Рецензия book4you на книгу Слово живое и мертвое

"Но ведь это вошло в язык!" спорили и спорят с переводчицей Норой Галь, пытаясь отстоять то или иное праздно заимствованное слово, тот или иной не раз слышанный оборот. "Немало таких словесных уродцев уже вошло, непоправимо вошло не выгонишь!" неизменно парирует она со страниц своей книги, которая еще очень долго будет учебником для переводчиков, редакторов и всех тех, кому дорого русское слово. И шире сводом непреложных правил бережного обращения с родным языком. Элеонора Яковлевна Гальперина (19121991) редактор, литературный критик и переводчик, подаривший русскому читателю "Маленького принца", "Постороннего", "Поющих в терновнике", множество рассказов Рэя Брэдбери и Эдгара По и "Слово живое и мертвое", собранное из лоскутков огромного переводческого и жизненного опыта.

  • О мастерстве владения родной речью

    13
    +
    Признайтесь честно, вы часто обращаете внимание на то, кто перевел книгу? Писателей знают все, переводчиков - единицы. Даже я сходу могу вспомнить немногих: например, Евгений Вайсброт, работавший с Сапковским, - ему я чисто по-человечески благодарна не только за Ведьмака, но и за сагу о Рейневане, которая была явно сложнее из-за обилия исторических подробностей и латинской лексики. Я также глубоко уважаю Виктора Вебера за перевод Стивена Кинга (хотя, признаюсь, работа Татьяны Покидаевой с первыми частями Темной Башни мне нравится больше). Но все-таки переводчик напоминает машиниста в метро: пока поезд едет, никто и не вспомнит, что он движется не сам по себе, а вот если поезд встал, первая мысль - о человеке в кабине. Так же и с книгами: пока текст льется гладко и все реалии понятны, просто наслаждаешься произведением, а вот если видны шероховатости и неясен смысл, сразу лезешь в выходные данные посмотреть, кто это так напортачил.

    Книга Норы Галь - о том, как переводить, чтобы потом не было мучительно стыдно. Я, к слову сказать, никогда не была сильна в художественном переводе, более того, в какой-то момент я поняла, что у меня просто не хватит терпения для качественной работы. Поэтому я, скорее, оценивала книгу просто с точки зрения человека, регулярно пишущего тексты и стремящегося улучшить их качество. Так вот, первое, о чем пишет автор, от чего она заклинает отказаться, - это канцелярит. Причем я не то чтобы не задумывалась, что он проник и в мою речь уже давно, а даже как-то не обращала внимания. Я поглощаю достаточно большое количество информации каждый день, чтобы канцелярит стал нормой. И мне очень грустно и больно сознавать, что я должна больше следить за собой и избегать тяжеловесных конструкций, к которым питаю некоторую слабость - они придают тексту солидность. Нет, речь должна быть ясной и краткой - даже в рассказе про сложную книгу.

    Так что же он такое, канцелярит? У него есть очень точные приметы, общие и для переводной и для отечественной литературы.

    Это – вытеснение глагола, то есть движения, действия, причастием, деепричастием, существительным (особенно отглагольным!), а значит – застойность, неподвижность. И из всех глагольных форм пристрастие к инфинитиву.

    Это – нагромождение существительных в косвенных падежах, чаще всего длинные цепи существительных в одном и том же падеже – родительном, так что уже нельзя понять, что к чему относится и о чем идет речь.

    Это – обилие иностранных слов там, где их вполне можно заменить словами русскими.

    Это – вытеснение активных оборотов пассивными, почти всегда более тяжелыми, громоздкими.

    Это – тяжелый, путаный строй фразы, невразумительность. Несчетные придаточные предложения, вдвойне тяжеловесные и неестественные в разговорной речи.

    Это – серость, однообразие, стертость, штамп. Убогий, скудный словарь: и автор и герои говорят одним и тем же сухим, казенным языком. Всегда, без всякой причины и нужды, предпочитают длинное слово – короткому, официальное или книжное – разговорному, сложное – простому, штамп – живому образу. Короче говоря, канцелярит – это мертвечина. Он проникает и в художественную литературу, и в быт, в устную речь. Даже в детскую. Из официальных материалов, из газет, от радио и телевидения канцелярский язык переходит в повседневную практику. Много лет так читали лекции, так писали учебники и даже буквари. Вскормленные языковой лебедой и мякиной, учителя в свой черед питают той же сухомяткой черствых и мертвых словес все новые поколения ни в чем не повинных ребятишек.

    Вообще хороший перевод - это очень сложно. Задача близка к математической. Нужно не только передать смысл, но и учесть его оттенки: частоту употребления слов, стиль произведения, социальный статус говорящего, чужие реалии... Опытный переводчик просчитывает это на интуитивном уровне и выбирает слово, которое масимально точно займет нишу в предложении, сохранив семантику текста полностью. Это все равно, что переложить пьесу для скрипки в пьесу для флейты: мелодия та же, а инструменты - разные.

    Перед теми, кто читает его на родном языке, писатель отвечает сам. За переведенного автора в ответе переводчик. И если замысел автора и самый его облик искажены, если хорошая книга в переводе получилась скучной, а большой писатель – неинтересным, значит, переводчик поистине варвар и преступник.

    Нет, перевести – вовсе не значит просто заменить английское или французское слово первым же русским, которое стоит напротив него в словаре Гальперина или Ганшиной. Перевести – значит постичь, истолковать, раскрыть, найти слова самые верные и достоверные. Бывают случаи очень и очень сложные, когда от переводчика, от его личности, ума, чутья зависит бесконечно многое – вот тогда совершается воссоздание творческое, которое всегда потрясает, как откровение.

    Ленивыми и неумелыми руками ничего нельзя создать, обладая глухим и равнодушным сердцем, ничего нельзя выразить. И воссоздать, перевыразить тоже ничего нельзя – будет бездарная ремесленная поделка. В лучшем случае – «разыгранный Фрейшиц перстами робких учениц».

    А вот уже подводные камни, о которых я даже не думала: идиоматические обороты, прочитанные в своем прямом значении. Очень трудно отследить и выловить (по крайней мере, самостоятельно), чтобы избежать фактических оплошностей:

    ...Или о неожиданной встрече: героиня очутилась нос к носу с другой черепахой – ибо нельзя же сказать о черепахах (да и о любых зверях) лицом к лицу! Ну, может быть, еще в сказке – и то вопрос, а уж в научно-популярной, познавательной книжке, право, ни к чему. И точно так же странно было бы рыбке или черепахе от акулы или зайцу от волка удирать на всех парах, естественней во всю прыть (или во всю мочь, а четвероногому или, допустим, страусу – со всех ног).

    Впрочем, и в человеческих устах или мыслях оборот с парами возможен не всегда. Не может сказать герой какого-нибудь средневекового романа: «я мчался на всех парах» или «меня словно током ударило»: он еще не знает обузданного человеком электричества, не видел паровоза и парохода.

    Ползают по дну лагуны крабы и обдают себя мокрым песком. Хотя и жаль, пришлось переводчику удержаться от соблазна прибавить «с головы до пят» – ведь так можно сказать только о тех, кто стоит вертикально: если не о человеке, то, допустим, о том же страусе.

    Перевод детских книг - это вообще высший пилотаж, по-моему. Ведь надо суметь сохранить тон автора, поймать смысл, и, не извратив и не упустив его, передать детям! У которых нет взрослого опыта, которые тут же почуют любое несоответствие - а еще не забудьте про ответственность за будущую речь ребенка, ведь книги напрямую на нее влияют. Первое в жизни, что я прочитала самостоятельно, был "Маленький принц" Сент-Экзюпери - только сейчас я узнала, что его перевела Нора Галь. И я ей страшно признательна за это. А вот, например, отрывок, где она рассказывает про "Маугли":

    «Книга джунглей» существовала на русском языке еще в дореволюционных изданиях. Собрание сочинений Киплинга выходило отдельными выпусками, потом их полагалось переплетать по томам. Помнится раннее детство, нежно любимая книжица в бумажной обложке, и хорошо помнится: никак не удавалось выговорить первое «слово» волка-отца, возглас Аугрх! Так и было напечатано, по неподражаемой тогдашней наивности повторили буква за буквой Augrh – не только мы в четыре-пять лет, папа-волк тоже этакого бы не выговорил. А по сути своей оно куда проще, равнозначно нашему Уф! или Рр-р!

    Были и переводы более поздние, в том числе казенно-буквалистские. Читая малышу вслух, приходилось тут же переводить их с канцелярита на русский, иначе ребенку не понять.

    Помню и такое. Медведь Балу объясняет своему нерадивому ученику: надо твердо знать все законы и великие слова всех звериных племен, тогда ни одна нога не поднимется на тебя в джунглях. Переводчик не учел, что ногу зверь поднимает в других случаях, а грозна и опасна его лапа.

    Ну и на закуску - несколько смешных моментов. Их полно в книге, и над ними даже можно посмеяться - если бы не тот факт, что их взяли из реально напечатанных произведений:

    ...А без «клюквы» порой не обходится. Человек за обедом «ловко разнимал утиную заднюю ножку»! Мы-то в простоте душевной и не подозревали, что у птиц (тогда, может быть, и у нас, двуногих млекопитающих?) ноги делятся на задние и передние! Забавно, что эта утиная задняя ножка уцелела и при переиздании романа через двадцать лет: нового редактора она ничуть не смутила.

    ...А вот печатается отрывок из нового романа: герою предстоит драка, и, глядя на противника, он «стиснул скулы, переступил с ноги на ногу…» Но позвольте, в такой обстановке и в таком настроении можно стиснуть если не кулаки, то зубы, челюсти (и тогда обтянутся, резче выступят скулы). А стиснуть скулы – это как?

    ...И опять же, рассказывая с уважением, с нежностью о девушке-санитарке, хороший писатель вдруг обмолвился: «Эту „фронтовую сестричку“ мы увидим, почувствуем, полюбим как необыкновенно прекрасную добрую женскую особь». А слово это куда уместней хотя бы в примере из словаря Ушакова: «Белуга очень крупная рыба: отдельные особи достигают 1200 кг».

    Вы переводчик? Студент языкового вуза? Копирайтер? И еще не читали эту книгу?! СРОЧНО бегите в магазин! Я редко говорю, что некоторое произведение обязательно к прочтению, но "Слово живое и мертвое" - вещь, которую надо усвоить, если вы хоть в какой-то степени имеете дело с языком или просто любите родную речь. Мой краткий обзор не отражает и половины того, что содержится в книге - она поистине замечательна. Не уверена, что у нас на переводческих факультетах заставляют ее читать, а жаль - глядишь, меньше было бы ляпов...







    • Большое спасибо за рецензию. Лет десять собираюсь прочитать эту книгу, скачала в электронном виде, но никак руки не доходят. И ноги тоже нет. Пожалуй, Вы меня соблазнили заняться ею. Спасибо.
      ответить   пожаловаться
    • Вам спасибо за теплые слова!
      ответить   пожаловаться
    • Спасибо! Книга отличная, рецензия полная и интересная!
      ответить   пожаловаться



Интересные посты

Интересная рецензия

Внутренняя расчленёнка

Осторожно, спойлеры! Очень понравилась книга! Попытаюсь собрать в кучу мысли, чтобы объяснить...

Новости книжного мира

Forbes назвал имена самых высокооплачиваемых писателей – 2018

Журнал Forbes каждый год называет имена самых высокооплачиваемых писателей в мире. Благодаря этому...

Заметка в блоге

Ждут ваших рецензий

А вас не смущает вкладка: "Ждут ваших рецензий"? ...

Заметка в блоге

Мемчики