Рецензия на книгу «Средняя продолжительность жизни» — Живые и мертвые воды закрепителя и проявителя

«Средняя продолжительность жизни» Максим Семеляк

«Средняя продолжительность жизни» - какая она? Все зависит от степени цивилизованности человека и условий его проживания; пола; страны, характеристик популяции и многого другого. Ну а само это сочетание слов, как название романа Максима Семеляка из Длинного яснополянского Списка прошлого года, отражает некую разочарованность и экзистенциальную усталость героя, чья жизнь - средняя (ничем не выдающаяся), находится он в середине жизни и то ли размышляет, то ли сетует на все, что прошло и проходит с его участием или без оного. 

Это роман, который читался небыстро; иногда я терялась в происходящем, то возвращаясь на какое-то число страниц назад, то беря в помощники виртуального рассказчика, чтобы понять все, что было упущено из поля зрения. Однако, язык автора был настолько хорош и метафоричен, что я ругала себя за невнимательность и вникала, не смея бросить этот не всегда интересный роман. Вообще, назвать его «интересным» нельзя: он, скорее, представляет из себя хрестоматию для психотерапевта. В нем много письма о себе, к себе и много психологических синдромо-комплексов - одиночества; неполноценности; отцовского неприятия.

Я увидела сходство стиля письма с «СНТ» Березина - та же острота слова, искрометный цинизм и ошеломляющий сарказм. Увидела его родство с «Фирс Фортинбрас»Носова, хотя разница описываемых событий несколько десятилетий, но - узнаваемость социума этих периодов; состояние молодых героев очень схожи. Сам автор в одном из интервью упоминает о том, что его роман сравнивают с «Улиссом» Джойса, я же видела его отчетливую связь с «Велнесс» Нейтана Хилла. Общее - в конфликте отношений отца и сына, описываемых в обоих романах. Джек («Велнесс») - фотохудожник. Его отношения с отцом с детства омрачены холодностью и непониманием. Главный герой «Средней продолжительности жизни» - Макс не помнит, чтобы отец - фотограф престижного издания - хоть когда-нибудь обращался к нему ласково: «сынок» или называл по имени:

«В детстве он обычно окликал меня Мак на какой-то странный шотландский манер. Потом и это перестал. Точно так же мы с матерью исчезали с его фотографий — мамина фотохроника резко обрывалась в начале восьмидесятых, моя — в конце того же десятилетия.»Он называет его: «наш семейный папарацци», удивляясь, в какой же именно момент отношения отца и матери стали такими безнадежно холодными. Он понимает, что всему виной особенности характера отца - его закрытость и нелюдимость «поскольку он туго заворачивал в каждую фотографию собственную жизнь». Однако, понимание причин не упрощает жизнь подростка и он сам трансформируется в одиночку, у которого в его средней продолжительности жизни нет ни жены, ни детей, потому что он не хочет делать им больно - как это делал его собственный отец.

Семеляк считает роман автофикшеном. Он говорит о том, что не хочет, чтобы его цитировали. Но мне кажется, он кривит душой, потому что не цитировать его невозможно. И я поделилась многими цитатами из этой книги, посчитав их драгоценными россыпями.

Рекомендую ли я эту книгу? И «да», и «нет». Если вы ищете легкое чтение, с развитием сюжета, то эта книга не из таких. Она, скорее, относится к жанру беспредметного искусства. Ну, или литературного автосюрфикшена 😃, ведь не зря в качестве титульной иллюстрации к ней выбрана картина Юлии Вернер «Песнь трески». Еще одна игра слов и смыслов. И вот, если вы хотите, поискать эти смыслы, то тогда я вам книгу рекомендую. «Вы пока и представления не имеете, насколько чужими становятся близкие ручные люди со временем», если так, попробуйте это представление получить и не ругайте книгу с первых непонятых страниц.