Думал прочитать эту книгу «для галочки», чтобы ближе к 40 годам все же ознакомиться с творчеством такого известного человека, как Василий Макарович Шукшин, и не быть «неотесанной деревенщиной» в безграничном мире российской классической литературы. Именно с такой логикой я и познакомился со многими, порой тяжелыми для чтения, произведениями Л. Толстого, М. Шолохова, М. Булгакова, Б. Васильева, Ф. Достоевского и др. не менее интересных писателей.

Но «галочка» оказалась литературным сокровищем…

«Не красавица, но очень, очень миловидная, – подумал Чередниченко. – Эти усики на губе, черт их возьми!.. пушочек такой... – в этом что-то есть. Говорят – «темпераментные»

(«Чередниченко и цирк»)

Удивительный стиль повествования, мастерски погружающий читателя за несколько страниц, за считанные строки в короткий промежуток времени из жизни своих героев – чаще всего, обыкновенных деревенских людей. С их повседневными делами, проблемами и спорами, с их жизнью и смертью. Во времена, когда между деревней и городом была протянута действительно гигантская пропасть.

«Бригадир разозлился на быка, вырвал из телеги железный курок и побежал в просо. Через пять минут, видим, летит наш бригадир сломя голову, за ним бык. Бежит бригадир и орет:

- Стреляйте в него! Стреляйте, чо вы стоите?! Спорет ведь он меня!»

(«Из детских лет Ивана Попова»)

Открыв книгу, я мгновенно начинаю смотреть на мир глазами Кольки Скалкина; грустить на могиле Емельянова Ермолая о смысле прожитых лет; покупать жене в лице Сергея Духанина красивые сапожки не по размеру; ругаться со всеми и доказывать свою правоту от имени Пети, несправедливо обвиненного в пьяном дебоше… и многое-многое другое… такое простое, такое обыкновенное, близкое и родное.

«Чудик стал успокаивать брата:

- Брось, не расстраивайся. Не надо. Никакие они не злые, они – психи. У меня такая же.

- Ну чего вот невзлюбила?! За что? Ведь невзлюбила она тебя… А за что?

Тут только понял Чудик, что – да, невзлюбила его сноха. А за что действительно?»

(«Чудик»)

Я проживаю каждый рассказ, каждую небольшую историю, каждый промежуток времени, вырванный из повседневной жизни, чаще всего без начала и конца, вместе с ее героями. Вместе с ними я испытываю страх, гнев, радость и разочарование. Вместе с ними я работаю в поле, обедаю за столом, пью водку и дерусь. Вместе с ними я признаюсь в любви, изменяю, сбегаю из тюрьмы, жалею преступников и совершаю всевозможные глупости. Вместе с ними я наслаждаюсь теплым степным ветром, купаюсь в прохладной речке и хожу на охоту. Вместе с ними я наслаждаюсь той деревенской простой жизнью, без которой каждая жилка и каждый нерв пропитывается бесконечной тоской.

«- Степан, ты покрепись маленько. Егор-то говорит: «Не думай всякие думы».

- Много он понимает! Он здоровый как бык! Ему скажи: не помирай – он не помрет»

(«Как помирал старик»)

Ну и, конечно, рассказ «Охота жить», после которого я безоговорочно и безвозвратно влюбился в творчество Шукшина…

«- Ну, шагай. – Никитич подкинул на плече чужое ружье и пошел через просеку назад, к избушке. Он уже почти прошел ее всю, просеку… И услышал: как будто под самым ухом оглушительно треснул сук. И в то же мгновение сзади, в спину и затылок, как в несколько кулаков, сильно толкнули вперед. Он упал лицом в снег. И ничего больше не слышал и не чувствовал. Не слышал, как с него сняли ружье и закидали снегом. И как сказали: «Так лучше, отец. Надежней».

… Когда солнышко вышло, парень был уже далеко от просеки. Он не видел солнца, шел, не оглядываясь, спиной к нему. Он смотрел вперед.

Тихо шуршал в воздухе сырой снег.

Тайга просыпалась. Весенний густой запах леса чуть дурманил и кружил голову»

Восхитительные строки неповторимого и неподражаемого мастера короткой прозы, способного за короткий промежуток времени извлечь из струн вашей души самую тонкую и чувственную мелодию, о существовании которой не догадывались даже вы сами.