Рецензия на книгу «Bookship. Последний книжный магазин во Вселенной» — Почему у книжного магазина пушка? Потому что он – независимый

«Bookship. Последний книжный магазин во Вселенной» Мария Закрученко

Видела много рекламы про эту книгу, и, конечно, не могла пройти мимо, ведь это фантастика о будущем, где книжными магазинами были космические корабли. Как водится, что-то пошло не так, и вот остался только один, последний книжный во Вселенной.

История начиналась вполне интересно: мальчишка-подкидыш на отсталой сельхоз планете, у которого есть тайна – настоящая книга. В этом мире печатное слово объявлено вне закона, ведь книги разносят чуму и накапливают радиацию. Но мальчишка не умер и даже не заболел, вполне себе вырос, вычитал в своем фолианте еще более тайную тайну: о том, что Земля, прародина человечества, не миф, а существует реально, – и теперь хочет рассказать об этом всему миру. Волею обстоятельств он попадает на грузовой корабль, переделанный экипажем из «последнего книжного магазина», и начинаются его приключения: проверка инквизиции, путешествие в метрополию, встреча с еретиками, обращение к пиратам и далее, далее, далее. Так мы и узнаем про этот мир и его запреты.

"Bookship. Последний книжный", как выяснилось – янг-эдалт, и для своего жанра неплохой: тут есть динамичный сюжет, мир прописан штрихами, но вроде без идиотизма, здесь наивный герой, которому сочувствуешь, взрослые, которые с виду строгие, но на самом деле, справедливые и принципиальные. И главная тема не может оставить равнодушным любого читателя – книги нельзя запрещать! Автор – русская, поэтому радует нас милыми штрихами: например, один из бывших независимых книжных магазинов-кораблей назывался «Гиперион», а мир книжников – «Фаланстер».

Но у меня, как у взрослого читателя, все-таки есть претензия, и касается она именно главного тезиса: БУМАЖНЫЕ книги. Смысл запрета книг в этом мире обыгрывает известную пословицу «что написано пером – не вырубишь топором», то есть в любом другом виде информацию можно (при запросе и желании властей) изменить, добавить, убавить, перекроить, а книги, напечатанные на бумаге – это на века. Поэтому власти сначала ограничили оборот книг, ввели каталогизацию одобренных (каждой книге присваивали id от инквизиции), против всех остальных провели компанию по дискредитации, а потом просто уничтожили. Но независимые книжники подпольно боролись, зашифровав в тайные библии послание о Земле. Не очень понятно то, как знание о существовании планеты-прародительницы может взорвать эту систему. Но больше хочется поспорить именно о книгах, как носителях информации. Постулируется, что печатным станкам доверия больше, чем электронным носителям, дескать, внести изменения в бумажные книги – ужасно сложно, «это ж придется все перепечатывать заново!» (тут презрительно ухмыльнулись издатели учебников по истории). Не говоря о том, что книга для читателей не только информация, но больше - стимул для фантазии, канал для эмоций, удовольствие; даже если говорить исключительно про знание, про нон-фикшн и иже с ними, откуда такая уверенность в том, что изначально бумажная книга содержит истину?

Впрочем, если так сильно не замудряться и не придираться, то это – нормальный янг-эдали: космические приключения в условиях «окончательного решения книжного вопроса».