлось. Дочитав до развязки, я поняла, что эта книга из всех произведений Фолкнера у меня останется самой любимой, как бы хорошо ни оказались написаны все прочие, которых я пока не читала.

Лина – альфа и омега этой истории. Рассказом о ней книга начинается, рассказом о ней она и завершается. А вот середина, там, где не про пастора, посвящена Кристмасу, чья матушка, в отличие от Лины, никуда не пошла, а осталась дома, положившись на своих родителей.

Кто там был на самом деле биологический отец – история умалчивает. Правда мулат или квартерон, а может все-таки мексиканец или испанец? Выяснять никто не стал, зато дедуля так всю жизнь и бегал за ребенком с воплями: «Убейте негра!» Но что меня поразило: по Фолкнеру, окончательно погубила Кристмаса не жестокость и непримиримость мужчин, а слабоволие и глупость женщин. К примеру, он бы не сбежал от шерифа и не рванул к пастору, если бы не его бабка. Или, еще, он, может, не остался круглым сиротой, если бы бабка сама договорилась с доктором, а не ждала у моря погоды…

Что касается детективной/криминальной составляющей истории, для себя я так и не уяснила: мертв ли ушибленный стулом приемный отец Кристмаса, кто на самом деле убил Джоанну, точно ли жена пастора покончила с собой (или любовник помог)? Нет ответов и не будет, только наши домыслы. Только зыбкий августовский свет. Впрочем, с меня хватит и того, что с Линой все точно и определенно будет хорошо.