Довольно нетипичная книга Ольги Громыко, посвященная крысам, написана очень легко и заманчиво - в плане, заманивает купить себе крысу, как это однажды сделала писательница. На местном Птичьем рынке ей продали "редкостную зверюгу" - девочку очень редкого и интересного окраса — хаска! Впоследствии выяснилось, что это вовсе и не девочка, и окрас не то, чтобы редкий, но "зверюга" была действительно редкостного ума и сообразительности. Причем, как убедилась автор, «…имя оказывает на характер крысы поразительное влияние. Назови ее Холерой — вырастет тощая лупоглазая глиста, Белочкой — прыгучая трусишка, Кахексией — мышь размером чуть побольше полевки. Из Фалька получился мизантропичный, наглый и кусачий крысак, снежно-белый с черными глазами.»

И стоит только один раз подружиться с этими умными животными, как вам без них будет скучно. А с крысявками будет весело… Юмор, правда, у крысявок весьма своеобразный - им интересно отжевать угол гамака, прорезать запасной выход в картонной коробке или ободрать обои. А уж любовь крыс к мягкой пластмассе и тонким проводам - вообще неизмерима:

«…!!!» — орет хозяйка, увидев на столе горку серо-буро-малинового крошева на месте любимых наушников. Острозубые твари, ничуть не раскаявшись, кидаются врассыпную, а хозяйка печально выуживает из горки единственную уцелевшую деталь: железный штекер. Который очень хочется этим самым крысам кое-куда засунуть — но если бы это помогло!»

А еще крысявки болеют - артистично, драматично и несвоевременно. А ратолог, он же Крысболит, существо настолько редкое, что координаты Крысболита расползаются по крысоводам, как тайное друидское знание. Поэтому приходится крысовладельцам овладевает навыками первой крысиной помощи: колоть уколы, подрезать зубы и когти, снимать швы и т.д. Но крысявки, как существа очень умные, не очень любят всяческие медицинские процедуры, поэтому слинять в самый ответственный момент в самое узкое место - святое дело! И попробуй ее оттуда извлечь! А когда ее извлекают - крысявка нервничает, а когда она нервничает… ооо! Вот тут стоит резко выдохнуть и перейти на ротовое дыхание (хотя лучше вообще не дышать).

Что в итоге? Книга восхитительна! Она полна любовью и счастьем. Ибо, кому как не человеку, любящему строгой и безрассудной любовью это знать:

«Да, я старая, страшная и облезлая, — сонно щурилась на меня Фуджи. — Но ведь счастье по большей части такое и есть!»