Рецензия на книгу «Институтки»

«Институтки» Н. А. Лухманова

Девочка Надя, четвертый ребенок в семье полковника в отставке и строгой мамы, маленькая девочка, у которой четыре старших брата, была любимицей в семье, ведь, по словам нянюшки:

«…будет моя барышня княгиней, аль графиней, аль еще кем побольше…» ведь «…ей сам государь Николай Павлович двери отворял!».

Детство Наденьки закончилось довольно рано, после того как отец потерял место эконома в Павловском корпусе, вследствие случившегося с ним апоплексического удара. Вместо накопления средств отставной полковник копил долги и после потери службы веселая и беспечная жизнь большой семьи была закончена. Мальчики уже учились в корпусе, а восьмилетнюю Наденьку, милостью императора Александра II, определили в Павловский институт.

Книга, написанная хорошим классическим языком, увлекательна не столько сюжетом, сколько живым и подробным материалом о жизни дореволюционного женского учебного заведения - Павловского института. В книге очень много практически документальной, репортажной фиксации быта, нравов и ритуалов института: распорядок, дежурства, церемонии, экзамены и выпускной бал описаны с точностью, которая создает впечатление присутствия внутри жизни учреждения.

«Тридцать кроватей, поставленных в два ряда изголовьями одна к другой, чередовались ночными шкапиками. В ногах у каждой стоял табурет, и на нем лежали аккуратно сложенные принадлежности дневного туалета. Высокая ночная лампа… тускло освещала тридцать серых байковых одеял с голубыми полосами. Все девочки, как куклы, -лежали на правом боку, в ночных кофтах, с руками поверх одеял.»

Историзм произведения проявляется не только в деталях одежды, мебели и языка, но и в социальной анатомии мира: институт — это маленькое государство со своей иерархией: Maman, pépinières, классные дамы, свои символы: выпуск, христосные мячики, «кузен»-практика на балах. В книги подробно описаны принципы воспитания XIX — начала XX века: внимание к манерам, внешнему статусу, обязательный набор «предметов» и роль публичного экзамена как института социального отбора.

Описание жизни дореволюционных девочек — в повести живое, многообразное и человечное. Девочки не сводятся к собирательным образам: каждая имеет прозвище, манеру, мечту и слабости, девочкам свойственны весёлые шалости на качелях, подготовка экзаменов и натянутая светская серьезность на балах; детская непосредственность соседствует с канонами приличия.

Книга будет интересна всем, кто ценит хорошую историческую литературу, описывающую жизнь через призму взросления ребенка. История Наденьки дает возможность увидеть, как формировалось женское общество дореволюционного времени внутри института: строгие правила и нежные дружбы, ритуалы и искренние чувства, страхи и надежды. Где институт одновременно учит и сдерживает, формирует и ограничивает. Это теплая, местами трагикомическая история взросления и дружбы.