Рецензия на книгу «День» — Шелест ее крыльев

«День» Майкл Каннингем

“День” Каннингема как будто совсем просто повествует об одной семье, выхватывая героев с их мыслями в один только день - 5 апреля, а если точнее, читатель наблюдает за героями утром 5 апреля 2019 года, днем 5 апреля 2020 года и вечером 5 апреля 2021 года. Сюжета в книге не очень много, зато автор тщательно препарируют своих героев - их мысли и чувства сейчас и вообще, и, в конечном счете, всю их жизнь. Не знаю, повлияло на меня то, что перед этим я читала очень сюжетную книгу, в которой мне катастрофически не хватило внутреннего мира героев, но от Каннингема я практически не могла оторваться, будто закрывая брешь, оставленную предыдущей книгой.

В первой части одна из героинь обсуждает некую книгу со своими студентами, и в какой-то момент звучат следующие реплики:

“- <...> Но грядут модернисты, вот что я хочу сказать. Которые не только переосмыслят повествование и перестанут выстраивать сюжет вокруг супружества, но и заговорят о женских свободах в рамках брака. <...>
- Не уверена, что существует свобода в рамках чего бы то ни было <...>”

И эта цитата для меня отражает суть книги - именно этим автор и занимается: исследует свободы и несвободы героев в рамках семьи и сами эти рамки. Нормы семьи вроде бы модернизированы - посмотрите хотя бы на Дэна и Изабель: она работает, он домохозяин, но означает ли, что у них нет тех же проблем, что и в семье, где муж работает, а жена сидит дома? И отличаются ли их проблемы от, простигосподи, традиционной семьи? Да, живущий с семьей дядюшка это, конечно, слишком непривычный кейс для наших реалий, но подставьте на место дяди, скажем, бабушку, со своей жизнью и своим взглядом на то как надо воспитывать детей - и опять встанет тот же вопрос о границах семьи и отдельного человека.

В то же время, Чесс и Гарт - вообще вроде бы не семья, не планировали и не планируют семьей становится, но и у них возникают вполне “семейные” проблемы, которые совершенно невозможно не решить, напротив решить их вопросы чрезвычайно необходимо.

Эти две не/семейные пары - Дэн и Изабель, Чесс и Гарт - для меня своеобразные полюса романа, понятно, что есть еще и между полюсами - тот самый дядя Робби, дети, далекий дедушка. Но и полюсов достаточно, чтобы подойти к вечному вопросу что такое семья - штамп в паспорте, совместное существование, любовь, кровные узы, комбинация всего перечисленного, в каких пропорциях? И действительно ли семья для отдельного человека только лишь границы? И может ли быть свобода в пределах границ?

Герои книги как будто очень много думают, да еще и делают это все время, но это обманчивое впечатление создает форма романа - по сути, мы выхватываем героев раз в год на несколько часов. Разве не может случится у любого человека одно такое утро, когда он погружен в свои мысли и пытается решить, если не все мировые проблемы, так уж точно разглядывает под микроскопом события своей жизни?

Я обнаружила в книге очаровательный символизм - одни только совы, которые как мы знаем не то, чем кажутся, совы среди прочего предвестие смерти, привратник мира мертвых и души умерших. Или лестница, как символ некого долго переходного состояния, в котором находится Изабель в первых частях книги. Эти символы раскрывают еще одну важную тему романа - внезапность и неотвратимость смерти. Это только кажется, что жизнь долгая, что смерть еще нескоро, и вообще, чтобы попасть на ту сторону надо переплыть Стикс, перейти Калинов мост или сделать что-то там еще, а на самом деле нет, ничего и делать не надо, смерть просто приходит. В сочетании со все теми же бесконечными внутренними мирами героев, стоит вспомнить, что человек вообще-то очень хрупкое существо, и даже если снаружи кажется, что все в порядке, возможно внутри уже слишком много изломов.

И возможно именно смерть, так внезапно врывающаяся в повествование (как, собственно, и в жизнь) служит в некотором роде ответом на вечные вопросы - быть может, наивное утешение от того, что останутся те, кто развеют наш прах у живописного озера превышает неудобства от рамок, которые создает семья, и может быть, именно из-за страха перед вечностью семьи все еще существуют, несмотря на модернизм, постмодернизм и что-то там еще.