Рецензия Елена Р. на книгу Лавр. Неисторический роман

"Лавр. Неисторический роман" - новое произведение финалист премии "Большая книга" Евгения Водолазкина, автора многочисленных работ в области древней и новой русской литературы, в том числе книг "Преподобные Святые Кирилл, Ферапонт и Мартиниан Белозерские" (в соавторстве) и "Всемирная история в литературе Древней Руси". "Лавр. Неисторический роман" - проза несомненно филологическая, и написать ее мог только специалист по средневековой Руси. При этом, сам же определяя жанр своей книги как "неисторический роман", автор подчеркивает, что это и не историческая проза, что герои его вымышленные, хотя и восходящие к узнаваемым прототипам.

  • "Живи покамест вне времени"

    26
    +
    Роман Е. Водолазкина «Лавр» - финалист премии «Большая книга», о котором много хвалебных отзывов умных и известных людей, сравнивших Евгения Водолазкина с классиком постмодернизма Умберто Эко, а «неисторический» роман единогласно признавших новаторским.

    И тут я, чувствуя себя почти Дантесом, который не знал, на что он руку поднимал, собралась писать рецензию на заслужившую высокую награду и столько эпитетов книгу. Рука моя дрожит, поскольку у меня восторга не появилось.

    Начну, пожалуй, с жанра. Автор, между прочим, доктор филологических наук, специалист по древнерусской литературе, обозначил его (жанр) как неисторический роман. И отсёк тем самым всякие претензии читателей: а чего вы ждали? Историзма? Так сказано же: неисторический!

    Сам Е. Водолазкин говорит, что это роман вневременной, «это во многом роман о времени, точнее - о его отсутствии». Это дало писателю возможность жонглировать сюжетными ходами как угодно, нарушать хронологию самым невероятным образом, быть может, новаторство в этом. Мне же при чтении это постоянно мешало. Уточню, что всё же это не фантастика, никакой речи нет о путешествиях во времени. Быть может, автор хотел вложить в это какой-то глубокий философский подтекст, не знаю, я пыталась найти в этом сверхзадачу, но мне не удалось.

    Основные события разворачиваются в средневековой Руси XV века. Дед главного героя, целитель, передавший свои знания внуку, ведёт записи на бересте. «Христофор писал не потому, что боялся что-либо позабыть. Даже достигнув старости, он не забывал ничего. Ему казалось, что слово записанное упорядочивает мир. Останавливает его текучесть. Не позволяет понятиям размываться. Именно поэтому так широк был круг интересов Христофора. По мысли писавшего, этот круг должен был соответствовать широте мира». Мне нравится этот фрагмент, но сразу же вот что засядет занозой: «Записи свои Христофор обычно оставлял там, где они были сделаны, – на лавке, на печи, на поленнице. Не поднимал, когда они сваливались на пол, смутно предвидя их позднейшее обнаружение в культурном слое». Откуда у средневекового человека понятия о культурном слое? Таких вольностей в тексте много, меня это буквально вышибало из атмосферы средневековья, а я люблю «жить» в книге.

    Вот опять я на обочине, выкинуло вихрем времени, а куда – не знаю. Напомню: XV век, герои идут собирать лечебные травы: «Из-под снега полезла вся лесная неопрятность: прошлогодние листья, потерявшие цвет обрывки тряпок и потускневшие пластиковые бутылки». Быть может, автор хотел показать обратный эффект бабочки: то, что мы совершаем в настоящем, откликнется не только в будущем, но и в прошлом? Мне же периодически вспоминалась знаменитая фраза Станиславского.

    Справедливости ради, надо сказать, что роман интересен (но как-то неоднородно интересен) и тем в нём много. В центре повествования – главный герой, врач, целитель, травник, который сменит волей судьбы или более высокой волей четыре имени. Лавр – последнее из них. Человек сложной, странной и страшной судьбы, в которой так много всего переплетётся. Всю жизнь любивший одну-единственную женщину и всю жизнь разговаривавший с ней, даже когда её нет рядом, совсем нет.

    Роман разнопланов: есть моменты, рисующие атмосферу средневековых городов и посадов, детали быта, одежды, обычаев; есть моменты авантюрно-приключенческие вроде нападения разбойников, плавания в шторм по морю, встрече в пустыне с арабами и мамлюками; есть моменты очень грустные и трогательные.

    Постепенно роман превращается в житие (описание жизни святого), а жизнь святых обычно была трудной и горькой. Вопросы веры, неверия, Бога, конца света – центральные в романе.

    В тексте много вполне симпатичных стилистических вещей. Состоит он из четырех книг: “Книга познания”, “Книга отречения”, “Книга пути” и “Книга покоя”, главы обозначены по-древнерусски, буквами, имеющими числовое значение. В нём даже не банальное предисловие, а пролегомена (др.-греч. προλεγόμενα — предисловие, введение). Герои обращаются друг к другу «Арсение», «Устине» - в давно ушедшем звательном падеже. Довольно много вкраплений древнерусских слов и предложений. «Господь рече:

    Глаголи Аврааму, яко пришло ему время изыти из жизни сея». (Не пугайтесь, они понятны даже интуитивно и совсем не мешают).

    Кстати, как уже отметил предыдущий рецензент Scipion, в тексте нет знаков препинания при прямой речи, она вообще никак не выделена.

    При всех названных приятных стилистических моментах, с языком автор обращается слишком вольно. Юродивый Фома говорит посаднику Пскова: «Да не парься ты, ё-мое!» За минуту до этого всё тот же Фома советовал на древнерусском: «Даждь же ему великий град Псков, и се довлеет ему на пропитание». Когда он успел овладеть сленгом века XXI – сие мне не ведомо. Ах да, роман же вневременной! Этим вообще можно всё оправдать. Возникает ощущение некоего стёба, даже не иронии, но при заявленной серьёзной, даже высокой тематике это кажется совсем неуместным.

    Финал поразил. Конец Лавра странен, хотя и предопределён им самим, трагичен и страшен.

    Конец романа красив.

    «Ты в нашей земле уже год и восемь месяцев, отвечает кузнец Аверкий, а так ничего в ней и не понял.

    А сами вы её понимаете, спрашивает Зигфрид.

    Мы? Кузнец задумывается и смотрит на Зигфрида. Сами мы её, конечно, тоже не понимаем».

    Мне показалось, что ради этой последней фразы и написан весь роман.








    • Интересен, но без восторгов... Так и запишем. Спасибо :)
      ответить   пожаловаться
    • Ну да, именно так :)
      ответить   пожаловаться
    • Ох, уж эти громкие сравнения... Вот если бы действительно было похоже на Эко, тогда бы прочитала. Спасибо за рецензию:)
      ответить   пожаловаться
    • Такие сравнение, наверное, только вредят автору, если такой "аванс" читатель не примет, то впечатления от этого ещё хуже. С другой стороны, кто-то же искренне так считает (хочется верить).
      ответить   пожаловаться
    • Первый раз слышу о таком человеке))
      ответить   пожаловаться
    • Черт, а я ведь думал вы действительно читали мою рецензию :)) Хотя может быть вы просто подзабыли :)
      ответить   пожаловаться
    • Забыла))) Сейчас перечитала рецензию, вот не держится автор у меня в голове, хоть что делай)) Надо уже взять его книгу, чтобы запомнился.
      ответить   пожаловаться
    • У меня тоже автор не на слуху был, нераскрученное имя.
      ответить   пожаловаться
    • Добавила в хотелки, обязательно прочту))
      ответить   пожаловаться
    • Заметь: я как раз не призываю читать обязательно :)
      ответить   пожаловаться
    • Приглядываюсь я к этой книженции. Но думаю, вряд ли возьмусь за само чтение. Уже вторая рецензия подсказывает. :)
      ответить   пожаловаться
    • Да ,смотрите лучше в другую сторону :)
      ответить   пожаловаться
    • Роман не так уж плох, всё-таки 4 - это хорошо. Местами он мне просто нравился, но вот эти языковые фокусы сильно раздражали. Для сравнения - это третья из списка "Большой книги", которую я стала читать. Две предыдущих начала и бросила, поняла, что не хочу.
      ответить   пожаловаться
    • Scipion, всё же хочется спросить, почему вы оценку не поставили?
      ответить   пожаловаться
    • Видите ли, книга вполне талантливая, и на чей-то вкус непременно хорошая. Но я мировоззренчески вообще не попадаю в этот дискурс, мне он кажется «душным» и неуместным. В сущности, я не «образцовый читатель» Водолазкина, но сбивать кого-то с толку оценкой не хотел, так же как и ставить низкий бал. Поэтому я предпочел написать обстоятельную рецензию и не выставлять публичных оценок в этом случае, пусть за меня говорит рецензия, а не «звездочки», т. е. о моей оценке я предпочел рассказать, чем просто показать. Как-то так :)
      ответить   пожаловаться
    • Спасибо за ответ. Я поняла, что это принципиальная позиция, но всё же захотелось спросить, уточнить :)
      ответить   пожаловаться
    • Всё чаще убеждаюсь, что книги с премиями мне не подходят :)
      ответить   пожаловаться
    • А мне упорно хочется понять, что же сегодня называется если не великой, то хотя бы большой литературой :)
      ответить   пожаловаться
    • Прямая речь и у Сарамаго не выделена, но ничего, его читать можно. Рецензия добротная, хорошая, но читать книгу совершенно не вызывает желания. Соррьки, если что.
      ответить   пожаловаться
    • Да за что же?! Не я книгу написала :) Отзывов по поиску нашла много очень хороших, хвалят и нахвалиться не могут. И даже языковые вот эти перепады называют свежими и т.д. Я рецензию написала больше из чувства противоречия.
      ответить   пожаловаться



Интересные посты

Заметка в блоге

Бюро сюрпризов:)

Всем доброе! Очень загорелась идеей с бюро сюрпризов и решила не откладывать в долгий ящик...

Интересная рецензия

Трижды в одну реку

Книгу читал, наверно, даже не стереоскопическим, а трископическим зрением – с трех ракурсов: с...

Интересная рецензия

Конец света для чайников

Я сразу поясню - от религии, христианства и Библии я нахожусь далеко. Все послания от кого-то...