Англо-американская научно-техническая фантастика 60-х годов очень отличалась по настрою от советской фантастики того же времени. В большинстве своем наша фантастика была довольно оптимистична, она говорила про покорение далеких планет, освоение космоса, земляне, построив на своей планете прекрасное общество, рвались к неизведанным просторам. А вот фантасты стран капитализма смотрели на жизнь не так радостно и, к сожалению, они оказались ближе к истине.

Сборник «Тоннель под миром» состоит из двух частей. Первая «Люди и роботы» повествует об отношениях людей и машин, а вторая «Что было бы, если…» обо всем остальном.

В 60-х был всплеск ожиданий, связанных с роботами и вычислительными машинами. Частично эти ожидания оправдались, были автоматизированы и роботизированы многие производственные процессы, вычисления стали проводиться быстрее, наука получила в свои руки мощные инструменты для работы. Но надежды на роботов-андроидов, которые умеют всё, и супер-пупер вычислительные машины, которые распланируют жизнь каждого, аки Господь Бог, не оправдались. Сейчас, похоже, раскручивается новый виток развития робототехники и искусственного интеллекта, и поэтому было интересно припасть к истокам и почитать, о чем фантазировали «в какраньшии».

В некоторых рассказах фигурируют суперЭВМ, мощные электронные мозги, которые управляют миром, или суперроботы, с самообучаемым ИИ. Но картина не очень радостная. Машины жаждут то самоубиться, как у Азимова, то убить своих создателей, как у Барра в «Кэллахен и его черепашки», правда, Барр сгладил финал хэппи эндом и юмором (на мой взгляд – зря). Хотя есть одно исключение, в рассказе «Пятница» робот верно служил людям, согласно заложенной программе, и в итоге разрядился до смерти. Астронавты его похоронили, как человека, но кто мешал его зарядить или взять с собой на корабль? Да, это было бы не так эффектно, понимаю.

Кстати, про эффекты. Часть рассказов, по моему ощущению, написана ради одного последнего абзаца, или даже предложения. Так в рассказе Азимова «Все грехи мира» есть исполинская вычислительная машина Мултивак, которая ежедневно обрабатывала данные обо всех людях, живущих на планете и экстраполировала данные на день вперед, предсказывая преступления. Весь рассказ нагнетается интрига, все бегают и суетятся и все это для того, чтобы услышать от машины фразу «Я хочу умереть». Похожие ситуации в рассказах у Каттнера «Порочный круг» и Макинтоша «Гений» не может ошибаться». В рассказах Кристофера «Предел напряжения» и Блиша «Король на горе’» маньяки-одиночки хотят взорвать мир, но главные герои заморачивают им головы эффектным психологическим трюком и спасают планету. Сначала авторы сочиняют 33 условия, почему нельзя просто пристрелить злодея, а потом ловко и неожиданно обходят все препоны, например, показав нехорошей редиске якобы документальную телепередачу, чтобы он расчувствовался и передумал.

Рассказы Пола «Туннель под миром» и Ли Гардинга «Поиски» - жесткие и безнадежные. Они о потере настоящего мира, замене его суррогатами и иллюзиями. А вот рассказ Бредбери «Здесь могут водиться тигры» на их фоне смотрится сопливо-утопичным.

Рассказ Тэнна «Игра для детей» имеет необычный сюжет, но показался мне затянутым и любовная линия там совсем лишняя. Порджесс в юмористическом рассказе «Саймон Флэгг и дьявол» пытался показать превосходство математики над дьявольскими кознями.

Мой фаворит в данном сборнике - рассказ Шекли «Царская воля». Он фантастическо-юмористический, без попыток поднять глобальные вопросы, осветить какие-то проблемы и все такое прочее. Просто очень приятный рассказ.

Ну и моя любимая отличительная черта фантастики 60-х. Супермашины работают на перфолентах, астронавты пользуются электрическими фонариками, суперроботы роются в картотечных шкафах и т.д. и т.п.

Было интересно погрузиться в будущее и настоящее, описанное в прошлом. К сожалению, хорошее остается утопией, а вот угрозы становятся все реальнее.