Рецензия на книгу «Ники Лауда. В ад и обратно. Автобиография» — Жизнь на пределе

«Ники Лауда. В ад и обратно. Автобиография» Ники Лауда

В оригинале книга называется «Meine Story», что в переводе с немецкого означает «Моя история». В русскоязычном издании она вышла с подзаголовком «Автобиография», что, в общем-то, сразу даёт понять, о чём пойдёт речь.

Изначально книга была надиктована в 1985 году и впоследствии не дополнялась. На русский язык её перевели только в 2023 году, когда автора уже не было в живых. Было логично дополнить книгу сведениями о событиях в жизни Лауды после 1985 года, поэтому авторскому тексту предшествует предисловие, а завершает издание постскриптум.

Андреас Николаус (Ники) Лауда родился 22 февраля 1949 года в Вене (Австрия), умер 20 мая 2019 года в Цюрихе (Швейцария) от осложнений, связанных с последствиями аварии 1976 года. Образное описание тех событий российское издательство вынесло в качестве названия на обложку.

Лауда рассказывает о своей жизни последовательно, начиная с детства: описывает семью и её членов. Видно, что семейное состояние предоставило ему возможности получить хорошее образование и построить карьеру. Но Ники никогда не тяготел к учёбе – его интересовали совсем другие вещи. Он загорелся гонками и влез в долги. Получить кредит молодому человеку из обеспеченной семьи, конечно, проще, чем человеку с улицы. Это позволило ему сделать первые шаги в автоспорте, а природный талант быстро сделал его высокооплачиваемым пилотом. Этот период жизни рассказан довольно сжато, но отлично показывает настойчивость Лауды.

Последствия аварии на Нюрбургринге 1 августа 1976 года были ужасны, но сдаваться не было в характере Лауды. Цитирую: «Лежание в кровати и бесконечные размышления о произошедшем на Ринге прикончили бы меня». Он в кратчайшие сроки вернулся на трассу, чем шокировал многих. В постскриптуме говорится, что только после просмотра фильма «Гонка» (2013) Лауда наконец осознал, как выглядел со стороны.

Лауда продолжил выступать, а затем сделал перерыв, и не из-за проблем со здоровьем. Мне было интересно понять, почему он так рисковал, что заставило его уйти, а затем вернуться. В те годы гонки «Формулы-1» были намного опаснее современных, но пилотов это не останавливало. Лауда откровенно рассказывает о своей мотивации, а также объясняет причины ухода – как в первый, так и во второй раз.

В перерыве Ники занимался собственной авиакомпанией. Нельзя сказать, что он был плохим бизнесменом: в Австрии в те годы действовал крупный монополист, который сделал всё, чтобы выдавить Лауду с рынка. Хотя он был вынужден продать свою компанию, но снова и снова возвращался в авиацию.

А то, что Лауда умел договариваться, было понятно ещё во времена его гоночной карьеры. Он лично обсуждал все условия с руководителями команд, тогда ещё не было менеджеров – посредников. Иногда он выдвигал такие требования, которые могли бы отпугнуть или вывести из себя кого угодно, но его это нисколько не смущало. Он был невероятно упрям.

Семейной жизни в книге тоже уделено внимание. Ещё до аварии он сумел завоевать сердце женщины, которая на тот момент была в отношениях с другим мужчиной. Супруги во многом были противоположностями, но смогли прожить вместе довольно долго. Возможно, этому помог тот факт, что Лауда часто бывал в разъездах. Примечательно, что даже после аварии, серьёзно изменившей его внешность, и при весьма непростом характере он не был обделён вниманием женщин.

Примечательно и то, что Лауда легко освоил управление самолётами и сдал все необходимые экзамены, хотя в школьные годы не проявлял тяги к знаниям. К тому же он знал несколько языков! Это доказывает, что он был отлично обучаем, но только при условии, что предмет ему по-настоящему интересен.

Когда один из самолётов его авиакомпании потерпел крушение, это глубоко потрясло Лауду. Он лично отправился на место трагедии и долго добивался установления её истинных причин.

Кстати, Энцо Феррари как-то назвал его «еврейчиком». В книге, к сожалению, нет сведений о происхождении семьи Лауды и источниках их состояния, хотя это было бы весьма интересно узнать.

В книге мелькает множество имён, знакомых любому поклоннику автогонок. Лауда говорил обо всём прямо, не стесняясь в выражениях: открыто указывал на недостатки людей, регламента и машин, но с той же лёгкостью отмечал и достоинства. Возможно, именно за эту прямоту его многие и уважали. Да, характер у него был непростой, но он никогда не изменял себе.

Лауда подробно описывает изменения технического регламента того времени, отмечая, что далеко не все из них казались ему (как и многим другим участникам чемпионата) удачными. Прошли десятилетия, а споры вокруг правил так и не утихли.

Лауда сумел организовать забастовку пилотов, хотя раньше за ними особой солидарности не наблюдалось. Это красноречиво говорит о его лидерских качествах.

Интересный факт: в те годы разрешалось устанавливать на разные колёса шины различной жёсткости. Для некоторых трасс такая тактика в те времена была вполне логичной. Сегодня же это строго запрещено регламентом.

В одной из глав автор использует формат интервью, чтобы лучше раскрыть свой образ. Лауде задают вопросы, на которые он отвечает честно и по делу. Такой приём позволяет ещё глубже проникнуть в характер Лауды. Оказывается, несмотря на внешнюю отстранённость, он был ранимым и эмоциональным, но привык держать всё в себе. Он отличался исключительной пунктуальностью и требовал того же от окружающих. Сэкономленные благодаря этому минуты он мог посвятить простому пассивному отдыху, а затем снова куда-то бежать или лететь. Мне близка его философия: сделать всё быстро и качественно, чтобы затем позволить себе отдохнуть, полюбоваться природой, собраться с мыслями – и снова в бой.

Конечно, я рекомендую эту книгу в первую очередь поклонникам автогонок: очень интересно сравнить гонки прошлого и современности. Но не менее увлекательно понять мотивацию людей, которые рискуют жизнью ради скорости. Лауда предстаёт здесь не просто как гонщик или бизнесмен, а в первую очередь как человек.

Людям свойственно приукрашивать свою биографию и замалчивать неприятные моменты. Но в этой истории я не нашла ни слова, которое бы противоречило тому, что о Лауде рассказывают его современники и биографы.

Он не был идеальным, но определённо оставался яркой, неповторимой личностью.